Тени прошлого (СИ)

Наконец, я осталась в одном чёрном раздельном купальнике, который мало что скрывал, если честно. Все сразу же оценили мои формы и агрессивную татуировку во всю спину, благо никто из присутствовавших не знал про шрамы и их происхождение. Но я, нисколько не стесняясь, вновь подошла к своей сумке, аккуратно свернула школьную форму, а затем достала оттуда полотенце и бутылку.
— Я знаю, что мы договаривались обойтись без магии, но небольшой допинг я всё-таки использую, — опять соблазнительно улыбнувшись, я открыла бутылку и залпом сделала пару больших глотков огневиски. Вокруг меня сразу раздался одобрительные возгласы парней, а на лицах среди присутствовавших девочек читался страх и ужас. Особенно на лице Гермионы, которая, как и Невилл, с самого начала не одобрила мою затею.
Закрыв пробкой бутылку и кинув её в сугроб, я перекрестилась:
— Ну, с Богом!
И, подбежав к краю проруби, прыгнула в неё с головой. И в это же мгновение тело словно пронзила тысяча иголок, а грудную клетку сжали стальные тиски. Казалось, что сейчас я потеряю сознание, но остатками его я всё-таки умудрилась заставить себя всплыть на поверхность. Как только я вынырнула, вокруг меня сразу раздался оглушительный шум и аплодисменты. Все восторженно закричали, а я улыбалась толпе.
— Как водичка, Велль? — насмешливо полюбопытствовал наглец Пьюси, когда подошёл к краю проруби и восхищённо посмотрел на плававшую в ней меня.
— А ты сам потрогай! — предложила я, и как только тот наклонился и опустил руку в воду, резко схватила его за запястье и потянула на себя. Оказавшись в ледяной воде, Пьюси вскрикнул от неожиданности и холода, а я только громко рассмеялась:
— Ты проспорил мне желание, красавчик!
Но не успела я как следует насладиться своим триумфом, как в воздухе раздался пронзительный крик:
— Мисс Велль!
Обернувшись в сторону звука, я заметила, как в нашу сторону направлялась Минерва МакГонагалл, и она была не одна. Рядом с ней быстрым шагом к нам приближалась ещё одна фигура, и я даже издалека смогла догадаться, кто это был, по развевавшейся на ветру чёрной мантии.
«Вот я попала!» — остатками разума сообразила я, но крепкий алкоголь уже сделал своё дело, и страх заметно притупился.
Я осторожно выкарабкалась с помощью Невилла из проруби, и как раз в этот момент к нам подошли преподаватели. Основная масса зрителей к тому времени успела разбежаться, но те, что остались, попали на очень интересное зрелище. Профессор МакГонагалл с неподдельным изумлением смотрела на почти голую меня, вылезавшую из ледяной воды, но мне была интересна реакция совсем другого человека. Мельком взглянув на Северуса, я успела заметить, как разъярённо он смотрел на меня чёрными, как ночь, глазами.
Но я благоразумно решила, что он не станет выяснять отношения на людях, так что мне пока не грозило ничего страшного. Поэтому, невозмутимо прошагав мимо него к своей сумке, я взяла большое пушистое полотенце и стала им вытираться.
— Мисс Велль, что вы здесь устроили?! — возмутилась декан Гриффиндора, а декан Слизерина был в таком гневе, что даже не мог заставить себя произнести хоть слово.
— Профессор МакГонагалл, а вы разве не знаете, что сегодня Крещение? — весело начала объяснять я своё поведение, а тем временем Северус заметил бутылку с алкоголем в сугробе неподалёку, и его взгляд мигом стал в тысячу раз злее. — И все православные люди купаются в этот день в проруби? Вот и мы с мистером Пьюси решили поддержать эту славную традицию. Правда, я понятия не имею, какую именно религию исповедует мистер Пьюси, но я точно за Православие, честное слово.
К тому времени Пьюси с помощью товарищей тоже выбрался из ледяной воды и подошёл ко мне в насквозь мокрой одежде. Посмотрев на декана своего факультета, он тут же опустил взгляд себе под ноги, а я была готова рассмеяться в голос, представляя, что же его ждало от Северуса в таком настроении. О том, что ждало меня в таком настроении профессора Снейпа, я, однако, старалась благоразумно не думать.
