А это точно детский мультик?! (СИ)
— Э… ну… наверное. — осторожно подтвердил мои догадки парень.
— Далее, вы поступили в академию примерно в одно и то же время, где твои подколки сами собой, хоть и уменьшились в количестве, но вышли на новый уровень, чему способствовало окружение. Тебя постоянно хвалили и ставили ей в пример потому как, даже несмотря на всё её усердие в учёбе ей всё давалось значительно тяжелее, чем тебе.
— Она никогда не оставалась в долгу! — Возразил афро-нигро. — И училась она по теоретическим дисциплинам лучше!
— Теория — фигня. — Отмёл я. — Сила рулит. Везде и всюду, а в магической среде и подавно.
— Но сейчас она была в совете! Выше меня по рангу!
— Да неужели? Придворный чародей ниже по рангу чем «подай-принеси» в совете академии? Я почти уверен, что там её считали за человека второго сорта.
— Да брось! Новатеррон всех такими считает! — отмахнулся астромант. — К этому просто привыкаешь со временем.
— Это если у тебя нет амбиций доказать, что ты лучше тех, кто тебя унижает двадцать четыре на семь. Любой ценой.
— Ну… если так ставить вопрос…
— То выходит, что вредную злодейку вырастили вы сами? — удивлённо посмотрела на мага во всю зевающая Пайпер.
— А так бывает в восьми случаях из десяти. — Зевота оказалась страшнее инфекции. — Ладно, девчонки, отдыхайте. А мне ещё надо составить приказ о розыске и вознаграждении…
— Гвейн! Погоди! — взвилась Аркана. — После всего того, что ты сейчас наговорил, ты вот так просто возьмёшь и объявишь её в розыск?
— Именно, — я постарался придать себе как можно более флегматичный вид. — У меня три десятка мучающихся сейчас в тронном зале причин это сделать. И это только навскидку. Спокойной ночи, девушки. Точнее дня. Малварун, тебе пару часов отдыха и тоже за работу.
Надо ещё успеть сказать сенешалю, чтобы перенёс визит полицейских чинуш на вечер.
Вот так я и докатился до своего текущего состояния. Бгг. Текущего, прям каламбур. Вот натурально, прислонюсь к стеночке и так на пол и стеку, а тут ещё и эти… высокородные. Ну что ж. Павел первый мод он!
— Проходим, господа, не толпимся! Быстрей-быстрей! Не загораживаем трассу!
Глава 10 Моя вотчина!
«Всё могут короли!» — Мягкий сапожок из кожи огненной саламандры ударил по импровизированному мячу, — «Всё могут короли!» Очередной пасс, звонкий «бздынь!» о стену и стихийно назначенный снаряд возвращается к моим ногам. Эх, устал я от всего этого дерьма. Пф! А ведь каких-то полгода назад возмущался тому, как настоящий Гвейн жрал чипсы на резной кровати с шёлковыми простынями. М-да…. Теперь вот, играю в футбол со стенкой всамделишной царской короной, не забывая мерзко хихикать, как какой-нибудь второсортный злодей, а в голове ни стыда, ни единой мыслишки. Тяжёлая она, да и большая для моей головы. Да что до моей, сам король Маркус её не носил. Даже если бы эта железяка была по размеру, то нет, увольте. Драгметалла на ней столько, что шея не продержится и пяти минут. Самое то, чтобы переплавить её нахрен в две поменьше. Как раз для короля и королевы, но нет. Корона — тоже артефакт. «Нерушимый символ власти и порядка», и она, как и было сказано выше — нерушима, физически. Ладно, пора завязывать, а то сенешаля от увиденного удар хватит. Вон охрана уже так косится, что того гляди шеи себе повыкручивают.
А вообще, как оказалось на практике, Пугачёва в своей развесёлой песенке ситуацию со вседозволенностью монархов несколько так преувеличила. Если не сказать помягче, откровенно напи… утаила некоторые детали.
