Патриот. Смута. Том 7 (СИ)

Основные силы во главе с самим Серафимом поднимались на крепостные стены. Часть двигалась через посад под ними. Их задача была зачистить город от тех, кто планирует сопротивляться и творить какое-то непотребство.
Крапивенскую башню сейчас отрежут с двух сторон.
Пехота выйдет к ней по стене, идя от ворот, через которые мы втягивались в город. Конный авангард перекроет путь к кремлю. Ну и тогда части, что имитируют штурм снаружи, имеют все шансы также втянуться в город через открытые перед ними ворота. Но, по плану — это было лишнее. После захвата я планировал оставить здесь временную администрацию и отложить почетный въезд в город на утро. Лагерь был разбит, воинству лучше отдыхать уже на подготовленном месте, чем после активных полуночных действий — беготни, лазанья по стенам и прочих хлопот еще и искать себе ночлег.
  
А как искать?
Крепость и так переполнена. Большинство жителей из посада ютятся здесь. Церкви и площади заполнены беженцами.
Это их же выгонять — нет, не дело это и не поступок того, кого воинство христолюбивое жаждет на трон сажать.
С такими раздумьями я во главе своей элитной полутысячи подошел к мосту.
Остальные части уже втянулись в город. Звуков боя слышно не было. Вообще, пока что все заглушали вопли, крики, какофония и пальба, раздающаяся с центральной и западной части посада вокруг Тульской крепости.
Дерево моста застучало под копытами наших коней.
Прошли.
Крупная башня нависала над нами, войти в нее можно было по четыре в ряд, если конными. Пешими, наверное, по шесть — восемь человек. Народу внутри суетилось много. В тусклом свете видно было, как налево и направо по стенам расходится вереница людей Серафима.
По моим прикидкам конница уже должна была добраться до кремля, монастыря, центральной торговой площади и тыла Крапивненской башни. А значит…
В городе раздалась стрельба.
Пора!
— Вперед, собратья мои! — Заорал я. — Знамя!
Загудели рога, призывая к удару.
Моя лучшая полутысяча стала колонной втягиваться внутрь. Дальше была улица, пустая, довольно широкая. Расстояния здесь, в отличие от пространств, от одного населенного пункта до иного были мизерные. Минута, две и мы уже у кремля.
Но там начался бой. Кричали люди, звенела сталь.
Полутысяча шла плотно.
План был в том, что, выходя с улицы на торговую площадь, нам удастся развернуться в более удобный боевой порядок. Справа виднелись купола какого-то храма. Пара человек, было выскочивших смотреть что творится, тут же юркнули обратно. Оно и верно. Лучше убраться подобру-поздорову с нашего пути. Плана кого-то убивать нет, но лошади могут просто смести тех, кто встал на дороге.
Улица резко разошлась в стороны.
Влетели на простор.
Здесь горело несколько костров. Площадь была забита возами. Все, кто ушел со своим скарбом из слобод окрест города, из посада, разместились внутри крепости. Где? Видимо, большая часть здесь. Я это учитывал, все же Авдей про это говорил. Но не думалось мне, что людей настолько много. Полагал, что мы быстрее пройдем через эту массу, а выходило несколько иначе.
Однако часть авангарда, задачей которого было ворваться в кремль, преодолело это людское море.
Люди волновались, разбегались, прятались на возах.
У ворот гарцевало несколько лошадей. Бойцы пускали с них стрелы куда-то ввысь. Оттуда изредка огрызались из аркебуз. Несколько человек лежали на земле. Мои ли, или люди воеводы Тульского? Пока не ясно.
— Вперед! Мирных не бить! — Заорал я.
Беженцы, видя что атакующим пришло подкрепление и это не какой-то малый рейд, а вполне себе состоявшийся прорыв обороны, успешный штурм, пытались как можно быстрее убраться в стороны. Началась паника, давка, но что поделать. Нужно делать дело. К сожалению, возможны сопутствующие потери, когда мирные граждане сами причиняют себе много вреда.
Надеюсь пострадает как можно меньше народу.
Сейчас для этого придется приложить некоторые усилия. Но не критично.
