Каменное сердце (СИ)
— Очень лестно с твоей стороны Ол. Пойдём. У нас есть разговор. Офицер Изра уже ожидает нас в палатке командования. — Сейчас он был спокоен, хоть в голосе и читались нотки высокомерия. Но отвращение на лице к моей персоне было не меньшей, как и прежде.
— Хорошо… — Кажется завтрак или обед отлаживается в долгий ящик.
Войдя в палатку командования сел за стол слева от уже сидящей Изры. Заместитель сел позади меня, за офицером тоже был подчинённый. Парим же достав глиняный кувшин и пару бокалов, поставил их на стол возле карты, где было видно нашу укреплённую позицию у ущелья. Значит вы выиграли бой. Раздался плеск по фарфоровым бокалам вишнёвой жидкости, напоминающей вино.
— Попрошу заместителей, покинуть палатку. Вы на сегодня свободны. — Заместитель Изры тут же поднялся и направился на выход, Башир чего-то ожидал, кажется моего разрешения.
— Иди Башир. У вас всех сегодня выходной, не напивайтесь сильно. — Башир кивнул, и поднявшись, отдал на прощание честь, вышел из палатки. Парим в это время проводил его взглядом убирая кувшин под стол, садясь на своё место.
— Поднимем бокалы за победу в этой битве. — Глаза его были уставшими, кажется эти два дня разгребал последствия без сна и отдыха. Подняв бокал вместе с ним, вы отпили по глотку. — Мы смогли сократить союзную армию на половину, хоть и не обошлись без жертв. — Он сделал ещё глоток. Довольно выдохнул, но сдержано. — Мы потеряли чуть больше половины из трёх сотен. Враги чуть больше тысячи из двух. Но мы их прогнали. — Больше половины славных воинов погибло в кровавой схватке. Без жертв на войне не обойтись. Это я знаю ещё с прошлого опыта во время штурма крепости. Тогда нам пришлось залечь на дно и не один год восстанавливать силы. — Мы готовились к этой битве три месяца и эти три месяца были сложными. Так что выпьем ещё раз за победу. — Сделав по ещё одному глотку, Парим уже осушил второй бокал. — Капитан… Арим-аб-Дур должен в течении недели прислать распоряжение для следующих действий, а пока вы все можете отдыхать. Но быть на чеку… Вы выиграли битву, а не войну. Выпьем! — Очередной бокал тут же стал пуст в руках старшего офицера.
— Старший офицер. — Тут Парим недовольно с кислым лицом посмотрел на меня, осушая ещё один бокал. Кажется, ноша смертей его людей, отложилась на сердце кровоточащей раной. Если у него есть сердце. Моё сожалела и провожала всех погибших новичков.
— Чего тебе белый? Что-то против имеешь вина? — Недовольно поднял подбородок, повышая тон.
— Нет. К вину нечего против не имею. — Но если я продолжу пить, то первый бокал меня унесёт в вишнёвый унисон, который он дарит. — Что со старшим офицером Имбрахом? Он вроде как уже здоров. — Тут Парим, поставив бокал на стол, начал пальцем водить по краю бокала, делая круги.
— Старший офицер Имбрах, два с половиной месяца назад… отправился в главный лагерь возле оазиса где тебя нашли приблудыш. — Сделав ещё один глоток, вновь поставив бокал, посмотрел на меня. — Так что, ты под моим командованием, как и прежде. — Нечего не сказав, я сделал глоток и поднялся из-за стола. Сидеть сейчас тут нету смысла.
— Прошу меня простить, но я покину ваше празднество и присоединюсь к уцелевшим моим воинам. — Старший офицер лишь помахал кистью «Иди». Я так и сделал. Выйдя из палатки, направился к своей, где тут же рухнул на кушетку, тяжело вздохнув, но не успев закрыть глаза у палатки раздался гул толпы, из-за чего мне пришлось выйти. Отодвинув ткань, увидел уцелевших которых было около тридцати человек. Они довольно ликовали, когда я вышел, в их числе был и Башир. — Что за сбор?
— Не серчайте господин сотник! — Проговорил Башир слегка пошатываясь. Когда он успел так напиться? — Эти люди благодарны вам за спасение. Вы… раненый в крови пришли им на помощь… прорубая путь серпом… через толпы врагов.
— Я делал то что считал нужным. — Не знаю о какой идёт благодарности речь. Я нечего не помню с того момента как меня парализовал яд, того шута с консервной банкой на голове. Ко мне подошёл парень один из новичков, прося обратиться. — Слушаю.
