Каменное сердце (СИ)
***
— Присаживайся бандит. — Недовольно произнесла жрица, садясь на одно из кресел, а не за стол. — Наверное у такого варвара есть имя?
— Да. У такого варвара как я, есть имя. Но прежде чем спрашивать имя, нужно представиться самой. — Женщина постаралась удержать хмурые брови и злобу в голосе, но пылающего взгляда она сдержать не смогла.
— Накари. Старшая жрица храма «Святого писания». — Положив ногу на ногу, внимательно всматривалась в глаза Ганзела. — Теперь твоё имя варвар. — Жрица упёрла локти в подлокотники, а пальцы взяла в замок. — Так я услышу твоё имя?
— Да жрица. — Спокойно проговорил рыжий наёмник. — Моё имя, Ганзалис. Я главарь данной группы. — Жрица смотрела на него горящим взглядом.
— Вижу твои люди тебя бояться. — Проговорила удивлённо жрица. — Не боишься, что кто-то из них ослушается приказа? Если мои девочки пострадают, пинай на себя. — В её голосе не было страха, была гордость и злоба, но слабее чем в начале разговора.
— Я тебе ручаюсь, что твоих послушниц не кто не тронет. Но мне нужно серебро и еда, не более. — Рыжий наёмник закинул ногу на ногу и нагло посмотрел в глаза жрицы.
— По этому поводу я уже тебе говорила. Это не рынок, а храм. — Тот слегка нахмурился, и хотел только сказать, как жрица его остановила, поднявшись с кресла. — Но я тебе помогу. При одной конкретной услуге.
— Я слушаю. — Жрица подошла к столу облокотившись на него посмотрела на наёмника.
— Ты утолишь мой голод и мои послушница за этот период не пострадают, то я дам тебе пару мешков серебра и еды на две недели и кое-какую информацию. Моим девочкам тоже нужно есть. В тебе я не вижу зла, так что и не опасаюсь. — Наёмник согласился, быстро всё обдумав. Он считал, что можно обойтись без лишних жертв. — Ты согласен? — Ганзел поднялся с кресла и подошёл в платную к жрице что было слышно её дыхание.
— Да, но если ты что-то выкинешь, то тебе и твоим девочкам будет оказано много проблем. — Жрица ехидно улыбнулась.
— Я старшая жрица этого храма, и держу своё слово наёмник Ганзалис.
***
— Вот так всё и вышло. Мы получили еду, деньги вдобавок и информацию с одной из крепостей. — Тут рыжий наёмник замолк, Бьёрн и Кайзер смотрели на него очень внимательно. — Информация… — Он тут же ринулся к сундуку и ящикам, начиная в них что-то усердно искать. Вещи разлетались в разные стороны, до тех пор, пока в руках наёмника не оказался желтоватый пергамент. Раскрутив его, он внимательно вглядывался в текста и рисунки. — Да это он. — Улыбка непроизвольно натянулась на его лице: довольная, гордая и тщеславная. — В этом пергаменте информация: об патрулях, сменах, и проходах к крепости «Святого писания» у горного хребта.
— Знаешь Рыжий. Хоть где-то есть толк от твоих куралесов с жрицами. — Рыжий довольно улыбнулся, положив пергамент в сумку. Следом накинул утеплённый плащ из шкур. — Эй!? Ты куда собрался?
— Я к господину Сириусу. Нужно рассказать об планах и начать их подготовку. Набрать людей, провизии, и воинов, которые не помрут от более сильных морозов. — Кайзер скривился, но оставаться в лагере он не собирался. Лучше помереть на поле боя, чем в палатке замёрзнуть насмерть.
— Ладно чёрный. Пора нам тоже собираться и готовиться к походу. Дорога обещает быть долгой. — Северянин поднялся с ящика, вышел из палатки. С наружи была слышна пурга и холод слегка прошёлся по его спине.
— Не на вижу зиму. — Муирец встал, поправил свой меч и тоже вышел из палатки в холод. Кажется, сегодня у него последний день, чтобы согреться. Ведь завтра уже будет не до этого.