— Мисс Велль, ко мне в кабинет, немедленно! — прокричал на ходу своим тоненьким голоском профессор Флитвик, подбежав к нам буквально спустя полторы минуты.
 
Только вот огневиски окончательно ударил в голову, поэтому я, всё-таки рассмеявшись, посмотрела на Эдриана и Северуса, ведь стояли они практически рядом, замоталась в полотенце и, повесив сумку на плечо, босиком направилась в сторону замка.
Новость о том, что я уже искупалась в Чёрном озере, моментально облетела всех учащихся, и, пока я шла к кабинету своего декана, все показывали на меня пальцем, смеялись и хлопали, а я только приветливо махала рукой в ответ. Придя в кабинет декана своего факультета, я села на стул напротив преподавательского стола и со спокойной улыбкой посмотрела на низенького человечка, закутанного в голубую мантию.
— Мисс Велль, как вы объясните своё поведение? — профессор Флитвик недовольно посмотрел на меня, но я прекрасно знала, что в душе он был мягким и абсолютно неконфликтным человеком, и поэтому я могла из него верёвки вить. В отличие от декана другого факультета, с которым у меня, судя по всему, тоже намечался разговор, причём весьма непростой.
— Профессор Флитвик, простите меня, пожалуйста. Я уже пыталась объяснить профессору МакГонагалл и профессору Снейпу, что сегодня Крещение, православный праздник, и в этот день принято купаться в проруби, — я переложила сумку в левую руку, а правой подняла перед ним простой металлический крестик, висевший у меня на шее на белой льняной верёвке. — Вот, видите, я вас не обманываю.
Судя по всему, декан Когтеврана не отличался такой наблюдательностью, как декан Слизерина, и не понял, что я, мягко говоря, не в совсем трезвом состоянии, да и бутылку на льду он тоже заметить не успел. Так что, улыбнувшись, пропищал:
— Я вас понял, мисс Велль. Но в следующий раз всё же постарайтесь не шокировать нас так своим поведением.
— Разумеется, сэр, — широко улыбнулась я и быстрым шагом вышла из кабинета, радуясь, что смогла выйти сухой из воды. Образно выражаясь, конечно, ведь я вся насквозь промокла после купания.
Войдя в спальню, я бросилась на свою кровать и засмеялась в голос от всего произошедшего за последние полчаса. Да, алкоголь точно сделал своё дело, и я ни капли не боялась ничего вокруг. Через пять минут в спальню влетели мои соседки и, восторженно вскрикивая, стали наперебой рассказывать, кто что говорил по этому поводу и как досталось за нашу маленькую шалость Эдриану Пьюси. Я лишь только смеялась на их слова, не в силах произнести хоть слово.
Спустя двадцать минут, когда уже совсем стемнело, я отчётливо услышала стук в окно. Открыв его, я увидела записку, и всё тем же мелким и аккуратным почерком в ней было написано:
В мой кабинет, сейчас же!
Но тон, в котором она была написана, крайне мне не понравился, так что я, как героиня известного романа[1], решила, что подумаю об этом завтра, и со спокойной душой легла спать.
***
На следующий день первым же занятием было Зельеварение. Честно говоря, я просто ужасно себя чувствовала после вчерашнего, и уже хотела было прогулять занятие, но потом всё-таки подумала, что этот мой поступок ещё больше разозлит Северуса, поскольку я так и не пришла к нему в кабинет накануне вечером. Так что, собрав остатки мужества, я направилась в сырое и холодное подземелье.
Я была права: Северус был в гневе. А если быть точнее, в бешенстве. Все считали, что это из-за того, что студент его факультета вляпался вчера в переделку, но я-то прекрасно знала правду — он так вёл себя из-за меня. Поэтому я благоразумно старалась не смотреть на него, да и вообще лишний раз не шевелиться, но у меня ничего не вышло.
— Тина… — шёпотом обратился ко мне Невилл и потряс меня за плечо. Его голос донёсся до меня словно через толстый слой ваты, и я всё никак не могла понять, что тот от меня хотел.
— Мисс Велль! — зло обратился ко мне Северус, когда подошёл к нашей с Невиллом парте, но я только обессиленно подняла голову и посмотрела на него мутными глазами.