lovely (СИ)

— Пусть будет эта, — пожал плечами Арт и поднялся на ноги, опуская пластинку на диск, и включил инструмент.
По комнате разнеслась мягкая медленная музыка, под которую тянуло лишь кружиться в вальсе. Сам того не замечая, Арт начал плавно покачиваться в такт мелодии. Это уже не было чем-то из старинных композиций. Алекс специально подобрал плейлист из хитов последнего десятилетия. Изумлённый Арт, который буквально сиял любовью, нежностью и благодарностью к этому существу, обернулся к Алексу, чтобы сказать Ему хоть что-то приятное или просто поцеловать, но парень снова потерял дар речи: Алекс стоял перед ним, опустившись на одно колено и вытянув левую руку вперёд в знак приглашения, и смотрел Арту прямо в глаза.
  
— Разрешите пригласить Вас на танец, — нежно и галантно спросил Он.
Мальчик совсем растерялся и окаменел на месте, не зная, что делать и что говорить. Этот вечер целиком и полностью стал для Арта сюрпризом. Алекс умел удивлять. Он стоял перед ним на коленях и ждал, такой серьёзный и взволнованный. Пожимая плечами, мальчик просто оцепенел, глядя на Него в ответ.
— Но я не умею, — рассеянно и как-то расстроенно выдавил он.
— Нау́читесь, сэр, — уговаривал Алекс и улыбнулся, подбадривая Арта.
Тот наконец нерешительно взял Его руку и неуклюже поклонился, как это делали на балах в старых фильмах.
Алекс тут же смешливо заулыбался, с нежностью глядя на Арта.
— Молодец, — похвалил Он.
В следующий миг вся мебель вокруг них сдвинулась к стенам, позволяя охватить больше пространства в комнате. Арт смотрел на всё широко открытыми глазами, охваченный атмосферой. Музыка проникала глубоко в душу.
Алекс взял всё под свой контроль. Он крепко держал их руки лодочкой и не отпускал ладонь растерянного мальчика.
— Правую руку кладёшь мне на плечо, — учил его Алекс.
Арт кивнул и выполнил просьбу. Затем Он опустил руку на его талию.
— Теперь левой ногой делаешь шаг назад.
Арт послушался и уставился в пол, наблюдая за движением ног. Алекс тоже шагнул вперёд и медленно развернул их.
— Правой ногой вперёд, — продолжал Он. — Вот так. Видишь, ничего сложного. Просто чередуй ноги, а я поведу.
Арт снова кивнул.
— Теперь попробуем быстрее, — сказал Алекс и принялся считать шаги, чтобы парню было легче.
Ему нравилось, что Алекс говорит во множественном числе.
«Мы», — пронеслось в мыслях Арта.
Кое-как переставляя ноги, мальчик успел извиниться перед Ним тысячу раз.
— Я скоро тебя затопчу.
— Всё в порядке, — успокаивал Алекс. — Ты неплохо справляешься.
— Нет, я ужасный танцор.
— Все с чего-то начинали. Видел бы ты, как я учился, — отвлекал Он Арта разговором, вынуждая мальчика смотреть на Него, а не под ноги.
— Уверен, это было не настолько отвратительно. Ты так легко двигаешься, — восхищался парень.
— Это было не настолько отвратительно, потому что было в разы хуже, поверь. Мне было всего семь, когда мы с мамой станцевали впервые.
Арт внимательнее вслушался в голос Алекса, когда тот заговорил о маме: он стал нежнее. Раньше Он не рассказывал ничего о своей семье, не считая их короткой беседы про сестёр. Парню хотелось задать так много вопросов, но он боялся спугнуть Алекса или, ещё хуже, причинить Ему боль. Арт очень ценил то, что Алекс сам затронул при нём эту тему. Через сколько внутренних барьеров Ему пришлось пройти ради этого?
— Мама научила тебя танцевать? — решился осторожно спросить он.
— Да, — кивнул Алекс. — Вальс, танго, фокстрот, джайв. Она была очень терпеливой.
Мальчика поражало то, с какой лаской и любовью звучал Его голос. И этот же тон больно резал по сердцу, потому что «была». В памяти мелькнула фотография мамы Алекса, которую Он хранил на чердаке, и в глазах защипало. Она была столь же красива, что и Он. Арт знал, что должен что-то сказать, но не находил нужных слов.
— И она прекрасно танцевала, — предположил он, хотя это не было вопросом.
