"Фантастика 2025-96". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

— Твоим родным я обеспечу крепкий и здоровый сон. Шум услышать не должны, — пообещал Подушка.
Поздним вечером, когда мои близкие отправились почивать по кроватям и погрузились в сон, я дождался отмашки от нашего мистика и пробрался из своей спальни в столовую-гостиную.
— Ик, — позвал я нашего домового, — знакомься, это Переплут, мой дух-привязка! Будем сегодня вместе мару обезвреживать!
  
— Ик! — настороженно посмотрел домовенок на проявившегося кото-демона.
А эта крылатая сволочь демонстративно расправила свои перепончатые махала и широко оскалилась во всю батарею клыков.
— Хр-р-ранитель! Ути-пути, какие мы маленькие исчо! Только не мешайся под ногами! А лучше — прячься за печкой сразу! Или потом — под лавку! Оттуда икать удобнее! — попробовал кошара сразу выстроить субординацию между духами…
Шух! И почти шлепнулся на задницу! Хвост, в последний момент, спас короткошерстного и наглого недо-дракона от позора! Потому как застенчивость и юность Ика не мешали ему обладать очень немаленькими возможностями в стенах родного ему дома. Видимая мне в открытой Грани — волна магии Ика, подсекла тонкие ножки Переплута. Тот кое-как устоял на задних лапах от позорного падения и через пару секунд взвился под потолок:
— Ах ты ж, мелочь, наглая!.. — зашипел было сверху птеродактиль, но, уловив мое раздражение, успокоился. — Споемся! Печка-лавочка!
На боевитого скромнягу Ика — я возложил подстраховку от проникновения мары в спальню Бирюзы. Летающий поедатель Разочарования (и еще много званий-кликух вдобавок) должен был сдержать возможное отступление ночной гости. Воплощаться от них требовалось только по необходимости, чтобы не попасть под раздачу.
С подсказками от Ика и Переплута, я перевесил по дому полынь и прочие домашние обереги — так, чтобы ничто не мешало проклятому духу проникнуть со стороны входной двери в общую комнату. А вот на второй этаж — маре пробраться было практически невозможно. Только через мой… Черта лысого, короче, она проберется куда-то!
Уж полночь близилась, а ш-мары все не было. Вот прошмандовка потусторонняя, пока она шляется незнамо где, меня ж тут пенсионеры из прошлой жизни — заинструктируют насмерть. Я оглянулся на часы в углу комнаты… и на меня повеяло леденящим холодом со стороны прихожей.
— Ты-ы-и кто такой?! На пути к моей пищ-щ-ще! Но то, что освободил проход — хорош-ш-шо! Исчезни, жалкий одержимый! — прошипела мутная кошелка в сером рубище, парящая над полом.
То, что не натопчет — уже хорошо. Главное, что б еще песочек из нее не посыпался! Принимаем только эктоплазму!
Но это я храбрился, на самом деле-то. Выглядела и ощущалась мара так, что можно было легко побежать за заветной тряпочкой домовенка — пол вытирать! Она будто распространяла вокруг себя волны холода и страха. А ее морда не могла определиться, сколько же ей лет. То девка, то старуха в струпьях. Только сплошной угольно-черный цвет глаз и безгубый провал пасти оставались неизменными.
Видимо, не желая оттягивать свой долгожданный визит к Бирюзе, холодильник неопределенного возраста и с давно не чищенными черно-желтыми зубами — порхнул в мою сторону!
Здравствуйте, я ваша тетя…
  
