Хроники старого мага (СИ)

Лестница уходила в потолок. Мне стало интересно, что же находится выше? Я продолжил двигаться вверх. Дойдя до люка, я легонько толкнул его. Люк поддался, но плохо и со скрипом. Похоже, что этим путём давно не пользовались. Об этом же говорил слой пыли на верхних ступенях лестницы. Я толкнул сильнее. На меня посыпалась пыль и кусочки ржавчины. Но всё-таки я попал на самый верх. Я оказался в маленькой, круглой комнатушке, не более пяти шагов в диаметре. Пол был деревянный. Напротив люка находилась дверь, открывавшаяся наружу. В противоположной стороне стоял старый деревянный шкаф. Сбоку к нему была прислонена обшарпанная тренога. По другую сторону шкафа стояла табуретка. На полке шкафа лежал сильно запылённый предмет, в котором с большим трудом угадывался старый телескоп. Я надеялся, что это телескоп. Настолько старый, что таких уже никто не изготавливал. Я вышел в комнату из люка.
Смотреть было особо не на что. Я прошёл к двери и толкнул её. Она открылась со скрипом. Я оглянулся. Столб, проходящий через всю башню снизу доверху, заканчивался в верхней комнате на уровне моей груди. Я шагнул вперёд и оказался на верхней площадке башни. Комнатка, из которой я вышел, находилась в центре этой площадки. Она имела деревянный потолок и сверху это строение венчала деревянная, остроконечная крыша, покрытая черепицей. Площадка по краю имела каменный парапет с поднимающимися вверх зубцами. Между парапетом и центральным строением была площадка, огибавшая кольцом стены комнаты. Пол был слегка покатым. Вдоль парапета по полу был проложен каменный лоток. По нему дождевая вода вытекала наружу башни. Это происходило через отверстия на западной и восточной сторонах. С северной стороны была видна крепостная стена. Я подошел к краю парапета, чтобы выглянуть наружу. От крепостной стены к башне был протянут каменный, арочный мост. По моим прикидкам он упирался в сплошную стену на высоте ниже моих окон примерно с мой рост. Я глянул вниз. Снаружи к стене от моста до уровня парапета башни была приставлена деревянная лестница. Задумка строителей была понятна. Если враги ворвутся на стены крепости, защитники по мосту могут отступить к магической башне и влезть наверх по лестнице, скинув её потом вниз. А если открыть окно в моей комнате (я уже считал эту комнату своей), то можно вести стрельбу вдоль моста, отгоняя нападающих. Да и сама стена с высоты крыши башни как на ладони.
Солнце уже почти скрылось за горизонтом. Пора было возвращаться в комнату. Я осмотрелся ещё раз. А ведь хорошая обсерватория может получиться. В ясную ночь. Но не сегодня. Сегодня будем спать. Я прошёл внутрь маленькой постройки и закрыл дверь. Спустился вниз по лестнице и закрыл люк. В комнате стоял полумрак. Свет давал только мой посох. Пора было зажечь светильник и готовиться ко сну. Мой первый день в крепости подошёл к концу.
Я разделся. Уложил вещи на свои места. Поставил табурет на люк, чтобы его нельзя было открыть незаметно. Табурет обязательно бы опрокинулся и загремел. Я надеялся, что мой сон не будет слишком крепким. Пора было выполнить одно упражнение. В нашей Академии оно называлось «Релаксация». Сложное название, но означает оно — расслабление. Не знаю как кому, но для меня это упражнение гарантировало сон. Я лёг по удобнее, чтобы тело лежало на кровати без напряжения. Закрыл глаза. Стал расслаблять мышцы. Вспомнился наставник. Когда он обучал нас, то в качестве образа предлагал использовать верёвку. Он сначала натягивал её так, что она стала похоже на натянутую струну. Потом он её отпустил, и она провисла. А потом он бросил её на землю, и она приняла форму грунта, на котором лежала. Так он предлагал нам расслаблять мышцы, до уровня провисшей верёвки, а тело до уровня верёвки, лежащей на земле. Сейчас я пытался приложить этот образ к своему телу. Опыт брал своё, тело подчинялось. Сложнее было расслабить лицо и глаза, но и это удалось. Я потратил силы на успокоения сердцебиения и дыхания. После этого надо было очистить мозг от всех мыслей, не касающихся расслабления тела. Как всегда помог образ. Я сконцентрировался на образе тихого водного омута. Мысленно я превратил тело в воду и успокоил её движение. Представил как вся грязь и муть оседает на дно, выбрав в качестве дна прямую кишку. Увидел, как вода стала чистой и прозрачной. Это было сложно. В своих мыслях я был в воде и был водой. Вода нагрелась от солнечных лучей, и моё тело нагрелось как вода. Я плавал в воде. Где-то здесь я потерял связь с миром, ушёл в свои сновидения.
   
