Колесо времени

— Судя по твоему довольному лицу, — с сарказмом тихо произнес друг, — дело синьора Антонио Гарсиа продвигается крайне успешно...
— Крис, — лениво оборвал его Том.
— Старик, у меня только один вопрос — ТЫ В СВОЕМ УМЕ?! — взорвался напарник.
Том довольно кивнул.
— Черт, я так и думал! — психанул Крис, махнув рукой. — Слушай, я и так прикрываю тебя перед начальством по полной. Ты понимаешь, что если хоть кто-то узнает обо всем... — Он быстро крутанул головой туда-сюда, проверяя, нет ли чужих ушей и свистящим шепотом прошипел: — ...если об этом узнают, тебя арестуют?! Нахрена тебе все это надо? Что с тобой? У тебя нормальная жизнь, все есть! И что? Снова на подвиги потянуло?! Или ты забыл, как оно ТАМ? Хочешь вернуться?
  
Том просто на него посмотрел. Уголки губ едва заметно дернулись вверх.
— Все ясно. — Крис нервно затушил бычок и тут же достал еще одну сигарету.
С минуту они курили молча, глядя куда-то вдаль. Том затягивался довольно, расслабленно, Крис — нервно.
— Что будешь делать? — наконец тихо произнес напарник.
— Подам в отставку.
— А дальше?
Том отвернулся, допил кофе и выкинул стаканчик в ближайшую мусорку.
— А дальше я еще не придумал, — спокойно констатировал он.
Кристиан смотрел перед собой, морщил лоб и хмурился.
— Ты понимаешь, что вам не дадут уйти просто так?
Том кивнул.
— А ОН это понимает?
— Он выходит из игры.
Крис неожиданно неестественно громко захохотал. Потом так же внезапно прекратил ржать и серьезно глянул на друга, в порыве дернув его за рукав — глаза в глаза.
— Старик, ты хоть понимаешь, что это бред?
— Он выходит из игры, — повторил Том с вызовом.
— Да даже если бы вы оба захотели этого больше всего в жизни, ты понимаешь, что его никто живого не выпустит? Ни наши, ни ваши!
Том упрямо пялился на мыски своих ботинок.
— А заодно и тебя. Тут уж или ваши, или наши… Еще неизвестно, что хуже.
— У тебя есть гениальная идея? — исподлобья покосился на него Том.
Крис недовольно скривился и дернул плечом:
— Надо подумать. А ты сам, что думаешь по этому поводу?
Том расстроено махнул рукой:
— Так, хрень разная в голову лезет, ничего достойного. На достойное время нужно, а у нас его нет.
— Ну, ты влип, — недовольно протянул Крис. — Так еще умудриться надо.
Том открыл рот, чтобы ответить, но лишь описал в воздухе нечто витиеватое.
— Да я так и понял, — ухмыльнулся друг, подталкивая его в сторону дверей. — Пошли, тебя там уже ждут с отчетом. Не надо пока хотя бы шефа злить.
 22 
В такси Антонио откинул голову на подголовник и закрыл глаза. Его губы сами собой растягивались в счастливой улыбке. Память то и дело подкидывала картинки из их сегодняшнего утра и бурной ночи, по телу пробегал приятный холодок. Он до сих пор ощущал его вкус, его прикосновения, его ласки и поцелуи. Антонио чувствовал, как напрягается член. Он медленно провел рукой по тонкой ткани летних брюк. Черт, неужели ему все еще мало? И вообще, наступит ли когда-нибудь день, когда он не захочет секса просто думая о Томе, не говоря уже о его физическом присутствии? Антонио мечтательно поджал губы. Это вряд ли. Открыв глаза и поймав на себе взгляд шофера в зеркале заднего вида, не удержался от смешка — он сейчас одна сплошная эрогенная зона. И еще не понятно, что возбуждено больше — его сознание или его тело. Впрочем, тело пора приводить в порядок, скоро он будет на месте.
Следующие два часа Антонио провел на телефоне: сделал несколько важных звонков помощникам и адвокатам, дал указания по поводу недвижимости и активов. Позвонил Мануэле и, особо не вдаваясь в подробности, объявил о своем решении остаться в Германии.
— Это из-за него? Из-за Тома? — с некоторым смятением в голосе спросила она.
— Да, — счастливо выдохнул Антонио.
— А он?
— Ты же знаешь. Все знаешь, — отчего-то вдруг разволновался он. — Знаешь, как много он для меня значит. Всегда значил. Я оставляю тебе средства, дом итак записан на тебя. Ты ни в чем не будешь нуждаться.
