Мама знает лучше (СИ)

Кстати, Светик так и не отпустил свою веточку рябины. Не знаю, почему его к ней так тянет, ведь игрушек мы взяли с собой целый чемодан. Я думала, что он потеряет интерес в какой-то момент, а нет! Заставил поставить свою веточку «Люсю» в стакан и заявил, что дома ее посадит у деда на участке.
Не знаю, откуда это в нем, но мне хочется верить, что от бабушки. Свет вообще любит всякое такое: цветы, землю, окружающую природу. Иногда мне жаль, что он растет в большом городе, потому что здесь с такими вводными, ему было бы до безумия хорошо.
Но это лишь иногда.
На самом деле, я знаю, что ему будет хорошо везде, но не здесь. Где угодно, но не рядом с этими…кхм, людьми.
Если вы меня спросите, жалею ли я о том, что совершила подлог? Что жестко шантажировала местного идиота в белом халате, который помогал всяким «простигосподи» женить на себе дурных мужиков? Вот тебе справочка с нужной датой зачатия — деньги на стол и гуляй. Трахнешься на стороне с кем-то и снова залетишь? Заходи, я и здесь тебе помогу. Напишу, что от мужа. Что хочешь напишу, лишь бы ты платила вовремя.
Да, я знаю.
Об этом я хорошо знаю.
Все-таки я была женой «короля» этого города и была вхожа в здешние "высшие" джунгли. Разговоры — их не остановить; перешептывания в туалете — не станут они тише. Даже если ты не хочешь, ты будешь знать.
И я знала, на что надавить. Как надавить. А главное — зачем.
Так вот, жалею ли я? Нет, не жалею. И дело не в обиде. В Светике. Если Алексей Антонинович однажды поверил своей мамаше, то поверит снова. Мой Светик будет жить в вечном стрессе? Или вечно «не тем ребенком», «не от той»? Я хорошо помню, с каким цинизмом Антонина Суковна бросила мне слова об аборте, хотя она знала…черт, она знала, что я не изменяла ее сыну. Конечно, знала. Она же все это дерьмо организовала ради того, чтобы рядом с его сыном была Настюшка. Ей было просто насрать. Светик — не тот внук. Неправильный. Грязный.
Так что, хер со мной! Но я не позволю швырнуть о бедро еще и моего сына.
Вот тут уже хер им.
Он — самое дорогое, что у меня есть. Мой любимый мальчик.
Я ласково обнимаю его, пока кормлю, а потом уношу и укладываю спать. Мы читаем сказку про любопытного жирафа, и на середине он уже закрывает глазки и тихо засыпает.
Улыбаюсь, аккуратно перебирая его кудряшки.
Какой ты у меня красивый. Наверно, когда вырастишь, будешь еще больше похож на того-кого-нельзя-называть, но я знаю, что внутри ты будешь другим.
Я это тебе обещаю.
Он — чертов трус и слабак. Ты — самый сильный на свете.
Оставляю нежный поцелуй на щечке, а потом выхожу в гостиную. Мои играют в настолку, и я было отодвигаю стул, но мама резко выставляет руку.
— А-а. Тебе ехать пора.
Выгибаю брови. Это что еще за новости такие?!
— Давай, давай, Аури. Нечего!
— С чего ты так загорелась, не понимаю?
Вижу в ее глазах непонятную хитринку, но она быстро ее прячет, переводит взгляд на карту, куда кидает кубики.
— Ты обещала. Тем более, у нас уже достаточно игроков.
Не понимаю, но что остается? Вздыхаю, закатываю глаза и иду переодеваться. Мама в спину орет дурниной:
— Платье одень!
— Я в них выгляжу как трансвестит! — язвлю, мама сразу шипит.
— Это ты в своих джинсах…Аури, послушай маму! Платье!
— Господи! Я еду к другу, а не на…
Моментально осознание накрывает с головой, и я расширяю глаза, резко обернувшись.
— Мама! Ты опять?!
— А что такого?! — мама взвивается, как не пришпоренная кобыла, прости господи, смотрит на меня с укором — я со злостью.
Цежу.
— Я просила уже. Прекрати. Меня. Сватать! Тем более Семену! Сумасшедшая?!
— Что значит «тем более»?! Сема — хороший парень! Он рассудительный, спокойный, и…ну, признай, ты не могла не заметить! Так возмужал! Он всегда, конечно, был очень даже…привлекательным, но теперь…
— Мама!
— Что?! Когда у тебя в последний раз был секс?!
Моментально. Сильно. Краснею.
