Тени прошлого (СИ)
***
— Посмотри на них, они же просто светятся от счастья, — прошептал мне на ухо Том, когда кружил меня по паркету, заполненному людьми.
— Да… — рассмеялась я в ответ. — Я так за них рада!
— Помнишь, ты семьдесят пять лет назад загадала в свой день рождения желание?.. Тогда ты загадала, чтобы все были счастливы… А я сказал тебе, что судьба тебя обязательно услышит…
— Да, помню, — улыбнувшись, прошептала я, ещё раз посмотрев в сторону молодожёнов. — Надо же, на исполнение этого желания потребовалось аж семьдесят с лишним лет…
— Мне тоже не верится… но это так, — тоже посмотрев в сторону Северуса и Лили, произнёс он. — Только вот я одного не понимаю: почему я нисколько не постарел с того времени?
— Мне кажется, что дело в том… — предположила я, когда мы закончили танец и отошли в сторону, — что я не могу постареть, а моё сердце… бьётся вот здесь.
Я приложила правую руку к области его сердца, и даже сквозь белую сорочку ощутила сильные толчки. А после звонко рассмеялась:
— Но если честно, я не знаю! Тебе не всё ли равно?
— Ты права, любимая, мне всё равно. Главное, что ты рядом, а остальное уже неважно, — рассмеявшись в ответ, произнёс мой муж, крепко прижав меня к себе. И тут я вскрикнула.
— Ой… — но, заметив, как Том обеспокоенно посмотрел на меня, тут же поправилась: — Не переживай, просто… толкается.
— Как же я люблю, когда ты такая, — прошептал он, снова приобняв меня и поцеловав в щёку. — Такая нежная, беззащитная. Хочу видеть тебя такой снова и снова…
— Я и так родила тебе четырёх сыновей, может, хватит? — рассмеявшись, поинтересовалась я, зажмурив от удовольствия глаза.
— Я хочу пятого, — твёрдо заявил Том. — А вообще ты же знаешь моё любимое число…
— А что если после этого мальчика у нас будут девочки? — спросила я, заинтересованно посмотрев ему в глаза.
— Ну… девочки тоже люди… — протянул он, но, увидев искреннее возмущение на моём лице, рассмеялся и дополнил: — Шучу, шучу. Ты же знаешь, что Луна — моя любимица.
— Конечно, — промурлыкала я, посмотрев в сторону стола с подарками. — Тебе не кажется, что нам пора отдать им свой?
— Да, я думаю, пора, — хитро посмотрев на меня, согласился Том, а затем взял меня за руку, и мы направились к большому столу, на котором было множество коробок.
***
— Как же я счастлив… — прошептал я, когда мы с Лили отдыхали в стороне и наблюдали за весельем наших гостей. — Знаешь, я так рад, что твоя подруга подарила мне билеты в оперу в тот день, когда мы с тобой начали… встречаться…
— Какая подруга? — удивлённо посмотрела на меня Лили.
— Э… кажется, её звали Тина… — неуверенно ответил я, поскольку меня поразила реакция супруги на мои слова.
— Но, Северус, у меня никогда не было подруг с таким именем!.. — воскликнула она, а в это время я заметил, как к столу, нагруженному коробками и свёртками, подошла пара и положила туда небольшую коробочку.
— Да вот же она! — я указал рукой на девушку с каштановыми локонами, одетую в свободного кроя пудрового цвета платье.
Её муж, заметив, что мы ошеломлённо смотрим на них, сразу взял жену за руку и повёл прочь, загадочно улыбнувшись нам, а Тина на прощание весело помахала рукой. Мы с Лили озадаченно переглянулись, а потом дружно решили посмотреть, что же лежало в той коробочке, которую они только что положили на стол. Когда мы подошли к столу, я аккуратно взял подарок в руки и развернул его. Внутри лежали ключи, листок бумаги и… чек. Достав первым листок бумаги, мы вгляделись в текст.
Дорогие Северус и Лили,
от всей души поздравляем вас с таким замечательным днём! Желаем счастья, искренней любви и уважения друг к другу. И ещё… мы бы хотели сделать небольшой подарок. На обратной стороне этого письма — адрес нашей квартиры в Париже, а ключи от неё вы уже увидели. Очень надеемся, что ваш медовый месяц пройдёт незабываемо. А ещё мы прилагаем к этому письму чек, чтобы вы не беспокоились по мелочам и смогли побывать везде, где вам только захочется. После того как вернётесь, вы можете занести эти ключи в King’s College Hospital, в отделение нейрохирургии, четвёртый этаж, спросить профессора Реддл. И мы с удовольствием ответим вам на все интересующие вопросы, а они, наверное, уже появились. Будьте счастливы!
