8 дней, 9 ночей (СИ)
Я стыдливо прикрылась ладонью и бессильно уронила голову на руль, ткнувшись лбом в кожаную оплетку.
Позорная мысль о том, что я могла описаться от страха, улетела сразу. Теперь я поняла, что именно со мной происходило, и это повергло меня в шок.
«Ты потекла от того, что там видела! Ты потекла настолько, что промокли твои тонюсенькие трусики и проклятые бриджи в обтяжку!.. Ну и кто ты после этого?! Извращенка конченая!»
Кажется, крыша съехала окончательно. Я готова была расплакаться, то ли от своего глупого страха и позорного поведения, то ли от смеха над самой собой, то ли еще от какого-то, неясного чувства.
Брелок так и остался валяться под сиденьем, но он особо и не нужен сейчас. Свободной рукой я нащупываю кнопку запуска двигателя. Машина мягко вздрагивает, тихий гул мотора растворяет тишину салона. Так же на ощупь я отыскиваю на центральной панели блок управления кондиционером и включаю его на полную мощность. Хоть уже и далеко не так жарко, но мне хочется вообще улечься в ванну со льдом! Я горю всем телом… И теперь мне ясно из-за чего.
Салон постепенно превращается в морозильник, попутно охлаждая мое раскаленное, обезумевшее тело и, отчасти, мои безумные мысли. Постепенно сердце немного умерило свой ритм, я смогла, наконец, ровно и глубоко дышать.
Чувствуя, что начала уже замерзать, я отключила кондиционер и, выровнявшись на сиденье, все еще чуть дрожащими руками пристегнула ремень безопасности. Затем я положила руки на руль и пару минут сосредоточенно глядела на них, стараясь прийти в себя.
«Успокойся!.. Держись и дыши ровно! Сейчас главное доехать до дома, а там хоть падай в обморок, хоть что угодно!..»
Я включила передачу, и машина мягко устремилась вперед. Я повернула направо, в ближайшую арку длинного здания и дворами начала выбираться в свой район.
Сконцентрировавшись на управлении автомобилем, я почувствовала, что мне стало несколько легче, и заставила себя отключиться от всех мыслей. Словно на автопилоте я так и доехала почти до своего дома, как вдруг зазвонил телефон. Сообразив, что не взяла с собой беспроводную гарнитуру, я, не отрываясь от дороги, ответила на звонок.
- Ты где пропадаешь, Ксюш? – слышу я в динамике папин голос. – Не заснула случайно по пути?
- Нет, все в порядке. Через минуту паркуюсь у дома!
- Хорошо, тогда мы будем сразу спускаться. Мы уже давно собрались…
О, слава богу! Как удачно!
Я выруливаю, наконец, к самому дому и останавливаюсь поближе к нашему подъезду. Не выключая двигатель, выхожу их машины и открываю багажник, чтобы забрать один из пакетов, в который сложила то, что купила домой.
Из дверей подъезда появилась мама, почти налегке, а за ней и папа с парой больших сумок в обеих руках. Они направились ко мне, и я открыла для папы заднюю дверь. Он поставил сумки на заднее пассажирское сиденье, забрал у мамы еще какие-то вещи и отправил туда же в салон.
- Ты выглядишь утомленной, солнышко, – мама обнимает меня и целует в щеку. – Сегодня снова собираешься кататься?
- Угу… – киваю я с виноватой улыбкой.
- Ох, Ксюшка, Ксюшка! Поспи хоть пару часов перед этим!
- Ага… Наверное, так и сделаю, – рассеянно ответила я. – В сон и правда клонит.
У самой сна ни в одном глазу, но я для пущей верности поднесла ладошку к губам, делая вид, что зеваю.
- Ну тогда мы поедем! – говорит папа, открывая водительскую дверь. – Много машин, да?
- До кольцевой придется ползти, – отвечаю я. – Минут двадцать, может чуть больше.
- Ну ничего, значит рассасывается! – он потрепал меня по плечу, забрался в машину и подал мне мой телефон и портмоне. – А ты – марш спать!
Я послушно кивнула. Все-таки я плохая, очень плохая девчонка! Лгать нехорошо!
Мама тоже уселась в машину, и они наконец выезжают из двора на улицу. Помахав им вслед, я насколько могла стремительно направилась к дому со своим пакетом, хотя что в нем лежало, я уже как-то и позабыла.
Проклиная лифт за неторопливость, я в конце концов попадаю в квартиру. Здесь было прохладно – кондиционеры, наверное, работали весь вечер.
