Хочу ребёнка от тебя

Я пришла за интервью, а оказалась в ловушке собственного любопытства.
– Ева, – произнёс Александр, и моё имя на его губах звучало как обещание. –Я не буду тратить время на пустые разговоры.
Я попыталась шутить, дрожа… уж точно не от холода, а от чего-то острого и запретного:
– Я уже это поняла… Вы – суровый мужчина, который берёт всё, что пожелает.
Пространство между нами почти исчезло.
  
– Всё так, Ева. Всё так.
Сумасшествие. Безумие. Но его пальцы уже в моих волосах, а губы снова на моих губах, горячие, настойчивые. Я попыталась для приличия отстраниться, но тело предательски тянулось к нему.
– Ты даже не знаешь меня, какая я, – прошептала ему в губы, задыхаясь, – что люблю, а что – нет.
– Увидел тебя и мне этого было достаточно. И я хорошо разбираюсь в людях. Ты – чудесная молодая женщина.
Его руки скользнули по моим бёдрам, подхватили подол платья. Мокрая ткань с шелестом поддалась, и вот я осталась в одних круженных трусиках и лифчике, а он сорвал с себя рубашку – резко, почти яростно, не отрывая от меня безумного взгляда, которым буквально меня пожирал.
Его тело оказалось идеальным: рельефным, сильным, загорелым.
– Если ты категорически против, скажи это сейчас, Ева… – произнёс он и уложил меня, прижал своим телом к кожаному дивану, холод материала контрастировал с жаром его кожи.
Я рассмеялась, сбитая с толку, пьяная от его наглости и раскрепощённости.
– Если я скажу «нет», вы отпустите меня?
– Нет. Не отпущу.
И снова поцелуй – глубокий, лишающий воли. Его пальцы скользили по моей коже, разжигая огонь во мне. Я обвила его шею руками, сдаваясь.
Почему бы и да?
Почему бы не позволить себе это безумие? Буду потом повзрослевшим внукам рассказывать, какая их бабуля была оторва.
– Александр…
– Молчи, – прошептал он, касаясь губами моего плеча. А потом стянул с меня трусики, расстегнул и избавил меня от лифчика.
– Ты сводишь меня с ума, Ева. Как увидел тебя… под дождём… Так и понял, что ты – моя, – он приподнялся на локтях, глядел мне в глаза, изучая, и вены на его шее и руках проступили резче, капля пота медленно сползла по виску.
Я даже дыхание затаила, замерла вся, не в силах отвести взгляд от него. От его рук, плеч, груди.
– Алекс… андр… – прошептала я.
Его слова разрывали меня изнутри. Я задрожала. Никто и никогда не говорил мне таких слов, как он сейчас.
И пусть я его знаю меньше часа.
И пусть даже окажется, что все его слова – это просто… пшик. Игра и насмешка. Пусть.
Сейчас я чувствовала себя королевой.
Впервые в жизни меня так сильно хотели.
Два удара сердца – и он резко накрыл мои губы своими. Его поцелуй в этот раз вышел жёсткий, ненасытный, почти беспощадный.
Его руки накрыли мою грудь, сжали – властно, но мягко.
Губы перешли на мою шею, чуть прикусил мочку уха и я застонала.
Я тонула в ощущениях, терялась в наслаждении.
Мои влажные бёдра тёрлись о ткань его брюк, о твёрдый бугор под ней, и я не могла остановиться, даже чтобы перевести дыхание.
Это… это было… невыносимо… сладко…
Его губы оказались на моём животе, язык выписывал узоры, а я цеплялась в его плечи, вся влажная от пота.
– Алекс… – захныкала я. – Я уже не могу…
– Нетерпеливая, – усмехнулся Волков, слегка отстраняясь.
Что?..
– Повернись ко мне спиной. Руки положи на изголовье.
Я не сопротивлялась.
Его ладони заставили меня выгнуться, заскользили от плеч к пояснице, а следом были его горячие губы. Поцелуи, укусы, язык, скользящий по позвоночнику…
Мужчина прижимался к моей спине голой грудью, пальцы сжимали грудь, он чуть прикусил моё плечо, дышал, как и я – жарко и тяжело…
Его сильные пальцы коснулись меня между бёдер…
– Ммм… какая ты мокрая, Ева, – довольно протянул он и начал ласкать. Невыносимо медленно, будто хотел свести с ума.
