Повелитель Рун. Том 7 (СИ)

В какой-то момент решил, что раз я всё равно ничем особенным не занят, то настало время показать, что я не просто так назывался учителем Фелии. В игровой форме я учил её полезным упражнениям и следил за тем, чтобы она всё делала правильно и по расписанию.
Когда прошла целая неделя с моего пробуждения, я наконец-то достаточно восстановился, чтобы взяться за изучение заклинания из древнего свитка. Кираю за прошедшие дни я не навещал. Не хотел, чтобы она видела мою слабость. Но когда я всё же решился посетить её, чтобы задать пару вопросов насчёт техники, она всё же догадалась о том, что произошло.
— О чём ты? Ты заявился, срочно потребовал карту и маскировочную магию. А потом пропал на целых две недели. Что ещё я могла подумать? — Когда я всерьёз задумался, а не разболтала ли одна из девушек о моём состоянии, пленница пролила свет на свою необычную осведомлённость. — Очевидно, что ты серьёзно пострадал в сражении. Тем более что ты до сих пор не разобрался с заклинанием.
— Допустим, — киваю. Понять, что произошло, действительно оказалось так же просто, как сложить два плюс два. Видимо, наблюдение за птицами в саду совсем меня расслабило.
Кирая не спрашивала меня, как прошёл бой и с кем вообще я был вынужден сражаться. Раз я сам ничего не говорил, она тоже решила не проявлять инициативу. Но было заметно, что за прошедшие две недели её продолжали обрабатывать. Она уже не была настолько хмурой и охотнее шла на контакт.
— Драконьи горы? — Когда я спросил, знает ли она что-нибудь о месте, в котором я оказался, пленница нахмурилась. — Это очень опасное место. Даже если ты на уровне Отречения.
— И что же там такого опасного? — Я чуть прищурился.
— Чем ближе к самим горам, тем сильнее подавляющее поле. Любой, даже самый искусный маг, значительно потеряет в силе, оказавшись в этих местах, — пробормотала Кирая. — К тому же местные аномальные зоны вызывают сильное чувство дезориентации. Потеряться в горах проще простого.
— Почему маг Отречения не может просто улететь?
— На границе аномальных зон улететь ещё можно, — ответила пленница. — Ну, у подножия гор мало того, что работает страшное подавление, так ещё и крайне агрессивные монстры обитают.
— Что за монстры? — Я сразу же решил уточнить.
— А как ты думаешь, почему Драконьи Горы называются Драконьими? — Кирая слабо хмыкнула.
— Неужели? — Мои брови изумлённо выгнулись.
— Насчёт драконов я, конечно, не уверена, ну вот конкретно виверны в этих краях водятся в больших количествах.
У меня, конечно, сразу возникло подозрение на этот счёт, когда я увидел название, но из-за погони, при выборе маршрута у меня не было особого выбора. А теперь было уже поздно метаться.
Во всех мирах, в которых я когда-либо жил, ящеры всегда были грозным противником. Их главным преимуществом перед другими монстрами было то, что они никогда не переставали расти в силе. А учитывая, что продолжительность жизни у них была очень высокой, некоторые особи достигали просто сумасшедшего уровня опасности.
И это я говорил конкретно про виверн. Драконов же, ультимативных хищников, на ты обращающихся с магией, я всегда старался избегать как чумы. Ведь практически всегда для меня такие встречи заканчивались смертью. Моей, конечно же.
Естественно, я не думаю, что на уровне Отречения я буду беспомощен перед ящерами. Но если сила подавления действительно так велика, как говорит Кирая, то это может создать мне немало проблем. Во-первых, летать в такой ситуации точно нельзя. Крылатые рептилии очень ревностно относятся к своей территории и другого летуна не потерпят. А сражаться с драконом в небе — самый верный способ заявить вообще всем вокруг, что вот он я. Приходите и вяжите меня, кто хочет.
Пока я буду считать, что преследователи всё ещё идут по моему следу. Тем более, когда я убил двух из них, это могло перерасти в личное дело.