С самой искренней любовью,
ваши верные друзья, Тина и Том Реддл
Я озадаченно посмотрел на Лили, а та, тоже немного подумав, вдруг радостно воскликнула:
— Париж! Я никогда там не была! Может, съездим?
— Конечно, — со смехом согласился я, а после взял в руки чек, но, увидев сумму, написанную на нём, окончательно потерял дар речи.
— Господи… — выдохнула моя жена, тоже увидев цифры. — Он… настоящий?..
— Да… — еле-еле выдавил из себя я. — Предлагаю… предлагаю съездить, но столько мы точно не потратим… предлагаю вернуть остаток вместе с ключами.
— Хорошо, я согласна, — широко улыбнулась Лили. — А как вернёмся, обязательно потребуем объяснений!
— Прекрасный план, миссис Снейп, — рассмеялся я в ответ и вновь принялся целовать свою молодую и такую прекрасную супругу.
***
Через три месяца мы вернулись в Лондон и первым же делом решили отдать ключи хозяевам и искренне поблагодарить за потрясающий отпуск. Хотя я и сам работал целителем, но был немного удивлён, попав в магловскую больницу, ведь она была совсем непохожа на больницу святого Мунго. Минут десять точно мы потрясённо осматривались по сторонам, а потом к нам подошла приятная молодая женщина в белой пижаме.
— Могу я вам чем-то помочь? — вежливо поинтересовалась она.
— Да, — придя немного в себя, ответил я. — Нам нужен… профессор Реддл.
— А из какого отделения? — уточнила она, и я призадумался, поскольку мне казалось, что здесь работал только один человек с таким именем, но Лили сориентировалась быстрее меня и сказала:
— Из нейрохирургии.
— Хорошо, я вас поняла. Следуйте за мной.
И мы послушно последовали за нашей проводницей. Поднявшись на лифте на четвёртый этаж, она повела нас по коридорам-лабиринтам, а навстречу нам всё время попадались люди в разноцветных пижамах. Наконец, мы прошли почти весь этот лабиринт, и она указала нам на дверь.
— Это их кабинет.
Мы с Лили переглянулись, а в этот момент к нам подошёл парень в тёмно-синей пижаме и с сединой на висках.
— Ребята, вернулись-таки! Как я рад вас видеть! Тина уже вся извелась, ожидая вас! — воскликнул он, а потом обратился к нашей проводнице: — Спасибо, Луиза, ты можешь идти.
— Да, профессор Реддл, — вежливо попрощалась она, а потом опять скрылась в лабиринте коридоров.
— Так, позвольте представиться, профессор Томас Реддл, нейрохирург, — парень протянул мне руку, и я крепко пожал её в ответ.
— Северус Снейп, а это моя жена, Лили Снейп, — я представил сначала себя, а потом и Лили. — Откуда?..
— Ребят, давайте сначала зайдём в кабинет, а то Тина очень долго вас ждала! — рассмеялся в ответ профессор Реддл, а затем открыл дверь кабинета, и до нас донёсся грозный женский голос:
— Чтобы отчёты были завтра с утра на моём столе, с такими препаратами нужно быть аккуратнее!
— Что случилось? — невозмутимо поинтересовался он, а из кабинета в это время вышел другой мужчина в зелёной пижаме и с невыразимой гримасой на лице.
— Опять что-то напутали в документах, да когда же это прекратится?! — разъярённо начала возмущаться девушка со шрамом на левой щеке и в мятной пижаме, сидевшая за массивным столом в углу кабинета, но, заметив нас, радостно воскликнула: — Северус, Лили, вы вернулись!
— Дорогая, не надо… вставать… — произнёс профессор Реддл, но было уже поздно: Тина встала со своего места и медленно подошла к нам, а мы поняли причину беспокойства её мужа. Миссис Реддл была очень глубоко беременна, но это всё же не помешало ей подойти к нам и крепко обнять каждого.
— Как же я рада вас видеть! — воскликнула она, приобняв меня настолько, насколько ей позволял огромный живот, а затем обняла мою жену. — Миссис Снейп! Ой, я ведь даже не представилась! Простите меня, ради бога! Профессор Тиана Клодетта Реддл, нейрохирург, заведующая этим отделением.