8 дней, 9 ночей (СИ)
…Я в одиночестве сижу на скамеечке под полупрозрачной крышей автобусной остановки, поеживаясь от ночной прохлады. Да, прогноз погоды я зря не посмотрела заранее. Даже облака появились, возможно еще и дождь пойдет.
Наши четыре машины были припаркованы в «кармане» для автобусов, немного под углом к проезжей части, готовые к старту. Остальные, кто подъехал с нами, остановились чуть подальше. Первой стоит «эмка», за ней «поршик», моя «Снежинка-Уголек», а за ней «Эволюшн».
Кроме черной «пиксельной» маскировки, мне заменили колеса. Машин с белыми дисками не так много, и потому мне установили какие-то черные, матовые. И как я уже успела проверить по дороге сюда, резина на них стоит отменная.
Вадик с Антоном и несколькими ребятами из нашего клуба что-то обсуждали, стоя позади его машины. Они еще перед выездом скрутили номера. Я с этой процедурой заморачиваться не стала – пару месяцев назад они установили мне рамки-оборотки, по нажатию специальной кнопки делающие машину анонимной прямо на ходу. Правда, если так с этим остановят… Но кто собирается останавливаться?
Я дрожала не столько от холода, сколько от возбуждения. Потому и присела подальше от всех, чтобы собраться с мыслями и перевести дух. В подобных гонках я участвовала всего пару раз, и потому мне сложно совладать с собой.
Машин на дороге очень мало, уже второй час ночи. Я прислушивалась к шуму трассы, прикрыв глаза.
- Ксю! – слышу я голос Антона и поворачиваю голову в их сторону. – Готова?
Я вытянула руку с поднятым большим пальцем, встала и пошла к машине. Наши противники тоже направлялись к своим автомобилям.
- Ты метки в навигации поставила? – кричит мне Вадик.
Открыв водительскую дверь, я заглянула в салон и посмотрела на экран планшета.
- Да! – отвечаю я Вадиму. – Ты у меня на карте! Все нормально!
Он кивает и делает поднятой рукой несколько вращательных движений. Все рассаживаются по своим машинам.
Я пристегнулась ремнями и, еще раз проверив навигацию и метки на карте, повернула ключ в положение зажигания.
Антон вышел к краю дороги, немного впереди стоящих под углом наших машин, и в его руках вспыхнул зеленый файер.
Четыре движка одновременно просыпаются с мощным гулом. Лезвия голубого света перебивают оранжевое освещение дорожных фонарей.
Антон ждет, выбирая момент, когда дорога получше освободится для старта.
Будто снайпер перед выстрелом, я выдыхаю воздух и слежу взглядом за поднимающейся рукой с зеленым факелом…
Взмах, и со свистом резины и ревом моторов машины срываются с места!
Меня вжимает в кресло, и я, утапливая газ до упора, устремляя свою малышку вперед. «Эмка» и «Порш» сразу уносятся в отрыв с невероятным ускорением. Серебристый «Лансер», стартовавший чуть позади меня, тоже оказался шустрее, и я сразу осталась последней.
Пилот «Лансера» опасно пересекает сразу несколько полос, уходя к левой стороне дороги, и я устремилась за ним. Первые две машины были уже впереди метров на двести. Мы начинали стремительный разгон.
Мне удалось встать «Лансеру» в хвост, и мы летели в левой полосе, догоняя группу автомобилей, неравномерно распределенную по всем рядам. Впередиидущий резко уходит в соседний ряд, обходя что-то движущееся в левой полосе. Я скопировала его маневр с максимальной точностью и на минимальной дистанции, не покидая зоны разреженного воздушного потока.
Скорость росла, оценивать дорожную ситуацию впереди становилось все сложнее, поле зрения сужалось. Мимо проносились немногочисленные машины ночного трафика. Я бросила взгляд на спидометр: 160… 170.
«Лансер» смещается влево, обходя попутную машину, а я быстро решаю совершить опережение справа, расценив, что там в течение нескольких секунд будет свободнее.
Мой противник упирается в какую-то машину, уходить вправо он не может – ряд занят. Ему приходится жать на тормоза, и он теряет несколько мгновений. Я, плавно лавируя среди редких машин в средней части трассы, ухожу вперед и снова жму на газ. Машина ускоряется, будто с новыми силами. 190… 195… 205… Летим.
