Каролина Кароль (СИ)
Каролина Кароль
Дарья Волкова
Глава 1
Ну, и где этот кубинский гном?! Или ром? Каролина и сама не понимала, почему окрестила этого типа гномом-ромом. Потому что кубинец, наверное. При слове «кубинец» ей почему-то представлялся не героический Че в берете, а кто-то мелкий, вертлявый, с зализанными черными волосами и шныряющим взглядом. Без обиды, Куба, чисто личная ассоциация. Может, от того, что свалился это кубинец Каролине, как снег на голову. На Кубе со снегом в целом, говорят, не очень. Но один конкретный кубинец свалился именно как снег на голову.
Каро вздохнула, поправила лямку рюкзака и раздраженно огляделась. Ну, какого черта опаздываем?! А, впрочем, нет, это она раньше приехала. Но мог бы и этот кубинский ром пораньше прийти. В его же интересах, собственно.
Все началось со звонка отца. И дальше просто как в каком-то безумном сериале, в котором ты не видела ни одной из предыдущих серий, и теперь вдруг вынуждена разбираться в хитросплетениях сюжета. Какой-то друг деда еще по юности, врач, с какой-то странной фамилией, почему-то живший на Кубе, зачем-то у него есть внук, и этот внук сейчас в Питере, и надо помочь и поспособствовать, и главное — заселить в соседнюю квартиру. Квартира эта принадлежала семье и сдавалась в аренду. Как раз сейчас пустует в ожидании новых арендаторов, и поэтому «Пусть мальчик поживет, у него трудная ситуация». Да пусть живет, конечно, но почему надо благодетельствовать бедных кубинских родственников за счет Каролины?! «Ну, ты же все равно там рядом живешь, за стеной. Вот и покажешь, и расскажешь, и ключи передашь. И вообще, помоги парню освоиться на месте, он в Питере впервые. Дед очень просил».
Просьбы Степана Аркадьевича Кузьменко в их семье имеют статус скрижалей. К исполнению обязательны. Поэтому Каро вздохнула и спросила только: «По-русски этот кубинский внук понимает?». Ей сказали, что очень даже понимает. И на том, как говорится, спасибо.
— Каролина? — послышалось за спиной низко и хрипло.
Ну, надо же, не обманули. Гном говорит по-русски. Каро обернулась. И уткнулась взглядом в широкую квадратную нижнюю челюсть.
Какой-то негабаритный гном. Да и ром явно крепче положенных ему градусов.
Каролина Кузьменко, центральная блокирующая волейбольной команды «Северяночка», за смертоносную силу удара имеющая прозвище «Пушка», ростом сто восемьдесят четыре с половиной сантиметра, не привыкла упираться взглядом в чью-либо челюсть. Вне игровой площадки она привыкла видеть преимущественно чужие макушки. Какие, однако, на Кубе гномы растут. На роме, видимо. Или кубинский дедушка-врач хорошо внука кормил?
Каролина отступила назад, чтобы оглядеть целиком весь кубинский масштаб явления.
Внук на позицию центрального блокирующего претендовать, конечно, не мог. Но вот диагональным — запросто. И рост, и плечи — все в соответствии. Облачено было все это кубинское великолепие в темно-серый спортивный костюм, состоящий из штанов и худи, кроссовки и панаму. Вот эту вот ублюдскую панамку, которая типа стильный-модный аксессуар, но на самом деле в ней на рыбалку только. Дедушкина, видимо. И, видимо, дедушка не сообщил внуку, что тут не солнечная Куба, а сумрачный Питер. И панамка не нужна.
Из-под панамки виднелась квадратная нижняя челюсть с крепким подбородком. И то, и другое, покрыто щетиной песочного цвета.
Как-то не по-кубински.
— Ты внук? — выпалила Каролина.
Поджатые губы дрогнули в ухмылке.
— Вообще-то, в этой ролевой игре я бы предпочел, чтобы внучкой была ты. А я — серым волком.
Мы не только русским без акцента владеем, мы еще и с претензиями на чувство юмора! Несостоявшийся гном, не дождавшись реакции на свою шутку, вдруг протянул для пожатия руку.
— Король.