— Антонио… — ласково позвала она.
— Ммм? — протянул он.
— Я очень рада за тебя.
— Я до сих пор не верю.
— Все будет хорошо. Береги себя.
Антонио кивнул ей и улыбнулся себе в зеркале. Да, теперь все будет хорошо. Осталось сделать последний звонок. Улыбка сползла с лица. И это самый неприятный звонок.
Он прошелся по номеру, покурил и выпил немного виски. Надо очень четко дать понять Фридману, что его решение окончательное и обжалованию не подлежит.
— Добрый день, Джон. — Он старался говорить сухо и по-деловому.
— Синьор Гарсиа? Приятная неожиданность.
— К сожалению, у меня не очень приятные новости, Джон. Сегодня утром я принял решение отказаться от нашего проекта.
В трубке на несколько секунд повисла тишина.
— Можно полюбопытствовать о причинах вашего неожиданного решения? — компаньон произнес это предельно спокойно, но Антонио чувствовал, что тот несколько обескуражен.
— Ничего такого, что было бы вам интересно, — официальным тоном ответил Антонио. — Всего вам хорошего. Удачи.
Он отсоединился и шумно выдохнул. Всё, обратного пути нет. Теперь только вперед. Сколько у него есть времени? Пара дней? Да, через каких-то пару дней они будут уже далеко отсюда. И полетят обязательно вместе. Больше никаких «завтра». Антонио довольно улыбнулся и отправился в ванную — хотелось смыть с себя этот неприятный разговор с Фридманом. Никаких «завтра».
Он провел рукой по запотевшему зеркалу. В широкой полосе отразилось его довольное лицо и мокрые, взъерошенные волосы. По шее и плечам стекали капельки воды. Антонио аккуратно коснулся кончиком пальца синяка чуть выше ключицы. Широко улыбнувшись, мужчина сдернул с кронштейна полотенце и вышел из ванной.
Пока он сушил голову и одевался, мысли крутились вокруг Тома и каких-то фантастических планов на их ближайшее и не очень будущее. Антонио отчетливо видел и себя, и его, и их новый дом, и даже обстановку до малейших деталей. Еще он видел, как они с Томом по утрам вместе принимают душ, отчего по телу разливалось приятное тепло. В такие моменты он снова кидал на себя взгляд в большое зеркало и игриво подмигивал собственному счастливому отражению. Удивительное чувство переполняло душу.
— Синьор Гарсиа? — оторвал его от приятных фантазий звонок от Фридмана.
— Чем еще обязан? — сухо спросил Антонио, поправляя запонки. — Кажется, я уже все сказал.
— Нет-нет, я понял, — Джон явно добродушно улыбался на том конце провода. — Я всего лишь хотел напомнить о нашем обеде. Надо обсудить дела, поговорить… На прощанье, так сказать.
Антонио открыл рот, чтобы ответить, но не успел.
— Ну, почтите же нас присутствием, синьор Гарсиа, будьте так любезны, — продолжал деликатно настаивать Фридман.
— Хорошо, — ответил Антонио и сбросил вызов.
Да, Фридман прав, надо поставить во всем этом точку. А потом им сделают новые документы, и они уедут в Тайланд. Начнут жизнь с чистого листа. Только теперь действительно с чистого, и действительно жизнь. Так, как хотел Том, и так, как мечтает он сам.
Ужин проходил в достаточно непринужденной обстановке. Гости с удовольствием уплетали очередное изысканное блюдо, запивая отборным французским вином. Антонио тоже попытался немного расслабиться. Ему уже не терпелось закурить одну из своих любимых гавайских сигар. Джон улыбался, шутил и говорил о каких-то неинтересных пустяках. Антонио холодно смотрел на компаньона, вежливо растягивал губы и кивал, изредка отвечая однозначно. Почему-то не покидало ощущение, что что-то тут не так.
  
— Друзья мои! Прошу минуточку внимания. — Фридман торжественно застучал до блеска начищенной серебряной вилкой по бокалу. — Известно ли вам, что синьор Гарсиа покидает нас?
Антонио тут же почувствовал, как в него впились несколько пар хищных глаз. Черт, он так и знал, что дружеской трапезой здесь не обойдется.