Так что никаких попыток взлететь. В идеале лучше преодолеть горы вообще никого не спровоцировав. Может, информация Кираи не совсем точная и ящеров в горах гораздо меньше, чем она говорит. А может, их вообще уже не осталось. Буду разбираться по ходу дела.
  
Попытка изучить заклинание многомерной неопределённости ничего не дала. Слишком много я не понимал в этой технике. Совет пленницы был простым: мне следовало начать с основ.
Поэтому несколько дней я постигал магию вероятностей с нуля. И пусть это была капля в море, но кое-какие базовые вещи я всё же узнал. Заклинание сразу же пошло намного легче.
По сути, это и заклинанием-то можно было назвать с большой натяжкой. Многомерная неопределённость была чем-то вроде пассивной способности, которая перемешивала Линии, добавляла фальшивые и отсекала самые важные. В комбинации с моим кольцом скрытности эффект должен получиться просто великолепным.
…Ещё одна неделя подошла к концу. Итого с момента последнего сражения их прошло уже целых три. В какой-то степени логика подсказывала, что меня уже никто не ждёт на той стороне. Но я не обманывался на этот счёт. Что для могущественного мага каких-то три жалких недели? Ради своей цели сильнейшие мистики могут ждать и месяц, и два, и даже год.
Пока я восстанавливался и пытался усвоить новую магию, Бастион вовсю перестраивался. Можно было даже сказать, что основная часть работ уже закончена. Жилые зоны полностью переделаны, а разрушенные районы восстановлены. Но, судя по тому, что активность магов не уменьшалась, они хотели, чтобы всё стало идеально. Поэтому Салазар продолжал свою работу.
Деревенские тоже довольно быстро приспособились к новой жизни. Их простой быт не слишком поменялся, разве что теперь к сельскому хозяйству прибавилась рыбалка. Но совсем скоро они будут готовы к тому, чтобы выйти на контакт с городскими, и в этот момент может многое поменяться.
Животные, которых я запустил в карманный мир, благодаря новым мировым законам уже дали первое потомство. Кролики так вообще пустились во все тяжкие. Мой мирок постепенно оживал, наполнялся жизнью. Хотя, конечно, разнообразия в нём пока ещё не хватало.
— Ты уверен, что это хорошая идея? — Сона смотрела на меня с беспокойством.
— Я и так уже пробыл здесь слишком долго, — пожимаю плечами.
— Да, но ведь ты ещё не до конца освоил то заклинание, — Хранительница попыталась меня убедить.
— Чтобы освоить его до конца, мне придётся разучить весь свиток, — я не стал скрывать очевидное. — Мой прогресс замедлился, причём очень сильно. Если я продолжу и дальше прятаться в карманном мире, то только потеряю время.
— А ты уверен, что магия сработает?
— Настолько, насколько это вообще возможно, — и здесь я говорил правду.
Когда заклинание стало у меня получаться, я, естественно, первым делом решил его испытать. И лучшими испытателями стали маги Отречения Юго-Восточного Бастиона. Даже если у них не было той особой техники, с помощью которой меня нашли мистики Триумвирата, они всё равно могли хорошенько меня погонять.
Первые попытки прошли неудачно, ну вот последующие с каждым разом становились всё лучше. Ни артефакты Ромула, ни зеркала Анхеля не могли меня выследить. Даже когда я прятался практически у них под носом. И это я использовал лишь один способ маскировки. А ведь когда я выйду наружу, то закроюсь по максимуму.
Надеюсь, меня ещё не нашли…
Перед выходом во внешний мир мне снова пришлось восполнить полностью потраченные припасы. Одноразовые артефакты, защитные барьеры, доспехи и оружие. Последняя схватка полностью исчерпала все мои приготовления, и я решил, что больше нельзя допускать повторения той ситуации. Пространственное хранилище есть не просит. А значит, его можно заполнять до тех пор, пока не закончится место.
Ромул, кстати, с удовольствием взялся за мой заказ, так что теперь я больше не один трудился над собственным арсеналом. Кто бы ни оказался на той стороне, я буду хорошо защищён.
— Уже уходишь? — Шая тоже пришла попрощаться.
— Вы меня как будто в последний путь провожаете, — я недовольно фыркнул.