Тени прошлого (СИ)
— А кто любит контролировать всё на свете? Кто готов защитить меня даже от собственного брата, я уже не говорю про тех недальновидных бедняг-пятикурсников, что решили помечтать о моей груди? Кто бесится, когда я не говорю, к кому на встречу собираюсь? Хотя ты прекрасно знаешь, что встреча деловая… Кто любит связывать ту самую стерву в её постели?..
— Ты же сама это предложила?.. — прошептал он, коснувшись губами моего виска.
— Да, сама, — подтвердила я, наслаждаясь его поцелуями. — Но не надо врать, что это тебе не нравится…
— Нравится, — выдохнул он, снова и снова касаясь губами моего лица. — Значит, я тиран, а ты несчастная жертва?.. Скажи я это на кафедре или в госпитале, меня бы сразу подняли на смех! Помнится, несколько лет назад роли были абсолютно противоположными…
— Да уж, — усмехнулась я, а потом вдруг вспомнила кое о чём. — Том?
— М-м-м?
— А как ты смог так долго продержаться без магии во время учёбы? Ведь твоя волшебная палочка постоянно была в моём сейфе…
— Тина, вот ни за что не поверю, что ты настолько наивна и доверчива… — смеясь, начал говорить Том.
— Что ты хочешь этим сказать?! — я тут же вскочила со своего места и села на колени прямо напротив него.
— Тинь-Тинь, ты действительно считаешь, что мне было трудно купить другую? — ещё больше смеясь, спросил наглец. — Если тебя это хоть как-то утешит, то я очень скучал по своей первой палочке и был бесконечно рад, когда ты мне её вернула.
— Обманщик! — воскликнула я, взяв в руки подушку, и кинула её прямо в него. — Мерзавец!
— Негодяй! — согласился он со смехом в голосе, убирая подушку с лица. — Подлец!
— Видеть тебя больше не хочу! — я встала с дивана и собралась пойти на кухню, но Том ловко вскочил сразу же со мной и схватил меня за запястье.
— Ты можешь закрыть глаза… — прошептал он, снова прижав меня к себе.
— Теперь вход в мою спальню для тебя закрыт навсегда! — обиженно пробормотала я, попытавшись вырваться из его крепких тисков.
— Будем спать в моей, — спокойно и ласково ответил Том, не выпуская меня из своих рук. — Надо же хоть раз в несколько лет появляться в своей постели, в которую хотят попасть столько девиц…
— Ненавижу тебя! — шёпотом произнесла я, прижимаясь к его груди.
— И я тоже тебя люблю! — прошептал он, целуя мою щёку.
— Ты же прекрасно знаешь, я тебе не верю, — всё так же тихо произнесла я, приобняв его.
— Значит, я докажу тебе это, — в перерывах между поцелуями ответил Том. — Как и обещал.
— А если я тебе всё ещё не поверю?.. — уже растворяясь в его объятиях, прошептала я.
— Я буду доказывать тебе свою любовь, пока ты мне не поверишь. До самой смерти. И даже после… — на несколько мгновений прекратив целовать мои губы, произнёс он, посмотрев мне в глаза. Тон его был серьёзен, и я сразу поняла, что это были не пустые слова влюблённого человека. — Если будет нужно, я спущусь за тобой даже в ад и достану тебя оттуда.
— Как удачно ты подметил, — прошептала я, усмехнувшись его последним словам. — Рай мне точно не грозит…
— Мне тоже, — ответил он, продолжая серьёзно смотреть мне в глаза, а затем вдруг рассмеялся и добавил: — Я же деспот и тиран!
Я недовольно поджала губы, но этот наглец прекрасно знал, что я уже больше на него не дулась, так что он снова поцеловал меня в левую щёку, на которой был уродливый шрам, а потом вдруг прошептал:
— Тина, а какой он?
— Кто? — тихо уточнила я, так как не совсем поняла смысл вопроса.
— Что. Ад. Какой он? — в этот момент в глазах моего супруга была нешуточная тревога, а мне даже стало не по себе от этого вопроса. — Ты же говорила, что… уже умирала…
— Да, — подтвердила я, догадавшись, что он имел в виду. — Но я не помню. Я только помню свои последние минуты, и… дальше пустота. Может, там и нет ничего?
— Может быть, — задумчиво согласился он, а потом, усмехнувшись, добавил: — А если есть, то даже там ты от меня не спрячешься!