«В белый хлад»
У скалистых подножий, покрытых белоснежным снегом на самых гранях меж высоких серых гор, находилась не менее мрачная крепость из серого камня, покрытого изморосью, засыпанная снегом. По высокой стене шёл солдат в латных доспехах в накидки из шкуры дикого зверя, а на плечах красовались выгравированная книга с зажжённой свечой по центру. В руках он крепко держал факел, всматриваясь в холодные склоны, а сам трясясь от морозов, перебирая ногами, стараясь согреться от огня, что ему не удавалось. Зубы стучали словно деревянные опоры под грузом тяжести, а руки дрожали как листья ветреную погоду. Небо, затянутое тучами, не пропускала даже света полной луны, старательной так пробиться. Дула снежная пурга, подымая снежинки с округи засыпая ими всё. Подойдя к одному из краёв стены, внимательно начал вглядываться в тени. Пока не ослеп на один глаз и не рухнул на спину тяжёлой наковальней. Стрела вошла глубоко в мозг, оставляя хвостовик с оперением. Факел рухнул на камень, чутка прокатился, тихо тлея. Стрелок скрывался в тени меж тёмных скал, за занавесом из льда и пурги. Он, не убирая тугого лука, взглянул на стену и убедившись, что дозорный мёртв, спускался по сугробам из рассыпчатого снега, доходившим почти покалено, а некоторым более низким по пояс. У одной из горных троп стоял вооружённый отряд из хорошо экипированных наёмников, ожидавший приказов. Лучник спускался по склону, засыпая в сапоги клубни снега. Он медленно со злобой шёл к огромному человеку в тёплой водолазке с меховой накидкой, прикреплённой к юбке из шкур диких животных. На поясе у него висел топор с лезвие с его огромную ладонь, а зачёсанные белые волосы колыхались на ветру с небритой стороны.
— Я закончил. Четверо часовых с моей стороны убиты и медленно обращаются в сугробы в такую пургу. — Проговорил лучник с косичкой на одном из небритых боков.
— Хорошо. — В это момент с другой стороны пришёл ещё один, подтверждая, что с его стороны тоже всё готово. — Твой брат проник в крепость?
— Скорей всего да, но мы это узнаем, как только он заберётся на стену и откроет ворота. — Проговорил лучник, надевая своё оружие через себя. Громила хмыкнул, на что лучник прикусил от злобы губу. — Скажи? Все люди с севера такие громилы с маниакальной внешность? — Тот посмотрел на него наплевательским взглядом. Развернулся, направился к стоящей палатке под одной из заснеженных сосен что редко росли на горных склонах. Из палатки бил свет, а тень человека внутри, сидела неподвижно. Отодвинув ткань, северный человек вошёл в палатку сев на стоящий рядом ящик. В центре находился стол, с картой, где были указаны маршруты патрулей, смены и тайные проходы и отходы. Человек укутанный в тёплую накидку с меховым воротом, почёсывал рыжую бородку изучая план и действия противника в той или иной ситуации.
— Ты не одну ночь изучаешь эту карту. Ты спал? — Рыжий человек, поднял на него уставший взгляд с синими мешками. — Тебе явно нужно поспать. — Рядом, сидящий в углу муирец, слегка точил свой меч, периодично дрожа от холода, когда края палатки слегка приподымались.
— Мне некогда Бьёрн. — Его глаза бегали по пергаменту выискивая что-то. — Эту крепость надо захватить за эту ночь. Через четыре дня, должны прибыть Сириус с остальными, у меня нету времени на сон. — Северянин смотрел на своего компаньона, который изматывал себя. Продолжая читать карты без сна и отдыха.
— А я вот думаю, что надо. Так что давайка… — Озлобленный взгляд рыжего наёмника тут же был направлен на Бьёрна прожигая его живьём. Тот, не зная с чего сглотнул, и минутно замолк.
— Я уже ответил. А теперь, скажи мне что там с отрядом, отправленным во внутрь крепости и всё гладко проходит?
— Часовые были устранены. Так что наш подход к стенам не кто не заметит, а отряд «леприкона» Ведагора, должен был уже проникнуть по тайной тропе в крепость, которую ты ему указал. Ганзел отдохни, а я возьму командования на себя. Тебе он необходим. — Наёмник облокотился на стул упирая взгляд в палаточный потолок, глубоко вздохнул. С наружи во всю дула вьюга, заметая следы и тропы. — «Я доберусь до него, доберусь и убью. Всажу меч через его поганый рот по самую рукоять.» — Подумал рыжий про себя, пока северянин задумчиво на него смотрел. — Так что? Доверишься?
— Хорошо громила. Командование на тебе, но как только начнётся штурм или что-то случиться, ты меня разбудишь. — Северянин нагло и ехидно улыбнулся. — Ещё одна такая улыбочка и я передумаю. — Холод прошёл через его уста.