Я начала бесстыдно крутить бёдрами, насаживаться на его пальцы, желая ощутить их внутри, но нет, мужчина не позволил мне вести этот танец.
Я ногтями впилась в кожаную обивку дивана, вот-вот порву и громко застонала, когда он вдруг ввёл в меня один палец, затем другой…
– Попроси, Ева, – шепнул он мне прямо в ухо, – попроси меня трахнуть тебя.
– Прошу… – прошептала я в ответ.
– О чём?
– Возьми меня… Трахни меня уже.
– Ох, хорошая, девочка. Сладкая, похотливая сучка. Моя. Так ведь, Ева. Ты – моя?
Его пальцы ускорились, то лаская, то слегка ударяя, он впился мне зубами в шею, и меня будто током прошило… Прогнулась в спине сильнее.
– Да-а-а, – простонала я.
Сейчас я бы сказала всё что угодно.
В итоге мне надоело ждать, и я решила взять инициативу в свои руки. Обернулась и под его удивлённым взглядом начала расстёгивать застёжку на его ремне, Александр рассмеялся и позволил мне расстегнуть ему брюки… Моя рука на его члене и теперь стонать и задыхаться начал уже он.
Когда он снял с себя штаны, я увидела его член – большой, набухший от желания. Я не ожидала таких… размеров.
– Ох ты ж… – мои глаза округлились.
– Всё твоё, – усмехнулся Волков и двинул бёдрами в мою сторону.
Я не заставила себя ждать – опустилась на колени и, не отрывая от Александра взгляда, обхватила губами головку.
Я работала губами медленно, словно пробуя мужчину на вкус.
Его пальцы в моих волосах, его стоны и моё имя, что он шептал – всё сводило с ума.
– Давай глубже, Ева, – прохрипел он.
Я послушалась – взяла в рот больше…
– Встань, Ева. Повернись и прогнись. – Прорычал он тяжело. Взгляд его горел.
Я всё поняла сразу. Встала на диван, выгнула спину, подставив мужчине себя горячую, мокрую.
Он пристроился сзади, прижал головку и одним мощным толчком вошёл до упора. И мир сузился до нас двоих: до его тяжёлого дыхания, до моих сдавленных возгласов, до ритма, который сводил с ума. Всё смешалось – ливень за окном, запах кожи, его одеколона, жар наших тел.
– О-о-ох! – вскрикнула, моё тело задрожало.
Александр не стал со мной церемониться, сжал мои бёдра и начал входить резко, сильно.
Я выгибалась навстречу. Он схватил меня за волосы, намотал на кулак, оттянул и, прижал меня спиной к себе, чтобы чувствовать каждую мою дрожь.
– Я сейчас заполню тебя до краёв, Ева, – прошептал-прорычал он мне в ухо, не прекращая движений. – Моя сперма будет в тебе, и ты забеременеешь…
Моим ответом был только прерывистый стон. Я была уже на грани – моё тело напряглось, ноги затряслись, а пальцы впились в кожаную обивку до скрипа.
– Я… я… ДА! А-А-АХ!
И я кончила, дико выгнувшись, и я сжала его член так сильно, что и он не смог сдержаться.
– Ева-а-а-р-р-р! – зарычал он со звериным надрывом.
И всадил свой член со всей силы до конца и выпустил в меня всю сперму – горячую, густую, пульсирующими толчками.
Я ахнула, почувствовав наполнение, но Александр не вынимал член, продолжая медленно двигаться, растягивая мой оргазм.
Меня накрыла смесь удовольствия и лёгкого шока.
Это было стремительно, грубо, но прекрасно.
Он медленно выскользнул из меня, и я тут же ощутила, как его горячее семя потекло по моим дрожащим бёдрам.
Мы оба тяжело дышали, я без сил упала на спинку дивана, Александр сел рядом и притянул меня к себе, всё ещё возбуждённый, но довольный, как кот, обожравшийся свежих сливок.
– Ну что, сладкая, тебе хорошо было? – спросил он, наперёд зная ответ.
Я кивнула, слабо усмехнулась и проговорила:
– Ну, ты и зверюга, Александр Волков.
– Вот именно, Ева. Я – зверь, который знает, кто теперь его.
Он сжал меня в своих объятиях, поцеловал в шею и сказал:
– Сейчас в душ, потом кофе, и едем ко мне. Отныне ты живёшь со мной. У меня…
  
Открыла рот, но он добавил резко:
– Не обсуждается.
– Э-э-э… Да ты… сумасшедший, – выдохнула я.
– Да. И ты – моя, Ева, – повторил он. – С сегодняшнего дня ты вся моя.
И я поняла: интервью точно не будет.