Тени прошлого (СИ)

— Ты можешь не беспокоиться по этому поводу, Тина, — невозмутимо заверил меня Северус, загадочно улыбнувшись. — Мистер Пьюси точно не сможет прийти к тебе в это время.
— Северус! — я с улыбкой посмотрела на него, но зельевар только дьявольски улыбнулся в ответ. — Только не переусердствуй, ладно?
— Хорошо, — пообещал он, а я всё не могла отвести взгляд от чарующих чёрных глаз. — Тебе нужно отдохнуть, я же вижу, что ты устала…
— Я так хочу сейчас лежать в твоих объятиях на твоей уютной кровати, а не здесь… — мечтательно прошептала я, положив вторую ладонь на его тёплые руки.
— Я тоже очень этого хочу, Тина… — наклонившись ко мне, Северус снова нежно прикоснулся губами к моему лбу, и я была готова растаять от этого поцелуя. — Но тебе нужно поправиться и набраться сил. Я посижу здесь с тобой, пока ты не заснёшь, если ты не против…
— Конечно, нет, — сразу заверила я его, абсолютно не желая отпускать от себя. — Только не сиди у моей кровати всю ночь, ладно? Тебе тоже нужен полноценный отдых.
— Договорились, — мягко улыбнувшись, прошептал он, не выпуская из тёплых ладоней мою руку.
К сожалению, как только голова коснулась подушки, то сознание сразу же отключилось, но даже во сне я ощущала тепло его тела. В ту ночь Северус единственный раз не сдержал своё слово и пробыл со мной до утра, оберегая мой сон от ночных кошмаров и незваных гостей.
***
На следующий день я чувствовала себя гораздо лучше, чем накануне вечером. Обычные лекарства почти вернули меня к жизни, но мадам Помфри пообещала, что отпустит меня в воскресенье вечером, если моё самочувствие не ухудшится. И поскольку в тот день была суббота, то посетителей у меня было в два раза больше, чем накануне, и я даже не знала, радоваться мне такому стечению обстоятельств или нет. Но по крайней мере, скучно в этот день точно не было.
Когда я проснулась, то Северуса уже не было у моей кровати, но где-то в глубине души я подозревала, что просидел он рядом со мной почти до самого утра. Я прекрасно помнила это ощущение тепла от его рук во сне: оно дарило спокойствие, отгоняло плохие мысли. И я с нетерпением ждала отбоя, чтобы снова услышать его мягкий чарующий голос и увидеть эти бездонные, полные нежности глаза.
К счастью, как только весь замок вновь погрузился в сон, то незваных посетителей в больничном крыле не оказалось, что не могло не радовать. И Северус, опять появившийся из ниоткуда, сидел со мной рядом и грел мои руки.
— Чем ты занимался сегодня? — поинтересовалась я, как только он опустился на стул.
— Проверял работы, — устало ответил Северус, а затем тепло улыбнулся: — Чем же я ещё могу заниматься без тебя?
— Не знаю… — беспечно прошептала я, проведя кончиками пальцев по тыльной стороне его руки.
— Завтра, как только Поппи тебя отпустит, сразу иди ко мне, — так же шёпотом попросил он, крепко сжав мою руку. — Я так соскучился по тебе…
— Профессор Снейп, а вам не кажется, что мне стоит хотя бы иногда появляться в своей спальне? — улыбнувшись, я возмутилась немного ради приличия, но в душе была очень рада такому предложению.
— Только не завтра. Завтра ты моя, — он поцеловал мою руку и приложил её к своему лицу. — Даже не знаю, что хуже: когда ты холодная как лёд или горячая как пламя…
— Я же вроде теперь нормальной температуры, разве нет? И даже не такая бледная…
— Да, конечно, — прошептал Северус, зажмурив глаза. В этот момент я боялась даже пошевелиться, настолько хорошо мне было. — Я так испугался за тебя тогда, в пятницу…
— Но теперь же всё хорошо?.. — я виновато посмотрела на него, ведь только сейчас осознала, с каким страхом он смотрел на меня вчера утром, когда принёс сюда, в больничное крыло.