— Господин сотник? Не соизволите присоединится к общему празднеству в честь победы? — Я помолчал какое-то время задумавшись, а потом согласился. Пить я не собирался, мне так будет проще, но и отдых не повредит. — Слышали! Кровавый ангел, господин сотник присоединяется к нам. — Как он меня назвал?
— Ну… Господин… ангел. Пойдёмте выпьем. — Взяв меня под плечо, заместитель повёл с остальными. Мы прошли несколько рядов и вышли к шатру столовой, где увидев меня, муирци тут же вскочили из-за деревянных столов отдавая честь. — Друзья!.. Тише… Господин Ол, будет… отмечать с нами! Так что выпьем за его здоровье! — Про выпивку вообще не запнулся. Муирци заликовали, и тут же подержали тост. Меня посадили за ближайший стол, где уже поставили кружку с хмелем. Позже одна из симпатичных воительниц, подсела ко мне.
— Господин Ол. — Проговорила девушка, смотря мне в лицо, хлопая ресницами. — Как вы так хорошо научились владеть своим мечом? — Посмотрев на неё, я автоматически пытался скрыть взгляд. Поэтому взяв кружку хмельного, сделал глоток. На вкус не очень. Как северянин это пьёт? Хотя… — Так расскажите? Очень интересно. — Продолжала муирка приближаясь ко мне, как змея подползая к своей жертве скользила по скамье, слегка приоткрывая ворот рубашки демонстративно показывая, что под ней имеет. — Неправда тут жарко.
— Господин сотник. — Обернувшись увидел задиру, перевязанного всем что возможно. — Рад видеть вас в добром здравии. — Я ему улыбнулся, приглашая сесть. — Благодарю… Отодвинься гадюка. — Муирка цыкнув отползла от меня взяв кружку, пошла кому-то из толпы, чтобы скрасить вечер. — Кажется я вас спас. — Я лишь усмехнулся, и сделал ещё глоток из кружки. — Я вам должен жизнью. — Кто мне не должен жизнь? У меня чувство что я костяная с косой. — У ущелья были лучники. И как только большинство наших было перебито ими. Вы появились в последний момент, когда был выпущен очередной град стрел. Вы стали передо мной как монолитная стена подняли труп с земли, используя его как щит, тем самым прикрыли меня и себя… Что вы удивляетесь? Вы разве не помните? И скинув мясной колчан. Я заметил в вас стрелу в плече, так вы её выдернули без единого звука и пошли к лучникам. — Пока я слушал, кружка опустела на половину. — Вы их превратили в такое кровавое месиво, что их родная мать не узла бы. Было страшно… — Он сделал глоток из своей кружки вытирая пену с губ. — Запомнилась самая яркая расправа… Вы подошли к одному из уцелевших лучников, тот как-то умудрился выбить из ваших рук оружие, так вы накинулись на него голыми руками и выдавили глаза. Тот вопя во всю глотку от боли рухнул на колени пока промеж пальцев шла кровь. В этот момент подобрали серп, и воткнули ему в живот ровно по центру … Не смотрите на меня так. Я сам не меньше был ужасе от такой картины, но страшное было после, когда вы воткнули и резко начали вести лезвие верх разреза плоть с мясом до самой глотки, не смотря на пластинчатый доспех, и делали это как можно медленнее пока у того выпадали внутренности… — Убрав подальше кружку, старался не представлять картину. В толпе заиграла лютня и довольно весёлая мелодия. — О. Фен достал инструмент. Теперь с музыкой будет намного веселее. — Следом вместе с лютней заиграла флейта, в такт они производили замечательную мелодию: энергичную и бодрящую. — Прошу меня простить, но я вас покину. — Я не против. Главное, чтобы он не рассказал, что я сделал с остальными.
— Тебе тут не скучно одному? — Повернув голову. Увидел Изру, которая села рядом, слушая мелодию лютни и флейты.
— Нет. Ко мне тут подсаживаются, словно позади очередь выстроилась. — Даже обернулся чтобы опровергнуть свой домысел. Очереди не виднелось. — Так что скучать не приходится.
— По тебе и видно. — Довольно проговорила муирка. — Ты и правда спас много людей в битве у ущелья. Даже удивляюсь как. — Задумчиво, девушка легла на стол. — Многие говорят, что ты был ранен и истекал кровью. Как?