Гувернантка (СИ)

  
ГЛАВА 1
 
— Приветствую вас, господа первокурсники, в стенах нашего учебного заведения! — после этих слов в аудитории немедленно воцарилась тишина. — Меня зовут Зоя Петровна. Я буду вести в вашей группе психологию. А теперь я хотела бы познакомиться с каждым. Читаю по журналу фамилии, названных прошу вставать для всеобщего обозрения. Как я понимаю, вы еще не все знакомы друг с другом.
При этом Зоя Петровна обвела взглядом аудиторию поверх стильных очков. Уж я-то точно не была знакома ни с кем из моей группы, потому что не сдавала вступительных экзаменов. Золотая медаль за успешное окончание школы и победы на нескольких городских олимпиадах позволили мне выбрать высшее учебное заведение и просто подать туда документы. После этого я уже автоматически считалась зачисленной на первый курс.
Итак, Зоя Петровна зачитывала фамилии по алфавиту, а ребята и девчонки вставали, чтобы не только сокурсники, но и преподаватель запомнили их имена и лица. Наконец пришла и моя очередь.
— Смирнова Татьяна! — выкликнула Зоя Петровна.
Я поднялась, улыбнулась и собралась снова сесть, но тут в аудитории раздался смех. Краска сразу же залила мое лицо. Не в моем характере терпеть насмешки в новом коллективе, поэтому не мешало бы сразу расставить все по своим местам. Я повернулась, ища глазами наглецов, и увидела, что смеются не только надо мной. Двумя рядами дальше стояла девушка и растерянно оглядывалась.
— В чем дело, чего такого смешного? Я назвала Смирнову Татьяну! — Зоя Петровна строго смотрела поверх очков.
На мой заинтересованный взгляд девушка недоуменно пожала плечами. И тут я начала кое-что понимать, а Зоя Петровна, посмотрев еще раз в журнал, покачала головой.
— Ну, девочки, поздравляю! Весело вам будет учиться. У вас, кстати, и отчества одинаковые.
Тут дошло уже и до самых тупых и теперь смеялись все, включая нас с Танюшей. Вот так и началась дружба абсолютных тезок. Друзья называли нас по-разному — меня Таня или Татьяна, а ее исключительно Танюша. Она действительно была гораздо мягче и спокойней меня. Преподаватели же присвоили нам порядковые номера — я в журнале была Смирнова первая, а Танюша была Смирнова вторая.
Сейчас все это уже в прошлом. Мы с Танюшей благополучно закончили любимый Педагогический институт и работали теперь в разных местах. Я осталась преподавать на кафедре психологии под чутким руководством Зои Петровны Завражной, а Танюша решила попробовать свои силы в школе (Бог ей в помощь). Мы продолжали дружить, часто встречались и перезванивались, до сих пор оставаясь абсолютными тезками, несмотря на наши двадцать шесть лет.
Но этой осенью Танюша кажется все-таки поменяет фамилию. Толя Морозов, с которым она познакомилась на модной фотовыставке, был старше моей подруги на три года и характеризовался как удачливый бизнесмен. Его фирма как раз была главным спонсором фотовыставки.
За год знакомства Танюша смогла-таки влюбиться в Анатолия, но вела себя очень нерешительно. Он же, напротив, проявил настойчивость и строго заявил, что самое лучшее время для свадеб — это осень. Я его полностью поддерживала и мы активно обрабатывали Танюшу с двух сторон. Подруга уже начала сдавать позиции, но в одном была непреклонна. За два отпускных летних месяца она твердо решила подзаработать денег. Понятно, что не на свадьбу, но хотя бы на красивое свадебное нижнее белье и белые ажурные колготки. Ужасно дорогие, между прочим. Она приглядела их в престижном бутике.
При всей своей мягкости Танюша, оказывается, могла быть до неприличия упрямой, что теперь нам и демонстрировала. Мы с Толиком устроили тайное совещание, на котором решили, что если уж переспорить упрямицу не удается, то пусть себе подрабатывает. Но подработка подработке — рознь. Не может же педагог с высшим образованием, будущая жена преуспевающего бизнесмена мыть подъезды или принимать бутылки на улице! Толя поспрашивал в своих кругах и узнал, что один молодой и очень предприимчивый коммерсант ищет для своего десятилетнего сына гувернантку — образованную порядочную женщину. Вся прелесть заключалась в том, что жена и сын коммерсанта будут до конца лета жить за городом в коттедже. К тому же мальчика не нужно было ничему обучать, так как родители считали, что учеба в элитной школе итак отняла у ребенка все силы. Гувернантка должна лишь выполнять роль воспитателя, отдыхая вместе с мальчиком на всем готовом. Оплата подобного «изнурительного» труда была очень даже не хилая. Опасаясь, что упрямая невеста может отказаться от столь выгодного, во всех отношениях, места, мы приняли в наше с Толиком тайное общество Танюшину двоюродную бабушку. Ия Николаевна являлась младшей сестрой Таниной родной бабушки. Ну очень младшей! Их разница в возрасте составляла восемнадцать лет. Тем не менее в семье Ия Николаевна пользовалась непререкаемым авторитетом. Она с удовольствием согласилась нам подыграть и уговорила внучатую племянницу встретиться с отцом мальчика — Головановым Олегом Константиновичем.
 