— Да… Тина, очень прошу тебя, постарайся больше не ввязываться в такие истории… — Северус как будто молил меня об этом, и мне стало стыдно вдвойне, что я заставила его так сильно переживать. — Такое чувство, что ты просто притягиваешь неприятности, как магнит…
— О, поверь мне, это ещё не неприятности, — усмехнулась я и, заметив вопросительный взгляд, решила пояснить: — Да по сравнению с тем, что было раньше, — это всего лишь маленькие… недоразумения, и только. Настоящая катастрофа обычно происходит тогда, когда в одном месте соединяются три фактора: я, Лестат и алкоголь. Этакая жизненно важная триада хаоса.
 
Вспомнив, что мы творили с Лестатом в прошлом, я громко рассмеялась, и Северусу пришлось угомонить меня:
— Тише, тише… нас услышат… — улыбаясь, прошептал он, и я постаралась взять себя в руки и успокоиться.
— Прости, просто вспомнилось всякое… Знаешь, Лестат периодически впадает в… «спячку». Да, это можно и так назвать. Ему порой надоедает непрерывно жить не одно столетие подряд, и он уходит под землю на двадцать-пятьдесят лет. За это время успевает смениться многое, и он снова с удовольствием изучает этот мир. В последний раз Лестат ушёл в «спячку» за год до того, как я направилась в Тибет, а вышел из неё как раз спустя два года после моего замужества. Братец, конечно, сильно расстроился, что пропустил мою свадьбу, но я даже рада, что его там не было.
Я сделала небольшую паузу и посмотрела Северусу в глаза, но в них читался настолько искренний интерес, что я продолжила свой рассказ:
— Знаешь, Том… был ещё правильнее тебя, если это, конечно, вообще возможно. Я никогда не видела, чтобы он пил крепкий алкоголь, только хорошее вино, один или два бокала, и то нечасто. А вот мы с Лестатом… Да, поверь мне, каждый из нас знает толк в крепком алкоголе. А учитывая то, что мы и так… притягиваем неприятности, словно магнит, то выпивши, мы с ним превращаемся в гремучую смесь. Обычно, когда Том иногда уезжал на хирургические конференции на несколько дней и я оставалась одна в Лондоне, то ко мне приезжал Лестат, и мы отрывались с ним по полной программе. Однажды даже мы сами не поняли, как наутро очутились чуть ли не в главном логове якудзы в Токио. Якудза — это что-то вроде японской мафии. А начинали пить мы в Лондоне, и я ещё помнила, как мы отправились в Лос-Анджелес, а вот дальше… Это чтобы ты понял нашу целеустремлённость.
Северус только покачал головой в стороны, улыбаясь и не веря, что такое вообще может быть.
— Но в тот раз всё обошлось. И даже после этого мы были с японцами в таких хороших отношениях, что могли пить саке на брудершафт. А ещё один раз мы с Лестатом умудрились угнать розовый феррари прямо со дня рождения дочери итальянского главы наркокартеля. Ты не представляешь, что я пережила в тот момент, когда потом ездила с извинениями и новой машиной прямо к нему в поместье… Слава богу, что Том даже не подозревает об этих историях, мне тогда бы так сильно попало… Но про один наш загул он всё-таки узнал. Собственно, после этого случая они резко и прекратились. Я никогда не видела его таким злым, как в тот раз… Том… всегда был таким спокойным, таким уравновешенным, невозмутимым… в большинстве случаев. И его всегда забавляло, когда я начинала злиться, мне тогда казалось, что он получал от этого какое-то своеобразное удовольствие… Хотя Лестат точно так же любит доводить меня до белого каления, по его словам, я такая забавная, когда злюсь. Мда…
Воспоминания захлестнули с головой, и я на несколько минут замолчала, погрузившись в такие тёплые моменты прошлого. Но Северус вернул меня из глубин памяти:
— Тина, я всё ещё хочу услышать продолжение… — с улыбкой на лице мягко напомнил он.
— Да-да, прости. Так вот. В тот раз мы отправились с Лестатом в Швейцарские Альпы, на горнолыжный курорт. Чтобы ты знал, я абсолютно не умею кататься на горных лыжах. Но я тогда проиграла ему в покер желание.
— А разве вы не играете с ним на баснословные суммы? — удивлённо переспросил Северус, видимо, припомнив, как мы с Лестатом играли на каникулах.
— Ну, во-первых, те суммы, о которых ты слышал, — не такие уж и баснословные. А во-вторых, у нас всё равно почти все счета общие, какой нам смысл играть на деньги? Обычно мы так только раззадориваем друг друга, а играем или на ценные для нас предметы, или на желания.