Впереди свободно. Я замечаю наши первые машины, синхронно меняющие ряды, обходя препятствия в виде трафика. Между ними идет ожесточенная борьба, но Вадим не выпускает своего противника вперед ни на секунду. Я понимала, что моей скорости недостаточно, чтобы их догнать, и с замирающим сердцем продолжила разгон… Краем глаза я заметила в зеркале мелькнувший позади «Лансер», повисший на хвосте и ищущий момент для опережения.
Борьба продолжается, и мы оставляем позади километры трассы, немного сбрасывая скорость лишь пролетая сонные посты.
Я бросила взгляд на планшет – до Вадика всего 300 метров. Впереди снова уплотнение машин возле какой-то дорожной развязки, и я замечаю «эмку», мелькающую в потоке где-то справа. «Порш» пробивается за ним, заметно отставая. Как они оказались справа в этой куче?..
Левый ряд свободен, и я пролетаю развязку, обходя всю эту группу автомобилей, и внезапно оказываюсь впереди. За мной, не отставая, несется «Лансер».
Боковым зрением я замечаю, что где-то справа в потоке машин вспыхнули красно-синие «люстры», и мы проносимся мимо двух патрульных «Фордов». Бросаю взгляд в зеркало – они спешно выруливают за нами. Черт!
Намереваясь определить положение Вадика, я смотрю на планшет и обнаруживаю, что сигнал потерян. Вообще нет соединения. В растерянности я касаюсь пальцем беспроводной гарнитуры, но связь не работает. Внутренне холодея, я обмираю от ощущения, что осталась одна…
Обрыв всей связи может означать лишь одно – Вадик включил свой «секрет». Я слышала про это, но никогда не видела, как это работает. У него в машине установлено какое-то устройство, которое блокирует всю радиосвязь на площади до полутора километров вокруг! Значит, у нас есть немного времени, пока о нашей гонке не узнали все ближайшие патрули и посты…
И теперь мне стали ясны вялые метания «эмки» и «Поршика» в потоке машин – они хотели как-нибудь миновать патрульные машины, не особо привлекая внимание. А я, совершив свой эффектный пролет в паре с «Лансером», заставила полицейских проснуться!
Охо-хо… Ксюша попала. И Ксюша получит… Возможно даже от родителей.
С бешено колотящимся сердцем, стреляя глазами по боковым зеркалам, я ухожу вправо, с трудом маневрируя в потоке и мучительно ощущая неумолимое падение скорости… Я словно испытываю клаустрофобию, отчаянно пробираясь среди вялого потока автомобилей.
Один из патрульных экипажей устремился за юркнувшим куда-то «Лансером» и увяз в гуще шарахающихся машин, но второй настойчиво пробивался за мной. Я краем глаза видела это в зеркале. Кто-то что-то орет в громкоговоритель, надрывается «крякалка» и воет сирена.
В отчаянии я выскакиваю на обочину, шириной почти в целый ряд. О, боже, впереди красные и белые пластиковые заграждения и знак объезда слева… А слева от меня тянется плотная цепочка машин – микроавтобус, внедорожник с прицепом и впереди них небольшой фургончик. Пространства для маневра нет, сзади подлетает патрульный автомобиль…
Мозг и конечности сработали сами по себе, отдельно от сознания. Педаль газа в пол, кикдаун, машина пулей выстреливает вперед. Стараясь не отстать, за мной устремляется патрульный.
Удар сердца – пролетаем микроавтобус… Еще удар, и позади остается внедорожник… Двигатель ревет, педаль газа максимально утоплена дрожащей ступней… Патрульная машина отстает…
Мне очень хочется закрыть глаза.
Пролетая мимо следующей машины, я резко ухожу влево, в едва не сомкнувшееся окошко к свободе, между бампером фургончика и пластиковыми заграждениями…
- Скажи – прощай! – выдохнула я, бросая взгляд в правое боковое зеркало.
…Раздается протяжный сигнал, фургон виляет в сторону и притормаживает. Я не слышу визга тормозов, но мне видно, как патрульная машина влетает в заграждения, раскидывая их вокруг себя, и там останавливается, в бессильной злобе мерцая «люстрой».
Машин становится меньше, и я резко ухожу в набор. Новая развязка, и справа от меня вдруг возникают «Порш» и «Лансер». Синхронно они оба сворачивают с трассы, уходя по дуге направо, куда-то в область.