Григорий и Никита притворяются ветошью. Хотя у последнего получается откровенно плохо — он прижимает ладонь к губам, еле сдерживая смех. Григорий лишь улыбается, прикрыв глаза.
Я стою, открыв рот! Да, они делают вид, что являются частью декораций к этой глупейшей мизансцене, но это же не так!
— Ты совсем уже?! — взвизгиваю, мама резко оборачивается на дверь, потом снова на меня.
— Тебе везет, что Светик дрыхнет без задних ног, и его даже товарняк не разбудит, но давай мы не будем экспериментировать?!
— Ты обалдела такое спрашивать?!
При всех.
Очень хочется добавить, но я себя торможу. Не уверена, что это прозвучит нормально, а я не хочу обидеть свою семью, потому что действительно считаю их семьей. Просто…ну, вы понимаете. Такой момент.
— Ты молодая девушка! — не уступает мама, — А сидишь вечно дома! Или за компьютером своим! Делаешь там…всякие свои штуки, но жизнь уходит!
— Мама!
— Аури! Не все такие, как этот козел.
Замираю.
Мама на миг тоже, но потом подается ближе и шепчет с участливым взглядом.
— Ты ошиблась. Так бывает. Обжигаемся мы все, но это не значит, что на личной жизни надо ставить крест. Тем более, Сема…он такой хороший мальчик. Смотрел на тебя так, и ты можешь ему доверять. Аури, я же добра тебе желаю. Не хочу, чтобы ты осталась одна — не дело это и…
— Хватит!
Срываю свою куртку, смотрю на нее волком, но ничего не отвечаю, потому что ответить мне нечего.
Сама знаю, что поступаю, скорее всего, по-дурацки совершенно. Со мной часто пытаются познакомиться. Притом мужчины «из высшей лиги».
Например, когда Григорий устроил меня на работу в компанию своего друга, его сын проявлял ко мне совсем неделовой интерес. Парень он был неплохой, но слишком напоминал мне Леше. А, возможно, в тот момент мне все напоминало Лешу — не знаю. Суть в том, что это точно был не вариант.
Потом я познакомилась с дико сексуальным следователем. Он, кстати, на самом деле настолько горячий, что пробился в зону моих «интересов», даже несмотря на маленького ребенка и его колики.
Мы работали вместе.
Оказалось, что главный бухгалтер в компании этого самого друга, мутил серьезные «дела» — взятки, воровство и отмыв бабла для одной преступной организации. Лев — так его зовут (и, согласитесь, дико заводит даже имя), — подкараулил меня у дома, напугал, за что получил перцовкой в лицо, а потом первым переступил порог моего дома. Я имею в виду, из мужчин «не из семьи» — пришлось пригласить его, чтобы промыть глаза. Конечно, после того как он сунул мне корочку в лицо и убедил, что он не маньяк.
Мы с ним выводили на чистую воду названного выше бухгалтера, а потом…в общем, с ним у меня был единственный контакт после развода. Ничего серьезного, хотя…нет, для меня это было очень серьезно. Он поцеловал меня в своей машине, когда все доказательства были собраны.
И это было прекрасно.
Но я сбежала.
Испугалась.
Было слишком хорошо, и он был и остается «слишком»…чтобы я могла расслабиться. Леша тоже был «слишком». От таких мужчин нужно держаться подальше, потому что они рано или поздно разобьют тебя. После таких себя собрать…наверно, невозможно. Я не справилась точно.
Был еще один парень, но с ним — это совсем дурость. Он учится с Ником, младше меня на пару лет. Из адвокатской семьи, с хорошими и правильными перспективами. Красивый. Ну, как? Я к нему относилась как к еще одному брату, а когда познакомилась с его мамой, поняла: так и нужно. Там женщина суровая, серьезная. Чем-то похожая на Антонину Суковну.
Ну уж, нет. Спасибо.
Я сразу и максимально ограничила контакты с этим парнем, на корню зарубив глупую переписку, которая на тот момент почти шаталась на грани между «мы друзья» и «я пиздец, как хочу тебя трахнуть».
Он хотел, я знаю. Просто не знал, с какой стороны ко мне подойти — я дала понять, что ни с какой. Не надо мне этого.
Что касается Семы…могло бы у нас что-то получится? Я прощупываю себя, пока еду до него. И все из-за маминых слов! Она вечно толкает меня к грани под названием «ты сдохнешь в одиночестве», и я думаю…а что, если да? Вдруг…я останусь одна? И больше никогда не буду заниматься сексом?