Кофе, кот, мужчины и я (СИ)
В общем, Мика в своем репертуаре.
Пикс продолжал бухтеть себе под нос, а мы с Сережей обсуждали варианты отпуска. Чтобы и море, и не слишком жарко. Ну и не по цене бриллиантов желательно, поскольку Сережа только выкупил у Наташи с Олей вторую половину клиники, а у меня особых накоплений и не было. Бабушкин счет не в счет. Я вообще как-то не привыкла откладывать. Вроде и зарабатывала неплохо, но и тратила тоже легко.
В итоге сошлись на Турции, которая для меня была такой же экзотикой, как Мальдивы или какая-нибудь Доминикана. Я вообще мало куда ездила.
Сказано — сделано. Остаток вечера ушел на бронирование билетов и гостиницы. В Сереже самым замысловатым образом сочеталось долгое обдумывание решений и легкость на подъем. Если проблема не требовала продолжительного обсасывания и обгладывания, все решалось мгновенно. Оставалось только позавидовать.
Ну а еще я себе сказала тихонько, что если мы отпуск переживем, то и дальше все будет нормально. Отпуск — это вообще такое испытание на возможность совместной жизни. Хотя Серый был человеком на удивление неконфликтным. Голос мог повысить, сказать что-то ядовитое, но за полгода ни разу не завелся так, чтобы мы всерьез поссорились. Да и поводов особых не было. Какие-то мелкие терки случались, но я считала, что это нормально. Притирка-подгонка.
Собрались мы так стремительно, что у меня осталось всего два дня, чтобы всех предупредить, со всеми обо всем договориться, доделать начатые заказы и вывесить в воцап сообщение, что новые временно не беру. А еще надо было вещичек всяких прикупить и хотя бы пару раз в солярий сходить, чтобы не обгореть сразу.
Пикс тем временем продолжал дуться, и даже то, что на две недели он становился единоличным хозяином кровати, не спасало. Он ходил за мной по пятам и бурчал, бурчал.
А вдруг… что? Сонька, что я тогда делать буду?
— Пикс, прекрати! — злилась я. — Накаркаешь, ворона! Найдется тебе хозяин. Вон, Нюша с Микой заберут.
Еще чего! Ты смерти моей хочешь?
— Тогда мама. Или Игорь Ильич.
К маме твоей не хочу. А Игорь Ильич хорош, но старый слишком.
— Да все тебе не так. Тебе и Серега не нравился, если помнишь. И вообще прекрати!
Поехали мы в Бодрум. Сережа там уже был и сказал, что больше похоже на Грецию. И не так много соотечественников, как в Аланье или Анталье. Поскольку я и в Греции не была, согласилась не глядя. Лишь бы море чистое и пляж не как лежбище котиков.
Море и пляжи оказались отличные, но Серый не давал мне спокойно потюленить. Тащил то в какой-то замок, то в музей искусств, то в древние пыльные развалины. Я не была фанатом экскурсий, особенно по жаре, и мы наконец первый раз поссорились. Хотя и ненадолго.
Он скучал на пляже, а я, наоборот, не отказалась бы лежать у моря весь отпуск. И тут было только два варианта: либо проводить время порознь, либо договариваться.
В итоге решили, что один день пляж, другой — культурная программа. Вечером шли в какой-нибудь ресторан или в клуб, ну а днем, в самую жару… Жара, впрочем, не мешала. Опускали жалюзи, прибавляли кондей и отрывались на полную катушку. Сережа называл это сиестой, но больше смахивало на фиесту. Вполне так карнавал! А один день, когда шел дождь, мы и вовсе не вылезали из постели. Бедные соседи…
Отпуск прошел неприлично быстро.
— Маловато будет! — заявила я сварливо, собирая чемодан.
— Ну так я предлагал подольше, а кто-то сказал, что двух недель вполне хватит.
Ну да… я сказала, точно. Но я же не знала, что будет так классно. Настоящий… чизанес.
Вот же Мика! Я то и дело ловила себя на ее словечках. С кем поведешься, так тебе и надо.
Зато теперь я точно знала, что за Сережу вполне можно выходить замуж. Если в отпуске друг друга не загрызли, то и дальше уживемся. А буквально через неделю после возвращения нам пришлось проверять это на практике. Уже не отпускное безделье, а рутинный быт.