Заперев за собой дверь, я полностью ощутила себя в безопасности и недосягаемости. В тишине опустевшей квартиры меня накрыло уже совсем нереально!
Я разжимаю пальцы – пакет с покупками падает на пол, яблоки, апельсины и что-то еще принимаются кататься по прихожей. В эту же кучу из моих рук выпадают портмоне и телефон. Я прислонилась спиной к стене и закрыла глаза.
Одна! Наконец-то я осталась одна! Теперь уже хоть срывайся на стоны, хоть рви на себе одежду – все равно…
Все эмоции и дикое возбуждение, которые усилием воли я задавила в себе по дороге домой, прорвались наружу с новой силой. Кажется, я схожу с ума!
Проклятая пятница! Ну почему?! Почему нужно сначала гонять и только потом проводить вместе остаток ночи?! Ну почему всегда так?! Вот сейчас… Сейчас, когда так сладко было бы вдвоем! Сейчас я готова просто на все! Даже взлететь без разбега!
О, это невыносимо!
Я отрываюсь от стены и, сбросив обувь, решительно направляюсь в ванную. Голова чуть покруживается, все внутри вибрирует от сильного, неконтролируемого возбуждения. Животик сводит судорогой, по спине, рукам, бедрам бегают не мурашки, а, наверное, какие-то маленькие молнии! Я сама уже ощущаю себя шаровой молнией – моим зарядом энергии, вероятно, можно поразить насмерть!
Звуки вокруг будто приглушились. Я не слышала своих шагов, бесшумно открывала дверь в ванную и даже не различила даже шороха нейлоновой шторки. Лишь открыв смеситель и прямо в одежде став под упругие струи воды, устремившиеся из рассеивателя, я различила шелест и плеск. И учащенный ритм своего сердца.
Моей груди становится тесно под намокшей тканью, и я с трудом стаскиваю с себя топик. С влажным хлюпаньем он упал к моим ногам. Не медля ни секунды, я стягиваю бриджи вниз, чуть ниже колен и нетерпеливо высвобождаю из них ноги. Тоненькие трусики сопротивляться были вовсе не намерены и быстро дополнили кучку шмоток на дне ванны.
О, наконец-то свобода!.. Я закрываю глаза…
Вода теплая, даже почти горячая, но почему-то именно так мне сейчас и хочется. Потоки этой воды приятно ласкают мое лицо, плечи, грудь. Тонкие стремительные струйки дразнят и без того набухшие соски… И я больше не способна себя контролировать.
Скользким движением я опускаю дрожащую руку вниз, кладу ладонь между ног и, закусывая губу, чуть погружаю средний пальчик в норку, одновременно надавливая на клитор… Все, я поплыла! Меня здесь больше нет, прощайте!
Для меня останавливается время, шум воды становится неясным. Я сейчас способна различать лишь свое сладостное упоение. Будоражащее напряжение гуляет по моему телу, я будто чувствую бешеную скорость движения крови по жилам. Моя набухшая вишенка заставляет меня быть смелее, и я учащаю ласки…
Я отключаюсь от всего, как всегда во время настоящего секса. Нет никаких связных мыслей, сознание затуманивается, я больше ничего не хочу, только это! Погрузиться, раствориться в наслаждении… Мое расплавленное в раскаленную магму воображение дерзко подбрасывает мне образ меня же самой, надежно, красиво и соблазнительно плененной прочной красной веревкой, причудливо, но симметрично и расчетливо опутывающей мое сгорающее от желания тело!
Меня ударяет мощной волной, и я теряю равновесие… Мокрой спиной я прислонилась к гладкой стене, дрожащими руками пытаясь нащупать хоть что-то, за что можно ухватиться! Ноги совсем не держали меня. В сладостных судорогах, ничего не видя и не слыша, я медленно сползла вниз, пока мое расслабленное и обмякшее тело не затихло под горячим водопадом…
Не знаю, сколько прошло времени. Мое сердце постепенно успокоилось, дыхание стало ровным и глубоким. Приподняв голову и открыв глаза, я обнаружила себя в ванной, в позе эмбриона, среди своих мокрых шмоток. Душевая лейка продолжала упорно выбрасывать потоки воды, все помещение ванной комнаты заполнилось паром и влагой. Я убрала с лица мокрые, слипшиеся волосы и в недоумении осмотрелась, прислушиваясь к своим ощущениям.