О клинках и крыльях (ЛП)

Кроме того, позади Трона Одина есть две неприметные двери. И это помимо остальных примерно двадцати дверей, их верхние половины украшены цветным стеклом, а наверху вырезаны руны. Между этими дверями стоят ряды скамеек. В центре комнаты располагается гигантский очаг, сейчас наполненный только тлеющими углями. И все же я могу представить его оживленно ревущим, окруженным разгоряченными воинами, и на все это взирает Один, сидящий на троне. Я сжимаюсь от внезапного благоговения.
  
Тебе здесь не место.
Сражаясь со своими сомнениями, я стискиваю зубы и спускаюсь по лестнице. Меня избрали. Я имею право быть здесь.
По залу ходят фейри, кто-то собрался в небольшие группы и разговаривает, а кто-то разглядывает гобелены, которыми покрыты стены. Харальд и Эрик здесь, но больше я не вижу никого из Стражей Одина. Пока не добираюсь до подножия лестницы. И тогда я чувствую одного из них.
Я оборачиваюсь и вижу пару глаз цвета пепла на бронзовом лице, рассматривающих меня. Каин стоит, прислонившись к колонне, украшенной огромной извивающейся змеей, и не замечает никого, кроме меня.
У меня вдруг пересыхает во рту, я отворачиваюсь и только тогда понимаю, что все остальные в зале тоже смотрят на меня.
Мне не нужно иметь дар предвидения, как у Брунгильды, чтобы догадаться, что все они думают то же, что и я пару минут назад. Мне здесь не место.
Звучит гонг, милостиво привлекая всеобщее внимание, а потом раздается скрежет. Стекло одного из окон над дверями задвигается внутрь стены, открывая огромное отверстие, и я ахаю вместе с остальными, когда в него кто-то влетает.
Это Сигрун — Лидер Валькирий, одна из девяти первых Стражей Одина. Ее кожа насыщенного цвета древесной коры, волосы ярко-зеленого цвета, и каждая прядь заплетена в косы, обрамляющие ее потрясающее лицо. Каждое из ее белых, как свежий снег, крыльев простирается на десять футов в сторону. Она держит копье длиной с ее рост, и оно излучает такую мощную силу, что мне хочется упасть на колени.
Она совершенно восхитительна. Могущественная, яростная и удивительно красивая, она та, кем все хотят стать.
Когда она бесшумно приземляется на постамент, оконное стекло возвращается на место. Она начинает говорить, и в ее голосе слышится власть.
— Добро пожаловать в Фезерблейд!
От ее слов моя кожа покрывается мурашками, трепет охватывает мое тело, начиная от кончиков пальцев ног и затем поднимаясь все выше.
— Тридцать фейри были избраны чтобы стать новобранцами Фезерблейда. Двадцать шесть добрались до Чертога. Сомневаюсь, что больше двадцати смогут обрести валь-тивар и затем крылья.
Реакция в моем разуме очень сильна. Мне нужно выяснить, что такое этот валь-тивар.
— Находясь здесь, вы узнаете, в чем вы сильны. Среди вас найдутся те, кто может создавать. Те, кто может сражаться. Те, кто может исцелять. Те, кто будет знать, что грядет и те, кто будет быстрее врага, — она замолкает, медленно оглядывая дружно благоговеющую толпу. — И будут те, кто потерпит неудачу, ибо хотя мы любим богов, иногда они ошибаются в своем выборе.
Мне кажется, или ее взгляд правда скользнул по мне? На мгновение мне хочется сжаться и стать меньше в размерах, но вместо этого я улыбаюсь. Это моя обычная защита.
— Веками Фезерблейд пустовал, — продолжает она. Готова поклясться, что слышала низкое рычание сзади, но я сосредотачиваюсь на Сигрун. Обычно мне сложно сфокусироваться на чем-то, но не в этот раз. Она просто завораживает.
— Сейчас вам будут доступны только те помещения Фезерблейда, которые вам соответствуют. Относитесь к самому зданию как к учителю. Оно благословлено силой богов, и теперь, когда вы здесь, вы тоже с ней связаны. Оно подарит вам вашего валь-тивар, подарит ваши крылья. Относитесь к нему хорошо, и оно ответит вам тем же, если вы этого достойны. По мере того, как вы будете прогрессировать в своем обучении, вам будет доступно все больше помещений, особенно тех, которые будут нужны конкретно вам. Спальни и тренировочные залы находятся здесь, в Великом Чертоге Одина. Храм Вальгаллы всегда доступен для всех. Там вы можете скорбеть, и там вы можете общаться с богами. Что бы ни происходило в ваших жизнях, Храм Вальгаллы — священное место, помните об этом. Нарушьте это правило — и вас исключат.
