Тени прошлого (СИ)

Быстро добежав до основной лестницы, ведущей в подземелье, я пробежалась вверх по ступенькам и нос к носу столкнулась в холле с Невиллом, тоже спешившему на ужин.
— Тина! — удивлённо воскликнул он, сделав от неожиданности шаг назад. — Что ты здесь делаешь?
— Тороплюсь на ужин! — рассмеялась я, совсем не ожидая встретить здесь своего друга, а затем быстрым шагом направилась в сторону обеденного зала. — Когда он, кстати, начался? Я не слышала звона колокола…
— Минут десять назад, — торопливо сказал Невилл, когда мы уже вместе подходили к огромным дверям Большого зала. — Тебя уже отпустили из больничного крыла?
— Почти, — согласилась я, остановившись непосредственно у входа в зал. — В понедельник я снова буду на занятиях.
— Здорово! — искренне обрадовался он, а потом озадаченно спросил: — А что ты делала в подземелье-то?
— Мне нужно было показаться профессору Снейпу, ведь без его разрешения мне больничное крыло не покинуть, — я решила, что было глупо скрывать от Невилла, от кого я только что вышла.
— Понятно… Знаешь, я так рад, что он нашёл способ тебя вылечить! Мы тогда очень сильно испугались за тебя!
— Да, конечно, я понимаю, — я внимательно посмотрела ему в глаза, потому как мы уже несколько минут стояли у входа, но Невилл настойчиво тянул время.
— Тина… — поняв, что я раскусила его намерения, он неуверенно поинтересовался: — А ты собираешься завтра на бал вечером?
— Собираюсь, — уклончиво ответила я, уже заранее зная, какой вопрос за этим последует.
— А ты не хочешь пойти завтра со мной? — на одном дыхании выпалил Невилл, но я лишь виновато улыбнулась и тихо пояснила:
— Невилл, я не собираюсь танцевать завтра, — я сразу же заметила, как эта новость расстроила его. — Лестат попросил меня сыграть несколько вальсов на рояле, и всё. Ты же видел, что со мной было всего несколько дней назад. Неужели ты считаешь, что я смогу весь вечер танцевать?
— Да, прости, я забыл, — согласился Невилл, почесав затылок. — Просто ты тогда так хорошо танцевала с профессором Снейпом…
— Невилл! — рассмеялась я, представив, как всё это выглядело со стороны. — Тебе не кажется, что дело было в профессоре Снейпе, а не во мне? Я не смогу так уверенно двигаться сама…
— Ясно, — улыбнулся он, видимо, поняв, что я действительно была права. — Тогда до завтра, Тина!
— До завтра, Невилл! — попрощалась я с ним, и мы, войдя в зал, направились каждый к своему столу.
Когда мои друзья с Когтеврана заметили меня, то оживлённо начали приветствовать, радостно интересуясь моим самочувствием и тем, когда я смогу вернуться в их дружные строи. Я, сев рядом с Луной, у которой тоже было весьма весёлое настроение, принялась отвечать каждому и старалась поддерживать непринуждённую беседу весь вечер. И к концу его я порядком устала от такого количества разговоров, что была даже рада вернуться не в гостиную своего факультета, а в больничное крыло.
И я уже собралась направиться туда, как только директор и большинство преподавателей покинули помещение, но меня вдруг окрикнул знакомый голос:
— Эй, Велль! Как самочувствие? — Эдриан Пьюси в своей неизменной зелёной мантии с таким же зелёным с серебристым галстуком подошёл ко мне поближе и, широко улыбаясь, ждал от меня ответа.
— Знаешь, Пьюси, ты бы мог раньше поинтересоваться этим вопросом, например, когда я ещё лежала в лазарете, а не когда уже почти поправилась… — самодовольно ответила я, наклонив голову немного в сторону.
— Я не мог прийти туда, и ты прекрасно знаешь почему, — он выразительно посмотрел на меня и, наклонившись ко мне, едва слышно прошептал: — Профессор Снейп не отходил от твоей кровати ни на шаг, тем более что он как-то узнал, что я тогда приходил к тебе…
— А ты, значит, боишься его? — так же шёпотом спросила я и звонко рассмеялась.
— Я бы не хотел портить с ним отношения, особенно перед самым выпуском… — немного раздражённо пояснил Пьюси, а потом более громко добавил: — Так, это всё неважно. Слушай, ты собираешься завтра на бал в честь Дня святого Валентина?