Хозяйка Сережиной квартиры поссорилась со своим мужчиной, у которого жила, и решила вернуться домой. По договору, она должна была предупредить за месяц, но Сережа спорить не стал. Забрал депозит и переехал ко мне.
Вот-вот, я так и знал, что этим кончится. Была у Соньки избушка лубяная…
Пикс, разумеется, не мог промолчать. Но больше для поддержания имиджа, поскольку для него в целом мало что изменилось. Наоборот, раз бюджет у нас теперь был общим, коту перепадало больше премиального корма и прочего баловства. А если мы пускали его в постель, спал он исключительно в ногах у Сережи.
Глава 70
Июль и август прошли насыщенно и немного нервно.
Мама все-таки познакомила нас со своим… э-э-э… бойфрендом. Геннадий Валерьевич, бездетный вдовец, преподавал что-то техническое в ЛЭТИ и для своих пятидесяти шести выглядел более чем прилично. Познакомились они с мамой на какой-то выставке год назад, сначала проводили вместе культурный досуг, а потом внезапно съехались и подали заявление в загс.
К счастью, им не пришла в голову та же самая сногсшибательная идея отпраздновать свадьбу одновременно, в один день. Они вообще ничего праздновать не собирались. Похоже, Геннадий Валерьевич влиял на нее вполне благотворно.
— По-моему, неплохой дядька, — сказал Сережа, когда мы ехали домой.
— По-моему, тоже, — согласилась я. — И на охотника за приданым не похож.
— А как, по-твоему, выглядят охотники за приданым? — с подозрением спросил он.
— Не знаю, — честно призналась я. — Но, наверно, они такие же наглые и вкрадчивые, как Пикс.
Юра с Мариной долго ждать не стали и быстренько расписались. Мы были на свадьбе всем мафиозным клубом, а праздничную игру отложили до их возвращения из свадебного путешествия.
Лида с Валиком узнали, что у них будет девочка, и тоннам скупали всякие девчачьи штуки: кукол, платья и все такое. Назвать ее они решили Снежаной, а меня заранее забронировали в крестные.
Клаус удивил всех желанием переехать в Россию навсегда. Его родители были здорово недовольны и даже пытались обвинять Игоря Ильича в тлетворном влиянии, но рыжий оказался настырным. Заявил, что хочет жить только здесь, выяснил, что при наличии деда-россиянина есть шанс получить вид на жительство в упрощенном порядке, и начал собирать документы.
— Упертый парень, — сказал Игорь Ильич, приехав к нам в гости. — Если что-то решил, то все. Будет переть, как танк.
Сам он был страшно доволен и надеялся, что у Клауса все получится. Ну а мне оставалось только порадоваться за них обоих.
Что касается моего кафе, ремонт там благополучно закончился, и теперь мы с Петровичем занимались кучей формальностей. Нужно было получить всевозможные разрешения, согласовать горы документов, подписать договора. Без него я бы точно не справилась. А если бы имела представление обо всем в самом начале, наверняка не стала бы и начинать. Теперь деваться было некуда, но я радовалась, что нашелся человек, снявший с меня большую часть муторных хлопот.
А еще Петрович нашел двух девушек — сменных администраторов. Одна из них, Люся, оказалась страстной кофеманкой и любительницей нестандартных рецептов, так что мы вместе решили развивать эту тему, сделав ее нашей фишечкой.
Мика после языкового лагеря и поездки с Нюшей в Сочи, ходила на полдня в лагерь школьный — спасение для работающих родителей, не имеющих бабушек и дедушек. После обеда я иногда брала ее с собой в кафе, и она с удовольствием помогала наводить там красоту. Волосы в синий цвет Мика все-таки покрасила, а еще измором взяла мать, и та разрешила ей вдеть в нос колечко. Как у быка, только маленькое. Все свои проблемы и горести она теперь выливала на меня. Но что делать — сама напросилась.
У Сережи в клинике тоже назревали перемены. Дела шли хорошо, и хотя с деньгами после выкупа доли Наташи и Оли было туговато, он задумал взять в аренду соседнее пустующее помещение. Может, просто расшириться, а может, открыть гостиницу для животных.