Проклятый Портной: Том 3 (СИ)

— И кому же не спится в столь поздний час… — пробормотал я, включая экран мобильника. — А-а-а, действительно, чего это я столь глупые вопросы задаю?
Щёлкнув на фотографию, пришедшую с неизвестного номера, развернул её на весь экран. Пускай лица на фото не было видно, однако чёрно-зелёные пряди и родинка на правой груди, едва прикрытой тонкой полоской полупрозрачной ткани, не оставляли ни капли сомнения в личности неизвестного абонента.
  
Полюбовавшись несколько секунд на присланную фотографию, свернул её и отправил задумчивый смайл.
Неизвестный абонент: Что такое? Не понравилось?
Я: Что ты, выглядишь изумительно. Правда, боюсь, этого мало, чтобы притушить моё негодование по поводу сговора двух особ за моей спиной.
Неизвестный абонент: Боги, какие мы чувствительные, оказывается… Я ему тут такое шлю, а он ещё и недоволен! Хам!
Посмотрев на череду негодующих смайлов, я усмехнулся, однако ответное сообщение печатать не стал, убрав телефон обратно на стол и вернувшись к изучению подземелий.
Впрочем, в тишине я пробыл недолго. Не прошло и пяти минут, как телефон вновь разразился пиликаньем от череды выходящих сообщений.
Неизвестный абонент: Вообще-то, я планировала надеть это к нашей следующей встрече. Но коль ты такой вредный, придётся тебе лишь смотреть да кусать локти!
— Что ж, стоит признать, что телефон не самое плохое изобретение, — мелькнула у меня мысль, пока я листал фотографии, каждая последующая из которых становилась всё более искушающей. Жаль, что до изобретения телепортов здесь пока что ещё не дошли…
  