 
— Собираюсь, — кокетливо ответила я и, увидев, как мой «поклонник» уже собрался задать тот самый вопрос, сразу же сказала: — Эдриан, я не танцую.
— Как, совсем? — было видно, что он искренне удивился моему отказу. — А как же тот раз, когда профессор Снейп?..
— Эдриан! — рассмеялась я, осознав, что вся школа уже несколько раз промусолила эту шалость Северуса. — Вот если профессор Снейп вдруг пригласит меня завтра, то я с радостью соглашусь, поскольку он прекрасно знает, насколько я неуклюжа, и готов смириться с этим. А ты должен радоваться, что не знаешь этого! И не узнаешь…
— Велль, к твоему сведению, я тоже весьма неплохо танцую! — гордый слизеринец явно не собирался сдаваться, но мне уже порядком надоела его настойчивость.
— Пьюси, я иду на завтрашний бал исключительно по просьбе моего любимого брата и исключительно для того, чтобы сыграть на рояле. Я не собираюсь ни с кем танцевать! — насмешливо прояснила я и, направившись к выходу, кинула: — До встречи, Пьюси!
— До встречи, Велль! — крикнул он вслед, когда я уже дошла до самых дверей.
«Надо же, сколько внимания к моей скромной персоне!» — усмехнулась я про себя, направляясь в лазарет и уже сейчас осознавая, насколько трудным будет завтрашний день. И я, как всегда, была права.
***
Да, Северус как всегда не ошибся: с самого утра в субботу началось какое-то невообразимое безумие. Не успела я прошмыгнуть в больничное крыло на рассвете, ещё до того, как мадам Помфри проснулась, и прилечь на полчасика, как в лазарет привели первую жертву жестокой силы любви.
К счастью, Северус уже поздно вечером закончил готовить универсальное противоядие от всевозможных вариантов любовных зелий, поэтому целительнице не составило особого труда привести беднягу, а им оказался шестикурсник с Гриффиндора, в чувства, а именно в собственные, а не навязанные извне. И уже догадавшись, что поспать здесь мне точно сегодня не дадут, я всё-таки отпросилась пойти к себе в спальню на целый день до самого отбоя. И я действительно проспала несколько часов, до половины двенадцатого, а потом с небольшим страхом направилась в кабинет своего декана, который пригласил меня к себе ещё в среду.
— Присаживайтесь, мисс Велль, — добродушно предложил профессор Флитвик, указывая на мягкий стул рядом со своим рабочим столом. Профессор МакГонагалл, как и обещала, тоже присутствовала на этой встрече, стоя за спиной своего коллеги.
— Мисс Велль, для начала я бы хотел поговорить с вами насчёт вашего дальнейшего обучения. Вы единственная со всего пятого курса не заполнили документ о тех предметах, которые вы бы хотели изучать в дальнейшем. Не могли бы вы сейчас продиктовать их?
— Эм… — растерянно протянула я, а потом вспомнила, что мне говорил по этому поводу Северус, и начала перечислять: — Зельеварение.
— Так. Дальше, — отметив в пергаменте нужное слово, попросил профессор Флитвик.
— История Магии. Нумерология. Прорицания. Уход за магическими существами. Астрономия. Травология. Магловедение.
— Всё? — удивлённо уточнил он, и я быстро кивнула. — Довольно странный набор предметов… Кем вы планируете быть, мисс Велль, по окончании обучения в Хогвартсе?
— Хорошим человеком? — попыталась пошутить я, и мой декан тепло улыбнулся, а вот профессор МакГонагалл только поджала тонкие губы.
— Мисс Велль, от того, какие предметы вы сейчас выберете, зависит всё ваше дальнейшее будущее. Так что я бы на вашем месте относилась к этому серьёзнее, — строго произнесла она, и моё хорошее настроение сразу куда-то улетучилось.
— Я пока ещё не определилась с будущей профессией, профессор, — безразлично ответила я, горя искренним желанием побыстрее уйти из этого кабинета.
— Мисс Велль, когда вы наконец определитесь, будет поздно что-либо менять!
— Я постараюсь избежать этой ситуации, профессор МакГонагалл, — невозмутимо произнесла я и перевела взгляд на профессора Флитвика, показывая этим, что больше не хочу разговаривать на эту тему. — Это всё, что вы хотели мне сказать, сэр?