— Невыносимый собственник и тиран! И как ты это сделаешь? — с улыбкой поинтересовалась я, нисколько не сомневаясь, что он выполнит обещанное.
— Я что-нибудь придумаю, — с этими словами Том жадно продолжил целовать мои губы, и я уже не могла и представить, что когда-нибудь захочу спрятаться от своего тирана.
Я резко дёрнулась и проснулась, а по моим щекам текли слёзы.
— Что случилось? — обеспокоенно спросил Северус охрипшим голосом.
Немного придя в себя, я поняла, что мы всё так же сидели на кровати, и он всё так же крепко обнимал меня, а сквозь полупрозрачные занавески едва-едва пробивался холодный зимний свет.
«Ещё только светает», — пронеслось в голове, словно набитой осколками стекла.
— Мне сон приснился… или воспоминание… Я заснула? — растерянно пробормотала я.
— Да. Я не хотел тебя будить, — мягко ответил он, проведя ладонями по моим плечам. — Ты плачешь…
— Прости… — прошептала я, повернувшись к нему лицом, и снова устроилась у него на плече. — После вчерашнего разговора у меня в памяти всплыло столько воспоминаний, которые я старалась не трогать. Тебе неудобно, наверное, было спать из-за меня?..
— Я не спал, Тина, — коротко сказал Северус.
Я удивлённо посмотрела на него и сразу поняла по его виду, что он сказал правду. Его лицо было осунувшимся и уставшим.
— Северус… — в тот момент я готова была разрыдаться в голос, но он это сразу почувствовал и прижал к себе так крепко, как только мог.
— Тина, ты ни в чём не виновата, успокойся… — как маленькую девочку начал утешать меня Северус. Можно сказать, что в тот момент я и была ей.
— Господи, что же я натворила… — прошептала я, когда слёзы перестали литься сплошным потоком. — Надо было взять себя в руки и уехать из замка… Не надо было давать тебе надежду…
— Тина, ты даже не представляешь, что для меня значит эта надежда. Эти дни, что я провёл с тобой, были самыми счастливыми за последние двадцать пять лет моей жизни. Не надо так говорить… — его тихий и нежный голос действовал на меня успокаивающе.
— Северус… у меня сердце словно на два куска разорвалось… Разве можно любить двоих одновременно? — дрогнувшим голосом спросила я, стараясь как можно ближе прижаться к его груди.
— Я не знаю, Тина. Я не знаю, — не разжимая своих объятий, прошептал он, а затем обречённо прижался щекой к моей макушке. — Я не знаю.
***
Я не спал всю ночь. До самого утра. И всё это время в моей голове крутились мысли. Я пытался осознать всё то, о чём рассказала мне Тина, и сердце обливалось кровью.
Тина была права, я по-настоящему любил Лили. Столько лет я жил только мыслями о ней… в своём замкнутом мире несбывшихся надежд и грёз. Столько лет я даже не подозревал, что из себя представляли объятия, поцелуи. Что такое взаимные чувства. Я жил односторонней любовью, запертый самим собой в сыром и холодном подземелье пятнадцать лет подряд.
А теперь я вдруг узнал, что такое взаимность. Что может быть по-другому. Я узнал, что это такое, когда рядом с тобой другой человек. Когда ты можешь говорить с ней обо всём. Можешь целовать. Касаться. Теперь я это знал. И тем больнее было осознавать, что у неё была своя рана в груди. Что вся её любовь уже была отдана кому-то другому.
«Почему судьба бывает так жестока?! — не мог поверить я, крепко прижимая к себе задремавшую Тину. — Единственный человек, который стал так близок мне, единственный человек, который понимает меня, который знает меня настоящего… Сможет ли она забыть его?»
Я знал ответ на свой вопрос. Я никогда не забуду Лили, а Тина никогда не забудет Тома. Они навсегда будут жить в нашей душе, в наших сердцах. «Но это же не значит, что у нас нет будущего, верно?»
Когда в комнате начало понемногу светлеть, Тина проснулась. В слезах. Её душили воспоминания, так же как и меня когда-то. До сих пор. А я не знал, как ей помочь, не знал, что мне нужно было сделать. Я никогда ещё не видел Тину такой ранимой. И в этот момент я прекрасно понимал Тома, который влюбился в неё, как мальчишка, когда утешал её после ночных кошмаров. В это нежное и беззащитное создание, которым она была в то утро, было невозможно не влюбиться. В то мгновение я чувствовал, что был нужен ей, и я знал, что она была нужна мне.