Королям, а также их ВрИО, не доступно очень и очень многое. Я вот, например, больше не могу откладывать дату коронации. Об этом мне на днях сообщила делегация дворян во главе с приснопамятным герцогом Алвиаром. Диалог у нас тогда вообще выдался занятный. Он вежливо поинтересовался, что тут происходит, я ему так же вежливо ответил, мол с нежитью воюем, дворянин с недрогнувшим на лице ни единым мускулом ответил «Ага» и переключился на более важные, по его мнению, вопросы. Представил мне своих спутников, коими оказались два графа с детьми и барон из его свиты. Запомнил ли я их имена? Нет. Много чести. Девочка кидала на меня кроткие взгляды и целомудренно краснела, когда я смотрел в ответ, а парень взирал на всё вокруг как петух со своего насеста и пытался быть своим в доску. Пытался недолго, так как был мной красноречиво не понят (чуть ли не послан) и дальнейшего участия в беседе больше не принимал. Так же Алвиар как раз-таки и выдал мне ту замечательную новость про коронацию. Мол, народ волнуется. Херня, на самом деле, народ не поэтому волнуется, а потому, что по столице как у себя дома шакалит армия нежити. Но, по мнению Алвиара, данный аспект был не очень-то и важен.
Ну да ладно. Как я уже и сказал, королевство, по мнению дворян, больше не могло оставаться без утверждённого правителя, так что коронацию следовало провести как можно скорее, потому как (получасовая лекция по истории, обществоведению и менеджменту управления) вот.
Из этого всего я понял только то, что мне не отвертеться. Иначе уже народ реально взбунтуется. А почему? Потому что правящее меньшинство, которое в этой стране, к сожалению, пока ещё не только я, этот самый народ против меня оперативно настропалит. Импичмент мне, к счастью, не грозит, это противоречит конституции государства, в которой нерусским по белому прописана фамилия монарха, но вот на вилы вполне поднять могут. Ситуация-то в городе довольно неспокойная.
Не! С виду всё нормально. Жизнь в стране цветёт и пахнет. Вот только люди пропадают, чиновники на местах берут взятки, дворянам позволено больше, чем простолюдинам, полиция бездействует, налоги растут, а жизнь лучше не становится.
Вообще-то всё, как везде. И налоги не растут уже лет двести. Но кого это волнует? Если правильно подать информацию, сместив акценты, то полыхнёт неслабо. Да и… пропавшие разумные…
Разумеется, никто мне в открытую не грозил. Напротив, герцог старался всячески смягчить акценты и уверял, что всё понимает, и вообще, он всеми фибрами со мной. Однако того требуют обстоятельства и никуда от этого не деться.
Остальную картину дорисовал мой воспалённый мозг. Ну а то, что короля Маркуса и его род дворяне задумали выпилить под корень уже давно, мне было ясно, как белый день. Другое дело что они опасаются либо замараться, либо спалиться, а может, что совсем не исключено, некоей магической кары за нарушение присяги. А может, они просто не знают, что будут делать со всем этим богатством потом сами, кто разберёт этих горе-декабристов?
Что я мог придумать в таких обстоятельствах? Напомню, я до этого не спал уже часов тридцать, час из которых махал мечом, а два — с риском для психики слушал шокирующие подробности подвигов мистиконов, стараясь успокоить дёргающееся то и дело веко.
Так вот, ничего хорошего я в тот момент придумать просто не мог, а потому назначить дату коронации на эти выходные показалось мне неплохой идеей. А чтобы Алвиару жизнь мёдом не казалась я очень попросил его лично подготовить церемонию. Сказать, что старикан от таких перспектив охренел — значит не сказать ничего. Престарелый герцог реально сделался похожим на неизвестную здесь рыбу фугу в боевом положении. Ещё больше сходства ему добавлял тот факт, что ту рыбу от голодных японцев это так и не спасло.
Герцог юлил и отбрёхивался как мог, приводил аргументы в пользу других дворян, мол у них в собрании есть для этого специально обученный граф, настоящий гуру пышных торжеств, на что я парировал тем, что он есть У НИХ и ТАМ, а у МЕНЯ ЗДЕСЬ выбор особо небогатый, а если взвалить всё опять на сенешаля, то он от нагрузки попросту переломится. Другому же слуге, или, не дай провиденье, простолюдину, такое банально не по чину.
— Так давайте я пошлю достопочтимому графу весть? Дороги-то всего день! — не унимался старпёр, которому претила сама мысль о том, что ему придётся работать.