Она обводит медленным, исполненным власти взглядом каждого фейри в помещении.
— Помимо этого, есть еще несколько правил. Мы ожидаем, что вы будете сражаться, но не того, что вы будете убивать друг друга, если этого можно избежать. Однако, вы — взрослые, и это не школа для малых детей. Здесь вы будете учиться тому, как стать Валькириями, Стражами Одина. Если вы достойны, Фезерблейд вознаградит вас. Если нет, вы останетесь здесь до тех пор, пока боги не изгонят вас или вы не умрете. Я желаю вам удачи. Скоро мы вновь увидимся с вами на первой демонстрации ваших сил.
Ее огромные крылья распахиваются, она сходит с постамента и идет через зал, держа их настолько расправленными, насколько возможно, заставляя подвинуться каждого, кто стоит у нее на пути. Фейри, конечно, так и делают, глазея, пока она идет мимо. Она невероятная. Сердце дрожит у меня в груди, когда и я смотрю ей вслед.
Я смогу стать такой как она? Я действительно, по-настоящему смогу быть кем-то похожим?
Часть меня верит, что да. Это та же часть, что отказалась поддаться страху перед обмороками, перед скорой смертью и заставила меня пытаться использовать каждую причину для радости, какая только возможна.
Это та же самая часть меня, которая съеживается и умирает от мысли, что мне придется быть запертой в четырех стенах, от болезненного осознания, что я упускаю целый мир возможностей.
Это та же самая часть меня, которая верит в то, что, если бы у меня была сила, я бы достигла такого же величия.
Но жизнь никогда не поддерживала эту часть меня. Такого никогда не было.
До этого момента?
Я выпрямляю спину, держа в голове образ Сигрун.
Любой из обмороков может меня убить, но здесь у меня хотя бы есть шанс умереть с крыльями за спиной.
ГЛАВА 12
МАДДИ
Харальд поднимается на постамент.
— Идите завтракать в Обеденный зал. Советую вам наесться до отвала, потому что на обед мы прерываться не будем, и в следующий раз вы поедите ранним вечером.
Все поворачиваются и начинают выходить через главные двери впереди. Я нахожу взглядом Нави и следую за ней, надеясь, что она знает, куда идти.
Мы выходим через огромные главные двери и поворачиваем направо, останавливаясь только когда оказываемся под Храмом Вальгаллы. В центре стоит большое здание с широко распахнутыми дверьми, и я чувствую оттуда запах готовящихся мяса и хлеба.
Деревянный Обеденный зал оказывается огромным изнутри. Как и в Великом Чертоге, все колонны украшены вырезанными геометрическими узорами и животными. Но в отличии от Великого Чертога, здесь пол выложен большими каменными плитами, покрытыми сверху толстыми кусками дерева и меха, которые заглушают звук тяжелых сапог. На каждой стене закреплены канделябры с горящими факелами, а между ними висят щиты, все разных цветов и форм.
В центре зала стоят три стола, сервированные металлическими тарелками и кружками, и окруженные разномастными стульями, а в дальнем конце помещения есть еще один стол, уставленный сервировочными кувшинами, вертелами и блюдами. Двое человеческих рабов выносят еду из двери слева, которая, как я думаю, ведет на кухню.
  
За одним из столов сидят, глядя как мы заходим, Вальдис и Брунгильда. Около стола с едой возникает очередь, и я встаю в нее, прихватывая по пути тарелку. Фейри Двора Золота передо мной стоит спиной, так что я оборачиваюсь к тому, кто встал позади меня.
— Привет, — говорю я. Мускулистая фейри Двора Земли неуверенно смотрит в ответ.
— Во что это ты одета? — спрашивает она, опуская взгляд на мое платье.