Глава 2
 
За столом шла напряжённая игра. За большим столом сидели почти все боги этого мира. На этом столе была расстелена карта Невендаара. Боги по очереди брали стаканчик для игральных костей. На стол выставлялись фигурки и сбрасывались кости. Сегодня основными игроками были Галлеан — Бог эльфийского народа, и Бетрезен — Бог демонических сил. Оба развоплощённые и ослабленные предыдущей войной. Но, тем не менее, их способность влиять на судьбы своих народов продолжала оставаться в виде голосов провидцев. Проблемой Галлеана было то, что эльфы отличались меньшим уровнем дисциплины, а их моральный уровень упал намного сильнее, чем у демонов. Бетрезен сделал ставку на орков. Не слишком умные, сильные и агрессивные орки легко поддались влиянию демонических эмиссаров. После окончания войны численность орков сильно возросла. Участия в прошедших Великих войнах они не принимали, а потому больших потерь не понесли. Им нужны были новые территории для поселений. Активный отпор давали только люди и гномы. Демоны заключили с зеленокожими взаимовыгодное соглашение. Они пропускали через свои территории их отряды и использовали орков против людей и эльфов, постоянно тревожа их границы и ослабляя армию. Для ускоренного перемещения маги демонов создали несколько порталов в различных частях Невендаара. Фишки орочьих отрядов продвигались вглубь эльфийской территории. И если в лесистой местности эльфы с трудом, но сдерживали натиск орков, то в болотистой и гористой местности у орков проявлялось изрядное превосходство. Увеличивать численность отрядов Бетрезену помогал портал на южной стороне болот вблизи города Солема.
Галлеан нервничал. Столкновение эльфов с нежитью в прошедших Великих Войнах сильно проредило ряды в войсках. Не хватало стрелков, было мало бойцов, но более всего не хватало магов. Эльфы были сильны и неукротимы на поле битвы, но самый великий их недостаток был связан не с воинскими способностями. За своё долголетие эльфы заплатили низкой рождаемостью и длительным периодом детства. Прошлые войны извели почти всех волшебников, а те, что остались, обладали низким уровнем знания и способностей. Была утрачена библиотека магических знаний эльфийского народа. Были потеряны многие исконные территории. А после завершения Великих Войн возвращение этих земель осложнялось низкой численностью населения и нежеланием жить на осквернённых нежитью землях.
Бог Моргот, сидевший рядом с Бетрезеном, небрежным жестом вытащил из грубой деревянной коробки горсть мелких предметов и высыпал их на стол. Это оказались грубо слепленные из глины фигурки, в которых с трудом угадывались черты зеленокожих гоблинов. Он тряхнул стаканчик с костями и высыпал их на стол. Все кости легли на стол вверх удачными числами. Улыбка растянула лицо Моргота. Осталась мелочь. Бетрезен взял свои кости, скинул в стаканчик и, встряхнув, высыпал на стол. На карте вблизи города Солем вспыхнула звезда. Прямо под звездой находилось странное сооружение, похожее на грубый плоский кусок глины с воткнутым в него кольцом. Фигурки гоблинов исчезли из угла Моргота и перенеслись к городу Солем. Моргот улыбался, остановить этот отряд было некому.
Стаканчик перекочевал к богине варваров Фрее. Фрея была полной противоположностью Всевышнего. Красавица, одетая в одеяние из шкур лисиц и волков, выглядела одновременно хрупкой и женственной, но при этом воинственной. Фрея взяла стаканчик и вложила в него кости. Она долго и напряжённо трясла стакан. На её земли недавно вторглись войска из степей кочевых гоблинов. Люди всё активнее выдавливали их со своих территорий. В поисках безопасности они пытались мигрировать на Север. Здесь они натыкались на человеческие поселения варваров. Варвары оказывали ожесточённое сопротивление, но гоблинов было неизмеримо больше. Гибель даже небольшого числа боевых единиц сильно усложняло оборону. Гоблины размножались необычайно быстро, а бороться с ними было трудно. Кости покатились на стол. Все напряглись в ожидании. Кости легли не сильно хорошо. Будут битвы, но потерь не предвиделось. Это устраивало Фрею.