Глава 10
 
Ага, тетя ш-мара приехала! Явно же — отмороженная мымра!
Вот только холод подействовал на меня скорее как переключатель, пробуждая воспоминания о недавнем состоянии «чистого разума». Которое еще и «сверх-Я», и «ледяная вершина».
Вот на эту-то вершину я опять и забрался, легко и непринужденно. Хотя в ночных тренировках с Подушкой, который терпеливо объяснял, как осознанно добавить к моему «я» приставку «сверх», у меня пока не ничего не получалось.
Так-то, я и без этой приставки уже был готов насадить подлетающую и борзую мару на формирующийся призрачный клинок. Но приход улучшенного восприятия точно не помешал.
Я увидел свои движения в бою — глазами Ярилы, с его хитрой геометрией перемещений. Только вот, на занятиях с мечником я лишь медленно заучивал по шагам начальные связки. А сейчас мне даже не приходилось что-то вспоминать –принципы Арс Верум, истинного учения меча, были понятнее и роднее, чем навык работы ложкой за обедом!
Меня уже не волновало, справлюсь ли я со злобным и агрессивным духом. Моей проблемой стало — выбрать наиболее изящный и эффективный удар, чтобы не собирать эктоплазму по всей нашей столовой.
Леденящая чувырла, в полете, тянет ко мне свои призрачно костлявые конечности с пальцами-иглами. Небольшой шаг с отворотом в сторону и полосующий удар-взмах клинком в горизонтали — рассекает средоточие твари!
— Это скорее сущность, чем тварь, ученик, — нашел время для поучений гениальный Подушка.
Но чистому разуму ничто не помешает, даже если бы от меня сейчас потребовали ответить рифмой на теоретический вопрос о магии.
Мара — не утопец, с одного маха она в эктоплазменный осадок не выпадет, но этого мне и не надо! Добивающий удар на обратной траектории движения я не стал наносить намеренно.
И эта сущая тварь оборачивается ко мне, только в глазах у нее теперь не чернильная ночь, а зеленовато-голубой океан, как у Бирюзы! «Плюсик» тебе — за доставку, мымра! Призрачное лезвие пронзает эфирное тело мары насквозь, а из моей левой ладони вырывается почти прозрачная плеть. Формой она напоминает оружие Циркача, а по своей природе — ближе к волне ряби, которой я уже разрушал иллюзии и мороки. Это — ментал и воля.
Плеть гибким щупальцем впивается в голову призрачной Гостьи и вырывает оттуда «все» захваченное когда-то тварью. Само «содержимое» мне без надобности, но было важно, как объяснял Подушка, разрушить астральный блок. Что это такое — я только начинаю понимать даже в чистом разуме. Главное, теперь сестренке не потребуется постепенное лечение-восстановление.
А холодильная мара рассыпается пеплом, который даже не долетает до пола, испаряясь в воздухе. Остается только густой и медленно оседающий вниз — сгусток моей добычи.
— Наша прелесть, да! Эктоплазмушка! – возликовал Меняла.
Я подставил под туманный кисель — стеклянную банку, найденную Иком. И, раз уж меня «осчастливило» приходом моего сверхсознания, пробую применить на практике и объяснения Умника. Можно было бы пригласить и его самого в Грань воплотиться…
— Я и так — «ты», тренируйся! — откосил от непосредственной активности материаловед-ученый.
Закрыв баночку с ценным (очень надеюсь!) киселем — стеклянной крышкой и зажав посудину в ладонях, я представил, как часть туманной бурды «пропитывает» стенки емкости.
— Так, так… молодец, Смород, я слежу за процессом! Несколько избыточный по толщине слой. Стоит поработать еще над равномерностью нанесения, но — сойдет! — обрадовал меня Умник. — Нужно будет с тобой в Грани потренироваться в нюансах…
Кому-то мара — страшное дело, а вот меня — прибило обещанием дополнительных тренировок! Я аж из чистого разума вылетел! Да мне раздвоиться что ли, на фиг, с вашими уроками?!
— Это не предел! Наша цель в медитациях — семь потоков сверхсознания. Да, пусть и далеко не сразу… — буднично напомнил гадский Подушка.
Ладно, сойду с ума — покрашу, для своих пенсионеров, внутреннее сознание в задорный оранжевый цвет, с бодрыми алыми прожилками и заведу буйных русалок с барабанами. А что бы всем было совсем хорошо — русалок найду тех, которые — наполовину селедки!
— Кстати, да, а почему нам с утопца ничего не досталось? — всполошился на тему упущенной выгоды Меняла.
— Утопец — примитивная тварь, в которую водный дух заложила малую толику своего средоточия, — отбрехался Подушка от коммерсанта. — Эктоплазмы там было на один чих, плохой консистенции и… посуды еще не было.
  
— Ну-с, Смород, теперь тебе придется с собой баночки носить! — хихикнул исподтишка Рифма.
Образ молодого и привлекательного (для прекрасных дам) героя, в расцвете могучих мистических сил — дополнять дребезжанием разных пробирок в карманах я хотел не особо.