Король юмора, мать его! Каро еще раз дёрнула лямку рюкзака, а потом изобразила неуклюжий реверанс. Или книксен. Или чем там королей положено приветствовать! А «король» снизошел до объяснений.
— Меня зовут Леонид Кароль.
Точно! Была ж какая-то странная фамилия. Каролина с некоторой опаской посмотрела на протянутую ей огромную ладонь, а потом все же решилась. У Каро рука не маленькая, пальцы длинные. Но в королевской ладони ее ладонь утонула. И сразу забрать не получилось. Он задержал ее пальцы.
— Ты красотка, ты в курсе?
Совершенно непонятно, с каким выражением лица это говорится! Очень неудобно разговаривать с человеком, от которого только половина лица видна. И та — нижняя. Да и интонации… Подозрительные.
Каролина все же высвободила свою руку, едва сдержав странное непонятное желание вытереть ладонь о штаны. Кубинская рука оказалась горячей.
— Я тебе, надо полагать, не очень нравлюсь, — продолжил знакомство «дедушкин внук».
Вот это с места в карьер претензии.
— Я не привыкла говорить с человеком, от которого видна только половина лица. — Каро тоже решила выкатить претензию.
Он молча отвернул верхнюю часть панамы от лица. Какой ужас! Лучше бы не делал — стал похож на двухметрового младенца со щетиной. И выражение лица сразу дебильное.
— А совсем снять — не вариант?
— Я лысый.
— Переживу.
Он ухмыльнулся и все-таки резким движением сдернул панаму. И отвесил издевательский поклон. И разогнулся.
Н-да…
Про лысину, разумеется, соврал. Просто коротко, под машинку, подстрижен. Голова идеально круглая, как мяч. На лице царствует крупный, явно ломаный нос, который вправили не на пять с плюсом. А к нему прилагаются яркие голубые глаза в издевательском прищуре. Взгляд проницательный, цепкий. Умный. С панамкой, ростом под два метра, плечами диагонального и ломаным носом вообще не сочетается.
С какой стороны ни посмотри, совсем не то, что Каролина себе представляла.
— Так лучше?
Что-то они ведут себя, как маленькие дети. Что она к этой панаме прицепилась?
— Все отлично. Извини. Просто не ожидала, что ты такой.
— Какой?
— На кубинца не похож.
— Я тоже не думал, что ты такая красотка окажешься, — он придвинулся совсем близко. Кажется, Каро подавляют большие мужики. А ведь коллеги-ребята из мужских команд не подавляют!
Каро выдохнула.
— Надевай панаму и пойдем.
— Ты на машине?
— Бери выше. Я на метро.
***Оказывается, в метро в компании такого «диагонального» есть явные плюсы. Он раздвигал толпу, как ледокол лед, за ним образовывалось пространство, в котором даже в час пик можно было дышать и жить. В вагоне одним только взглядом согнал с места двух подростков, на одно место усадив Каро, другое широким жестом предложив старушке с сумкой на колесиках. А когда бабулька начала охать и благодарить, пробасил что-то по-испански, вызвав у бабульки очередную порцию вздохов и умилений. В общем, синьор Кароль развлекался, как мог. А вот разговор у них не складывался. Затруднительно разговаривать, если перед твоим лицом снова не лицо собеседника. Только теперь вместо мужественного подбородка перед глазами Каро были широкая резинка толстовки и выпуклый пах. На который смотреть, в общем, не очень-то и хотелось, но не смотреть не получалось — потому что Кароль встал прямо перед Каро. Пришлось уткнуться в телефон, чтобы не пялиться мужской пах. Чего она там не видела? Тем более, они с Софой, диагональной, как в процессе утряски последних деталей. Поездку в Приэльбрусье они планировали с Нового года, но, как обычно, чем ближе даты, тем больше нюансов. Вот ими и займемся. А с Леонидом еще успеют наговориться, раз будут жить рядом.
***— А почему ты не на машине?
— На метро быстрее.
— Для простых смертных — да.
Любопытно, с чего бы это Леонид Кароль исключил Каролину из числа простых смертных? Только потому, что у нее семья звездная? Так это семья звездная. А само Каро только кует еще свой венец алмазный.
С Леонидом оказалось легко идти рядом. Шаг не надо примерять и семенить не надо, как, например, с мамой. И поговорить можно нормально, не наклоняясь.