Мы устремились к воротам кремля. Навстречу примчался вестовой, выкрикнул запыхавшийся:
— Ворота наши, бой ведем внутри!
Это и так было видно.
Я остановился, гарцуя на площади, посреди разбегающихся людей. Рваться дальше самому и вести за собой людей смысла уже не было. Приказом отправил к кремлю сотню в бронях и сотню стрелков. Этого должно хватить для усиления. Еще две сотни понеслись на запад, оставляя кремль по правую руку. Их ждала улица Ильинская и за ней Ильинские ворота, которые обстреливал сейчас из артиллерии Филко.
Удача сопутствовала нам.
Если все пойдет так и дальше, то за какие-то пять, максимум десять минут крупный город, мощная крепость Тула, будет наш.
Сотня Якова осталась при мне. Пантелей держал своей богатырской рукой знамя, чуть двигая из стороны в сторону. От этого баннер реял над моей головой.
Люди Якова начали наводить порядок, и в целом, все беженцы вокруг видели, что им особо ничего не угрожает. Надо только не лезть на рожон, не пытаться оказывать сопротивление и убираться с дороги. Желательно лезть в повозки и не высовываться, потому что кони-то через них не полезут и прыгать не будут.
— Туляки! Никого не тронем! — Заорал я что есть силы. — Всем гарантируем жизнь! Без паники!
Не то чтобы сам факт этих слов действовал. Больше, пожалуй, работало то, что порядка сотни человек замерли в лагере беженцев и не творили никакого беспредела. Наоборот, пытались помочь, навести порядок. Остановить хаос своими действиями. Не было здесь ни кровопролития, ни еще чего нехорошего. Спокойно присутствовали, наблюдали. А над ними, то есть нами, развевалось знамя.
Прапор самого Великого Царя! Знакомое многим по былым временам.
Все отчетливее и чаще я ловил на себе взгляды.
В них, конечно же, было много страха и даже ужаса. Но все больше появлялся интерес. Да, в это время один вооруженный человек — уже опасность для посадских людей, которые живут трудом своим, производя всяческое важное и полезное.
А здесь пронесся один отряд, влетел в кремль. Сразу же началась сеча, стрельба и прочие какие-то боевые действия, грозящие жизни и здоровью присутствующих на площади. А теперь видано ли, люди в бронях под царским знаменем. И какой-то молодой человек во главе!
Доспешных в таком количестве здесь не видели очень и очень давно.
Наверное, как раз со времен Ивана Грозного.
Поэтому… а кто это мог быть? Ясно одно. Когда ужас чуть отступит, все местные, увидевшие нас решат: это Царь! Царь в город вошел, ночью с боем. И войско с ним настоящее, христолюбивое, которое Русь защитить от врага любого может. Славное. Ведь не посекли никого, мечу и огню посад не придали и мирных не тронули. Значит, не разбойник, заботу о населении проявил.
Такое дело слухом обрастет невероятным.
Тем временем стрельба у кремля утихла.
Я привстал на стремных, наблюдал. Самому лезть в пекло не хотелось. Да, можно было, но получи я шальную пулю, дело бы встало на долгие дни восстановления. Поэтому приходилось, как и любому опытному командиру, раздавать приказы и надеяться на эффективное исполнение их своими подчиненными. А сотники у меня были, в целом, опытные. Со всеми я лично знаком был. Со всеми говорил, и не раз.
Справятся с задачей.
Спустя минуту примчался вестовой, доложил, что силы воеводы рассеяны и отброшены. Он сам малой ратью человек в двадцать в тереме засел.
— Укрепленный? — Спросил я кратко.
— Да, господарь. Но там стены общие. А там уже наши люди. Выбьем их.
— Сдачу предлагали?
Он смешался. Молодой, разгоряченный парень. Но не из рязанцев, наш, воронежский. Видел я его еще когда татар мы били.
  
— Яков, внешний периметр. — Скомандовал я. — Десяток бойцов со мной и вы, собратья. — Это уже относилось к телохранителям. — Пантелей, знамя!
Мой малый отряд вместе с вестовым двинулся к воротам кремля.
Караул уже сменился на моих людей, они приветствовали поклонами. Но не слишком глубокими. Были насторожены, смотрели по сторонам. Все же крепость не чувствовалась мирной и опасность могла ждать из-за любого темного угла.