— Да-да. Она очень хорошо танцевала. На балах все смотрели только на неё и на папу, — Алекс рассказывал с таким задором и гордостью, что сердце сжималось в груди, но Арт был счастлив, что Он находит в себе силы открыться.
— Балы? — спросил он.
— Да. Раньше, когда здесь не было мебели, эта комната была бальной залой, пусть и не очень большой. Моя семья была довольно богата и влиятельна в обществе, поэтому у нас регулярно проходили балы. Тебе бы понравилось там. Стук каблуков, шелест платьев, музыкальные ансамбли, заморские вина, — рассказывал Алекс.
Арт слушал Его, затаив дыхание. Насколько большую историю таил в себе этот дворец? В сознании возникла чёткая картинка торжества, танцующих гостей, женский смех, аристократические беседы. И дружная счастливая семья.
Что же с ними стало?
— И ты в костюме, — сорвался с уст Арта мечтательный шепот, сбивая печальные мысли.
— И я в костюме, — захихикал Алекс. — Но, честно говоря, я ненавидел костюмы.
— Правда? — удивился Арт.
Внезапно Алекс прервал их медленный танец, отпустил талию Арта и закружил его на месте. Мальчик совсем не ожидал этого движения, перед глазами замелькали быстро бегущие вокруг огоньки свечей, и, не удержавшись на ногах, он почти упал. Но Алекс успел красиво поймать парня, нежно придерживая за руку и талию.
— Правда, — ответил Он, нависая над Артом.
Тот в изумлении смотрел то на Алекса, то по сторонам. Его дыхание перехватило, сердце забилось быстрее.
Алекс осторожно поднял парня на ноги, принимая исходное положение.
— Вау! — заулыбался Арт. — Ты просто… Вау!
Алекс смущённо опустил ресницы и улыбнулся в ответ, показывая ямочки.
— Хотел бы я научить тебя всему за одну ночь, — печально произнёс Он.
— У нас будет тысяча таких ночей, — заверил Арт и приблизился к Алексу, кладя голову Ему на плечо.
Он принялся медленно покачивать их из стороны в сторону в ритм песни и прикрыл веки, отдаваясь ощущениям и родному обнимающему теплу. Вечерняя тишина идеально сочеталась с плавной музыкой на пластинке, а где-то совсем рядом слышалось Его ровное и спокойное дыхание.
— Алекс, — неуверенно позвал Арт. — Можно задать тебе один вопрос?
— Можно, — ответил Он.
— Играть на фортепиано тебя тоже научила мама?
— Да, — так же тихо, но с бесконечной добротой в голосе ответил Алекс, плавно развернул их в другую сторону и разорвал объятия, показывая Арту старое одиноко стоящее у окна фортепиано, освещенное золотистым сиянием свеч. — Сколько я себя помню, оно было здесь. Ещё когда я был совсем маленьким, по вечерам мама брала меня на руки и могла часами играть. Наверное, именно она привила мне любовь к музыке. Это фортепиано было первым инструментом, клавиш которого я коснулся. Оно же и станет последним.
Арт снова слушал Его, затаив дыхание. Глядя на фортепиано, он представлял, как когда-то давно в свете заката здесь сидела красивая женщина в пышном платье из дорогих тканей с маленьким ребёнком на руках. Наверное, у малыша-Алекса глаза были ещё ярче и горели забавным детским любопытством при пении клавиш. А инструмент выглядел совсем новым, без трещинок и потёртостей. Арт понял, как много значило для Алекса это фортепиано. Вся Его семья исчезла, бежали годы, эпохи, а неизменным осталось лишь оно одно.
Сейчас лишние слова не были нужны. Арт взял Алекса за руку и переплёл их пальцы вместе, как бы напоминая, что теперь их здесь не двое, а трое. Алекс оторвал тоскливый взгляд от инструмента, посмотрел на мальчика и притянул его ближе к себе.
  *
Ross Copperman — All We Have Is Now
— Куда ты меня ведёшь? — в сотый раз спрашивал Арт, неуверенно ступая по полу.
  
— Скоро узнаешь, — дразнил его Алекс.
Он закрыл глаза парня руками и сам направлял его по коридору, диктуя, куда свернуть и где поднять ногу выше, чтобы ненароком не споткнуться. Интрига и любопытство настолько охватили Арта, что несмотря на слова Алекса, он всё-таки умудрился пару раз врезаться в дверной косяк и даже извиниться перед ним, из-за чего Алекса пробирал истерический смех.