Глава 2
 
Иркутск
Владения Серовых
13 июня 2046
Среда
— Максим Витальевич, к вам пожаловал… э-э-э…
— Господин Беляев Владимир Иванович ко мне пожаловал, Василина, — снимая блин с грифа штанги, произнёс я. — Не можешь запомнить — записывай.
— Будет исполнено, Максим Витальевич, — блондинка зачем-то попыталась изобразить книксен, однако учитывая то, что на ней, как и вчера, были брюки, только в этот раз бежевые, выглядело это несколько странно. Отчего даже старающийся при посторонних всегда сохранять невозмутимый вид Беляев не смог сдержать улыбки.
Впрочем, Зорину наличие аристократа в шаговой доступности совершенно не пугало. Более того, Василина посмотрела на парня таким взглядом, будто намеревалась пнуть того по шарам. По крайней мере, именно так заявил мне Беляев, когда девушка удалилась, чтобы принести нам попить.
— И я даже не буду спрашивать, в какой школе слуг готовят подобный… к-хм… контингент, — проводив взглядом служанку, произнёс Владимир.
— Не спрашивай, и я так скажу. В самом лучшем учебном заведении. Школа жизни называется, — заканчивая разбирать спортивный инвентарь, я не сдержался и широко зевнул.
— Не выспался? Бурная ночь? — как бы ненароком поинтересовался Беляев.
— Можно и так сказать, — кивнул я, тут уже не вдаваясь в подробности.
Не буду же я рассказывать, что после непродолжительной переписки всё-таки поехал к Антоновой. И что проникновение в особняк даже с помощью целительницы оказалось ещё той задачей. Куда сложнее, чем визит к Васильковскому. Земля ему стекловатой, и вместо крышки гроба камень придорожный.
Пробираясь вдоль стены Антоновского особняка, я даже в какой-то момент подумал, что максимум, чего мне удастся добиться этой ночью, — это поцеловать входную дверь. Однако по какому-то счастливому стечению обстоятельств охранное заклинание на одном из окон начало «барахлить», и мне удалось его временно нейтрализовать проклятием.
Вот только уже поутру, покидая особняк всё тем же путём, у меня мелькнула мысль, что ведь порой случайности неслучайны. И криво работающее заклинание как раз-таки может быть из этого разряда.
Следующей мыслью стало то, что вряд ли начальник службы безопасности «отключил» охрану, чтобы позволить некоему господину Серову переночевать у дочери главы рода. По крайней мере, без непосредственного указания свыше.
А после всего услышанного от Вари мне на ум приходил лишь один человек — её матушка. Видел я эту даму в Ледянке. И хоть встреча была совсем короткой, простушкой Антонова мне не показалась.
Так что надо быть поаккуратнее. А то в прошлый раз подобное знакомство вылилось в появление тёщи-ведьмы и тестя-лича. И это я ещё про других родственничков стараюсь не вспоминать…
— Блин… — гантель выскользнула из рук, однако я успел убрать ногу, избежав неприятной неприятности.
— Ты какой-то нервный и злой, — наклонившись, Беляев поднял снаряд и убрал в стойку.
— Я — тёмный маг, мне полагается таким быть, Вов, — я закатил мяч с песком под лавку и предложил Беляеву усесться на неё. — Так что за вопрос ты хотел обсудить?
— Вообще-то два вопроса, — вместо того, чтобы усесться на предложенное место, парень скинул пиджак и направился к турнику. — Первый по поводу амулетов и повязок. Помнишь разговор насчёт их продажи? Считай, пол-июня прошло и даже самые ленивые, те, кто откладывал походы в подземелья до последнего, засуетились.
— Это же отлично. Значит, скупиться они не будут, — довольно произнёс я.
— Это да, — согласился Беляев, с лёгкостью подтянувшись раз десять и даже не сбив при этом дыхания. — Вот только есть проблема. Первая группа уже послезавтра выходит, в пятницу. Я думал, они на следующей неделе пойдут, но им вожжа под хвост попала, и они решили поторопиться.
— Я надеюсь, ты не только пообещал им достать обереги, но и предупредил, что за срочность придётся доплатить?
— Обижаете, Максим Витальевич, — продолжая подтягиваться и при этом коситься на входную дверь в спортзал, произнёс Владимир. — Я даже разузнал, кто именно в семьях им деньги на поход выделяет, и озвучил цену по верхнему потолку.
— Мне вот интересно, как в тебе умудряются уживаться рыцарь в сверкающих доспехах и прагматичный торгаш? — улыбнулся я, наблюдая за мечником.
— Я — младший сын главы рода, который в молодости много времени проводил у дяди в магазине, — Беляев, сделав стойку на руках, резко отпустил перекладину и, разминувшись с ней на считаные миллиметры, извернулся, приземляясь на ноги.
— Ну так себе… Максимум семь из десяти, — прихватив со скамейки полотенце и пиджак Беляева, оценил я мастерство мечника.
— Чего это? — с обидой в голосе поинтересовался Владимир.
— Отвлекаешься слишком много, выпендрёжник, — усмехнулся я, кидая пиджак парню. — Зная Василину, соки разливать она будет долго, при этом ещё пару стаканов разобьёт. Так что все твои пируэты были зря…
— И ничего я не выпендривался, просто зарядку сделать не успел, вот и решил размяться.
— Ну, ну. В рубашке, туфлях и брюках…
— А сам-то за яблоками в первый раз в чём ходил? — демонстративно изогнув бровь, поинтересовался Беляев.
— Я просто был на стиле. Я — портной, мне полагается, — ответил я, открывая дверь перед гостем. — Пойдём, поговорим в доме. Насколько помню, был ещё один вопрос.
— Да там не то, чтобы… Ох, блин…
Столкнувшийся в дверях с Василиной Беляев успел подхватить налетевшую на него девушку. Вот только содержимое двух стаканов выплеснулось на парня, после чего они с дребезгом разбились о пол.
— Н-да, похоже, ты даже своих правнуков в долги вгонишь меньше чем за месяц службы… — покачал я головой, глядя на то, как вырвавшаяся из хватки Беляева служанка начинает быстро собирать осколки. — Василина, а извинения? Ну как вроде бы полагается воспитанным людям. Ты же человек?
  
— Извини… те, — не отрываясь от сбора стекла, буркнула в ответ девушка, а потом едва слышно добавила: — А вообще нужно было осмотреть, куда прётся. Как будто у себя дома…
— Ха-ха… — немного нервно рассмеялся Беляев, прекрасно расслышав сказанное служанкой. — Надеюсь, вы не ушиблись?
— Нормально всё, — сложив на поднос осколки, девушка разогнулась. Но тут же замерла, нервно сглотнув, заметив, как я на неё смотрю. Гляделки продолжались несколько секунд, после чего девушка, словно кукла с заржавевшими шарнирами, повернулась к Беляеву.