Встреча прошла в дружественной обстановке, хозяину Танюша понравилась и они назначили день в конце июня, когда новоиспеченная гувернантка должна была явиться в загородный дом четы Головановых. Также они не забыли составить договор по всей форме, заверенный у нотариуса. Дело сладилось к всеобщему удовольствию.
Была пятница — день для меня особенный по нескольким причинам. Во-первых, с понедельника начинался мой отпуск. Ехать отдыхать я пока никуда не собиралась, но спать подольше и лениться запланировала всерьез. Во-вторых, с того же понедельника Танюша должна была уже заступить на гувернантскую вахту. По этому поводу я, Толик и Танюша как раз сегодня вечером идем в ресторан. Пригласил нас, естественно, Толя.
Обожаю рестораны! Ничего не могу с собой поделать, каждый раз радуюсь как ребенок. Для меня самое главное в посещении ресторана — это еда. Музыка мне мешает, громкая музыка — просто раздражает, официанты смущают и отвлекают. Но еда — это что-то. Я не люблю те рестораны, где кормят по-домашнему. Для меня это значит — непрофессионально. Ресторанные блюда должны поражать воображение оригинальным оформлением и необычным вкусом. Они должны быть загадкой, которую не терпится разгадать. Именно это ожидало нас сегодня вечером. Вкус Анатолия был достоин похвалы — он выбрал отличный ресторан.
Парочка заехала за мной в семь вечера на такси. Настроение у всех было замечательное и мы в машине так развеселились, что хмурый пожилой таксист позволил себе пару раз ухмыльнуться в седые усы. Устроившись за столиком, мы продолжали смеяться и подтрунивать друг над другом. Шампанское, которое решили выпить для разогрева, еще больше подняло настроение. Заиграла музыка и я позволила себе потанцевать на возвышении в центре зала. После шампанского мы перешли на мартини, а Толя заказал себе коньяк. Мы все заметно отяжелели и, чтобы размяться перед десертом Танюша с Толей решились на медленный танец.
Я с интересом наблюдала, как Толик неуклюже взбирался на танцпол и галантно втаскивал туда партнершу. Это было смешно. Они обнялись и закачались в ритме музыки, поддерживая друг друга. И тут я вижу, как высокий каблук Танюшиных туфель подворачивается и ее нога подгибается в щиколотке почти под прямым углом. Я еще успеваю подумать, что это должно быть очень больно, как меня выводит из хмельного оцепенения крик подруги. Она уже сидит на полу, а растерянный Толя бестолково суетится возле, задавая ей глупые вопросы. Я моментально трезвею и бросаюсь к площадке. Танькина нога неестественно подвернута и припухла в щиколотке. Если это даже всего лишь вывих, то достаточно серьезный.
— Толя, давай машину к подъезду — едем в травмпункт! — скомандовала я, отмахиваясь от назойливого метрдотеля, который топтался рядом и причитал на тему того, что вины заведения тут нет.
В травмпункте, увидев наши вечерние наряды, стали активно интересоваться количеством спиртного, выпитого потерпевшей. Когда я сказала, куда они могут засунуть больничный лист, памятуя о том, что Анатолий обещал после свадьбы посадить жену дома и не позволять ей работать, хирурги успокоились и занялись травмированной ногой. Диагноз оказался не из приятных. Разрыв связок, требующий наложения гипса. Танюша стойко перенесла все процедуры и мы с Толей привезли ее домой на очередном такси. Оставив пострадавшую в нежных и заботливых руках жениха, я уехала к себе и тут же завалилась спать.