Непобедимый 4. На излом (СИ)

— Ну конечно, как же я сразу не догадался, — нахмурился я. Хотя на самом деле уже давно понял, откуда идет дым. — Я вроде как уже помог ему. Не далее как сегодня. У меня что, других дел нет? Я же сказал, что буду помогать по мере возможности. А на этот месяц лимит вышел, извините.
— В том-то и дело, Витя! — сказала Аня, продолжая держать свою ладонь над моей. — Без тебя никак. Сава сам не справится. Нужна сила, одного ума мало. Милиция, конечно же, пока что не привлечена. Только потом, позже.
К нашему столику подошел официант с подносом, уставленным изысканными яствами. Салат у Ани оказался сплошным буйством зелени и овощей, а цыпленок так и лоснился золотистой корочкой. Моя солянка исходила ароматным парком, а на тарелке красовалась сочная отбивная с румяной картошкой. М-м-м, пальчики оближешь!
Мы принялись за еду, продолжая неспешную беседу. Аня расписывала мне все обстоятельства дела. Они напали на след очень крупной банды валютчиков и цеховиков. Есть шанс зацапать их всех. Но сам Сава не справится.
Я хмурился, прикидывая риски и выгоды. Конечно, почет и уважение — это хорошо. Опять же, в случае успеха — наверняка еще повышение, награды от МВД, может еще одну медаль дадут. Но с другой стороны — постоянный стресс, бессонные ночи, да и кости можно запросто сложить в таких игрищах. Не говоря уже о том, что я потеряю время для тренировок.
— Не знаю, Ань. Больно муторное это дело, — протянул я, ковыряя вилкой безупречно приготовленный бефстроганов. — Оно мне надо? Меня и на ковре неплохо кормят.
— Эх ты, Витека! — покачала головой Аня. — Я думала, в тебе есть огонь, жажда подвига! А ты, оказывается, рохля и обыватель. Ну да ладно. Не хочешь сотрудничать по-хорошему — дело твое.
С этими словами Аня резко поднялась и, бросив на стол пару купюр, решительно зацокала к выходу, оставив меня наедине с недоеденным обедом и тяжелыми раздумьями. Вот так всегда: только жизнь начала налаживаться — на тебе, новые проблемы. Какие обидчивые нынче девушки пошли.
И что теперь делать? Ладно, сейчас самое главное ужин. Я хорошенько подкрепление, решив отпраздновать свою победу в одиночестве. Потом расплатился и вышел на улицу.
Слегка расстроенный и озадаченный, я бесцельно бродил по вечерней Москве, прокручивая в голове недавний разговор. Ввязываться в преступные схемы не хотелось, но и Аню подводить неловко.
Вконец измучившись, я не заметил, как рядом остановилась машина. Из нее вынырнула знакомая фигура в светлом платье.
— Аня? Ты чего здесь забыла? — опешил я.
— Тебя жду, глупенький! — фыркнула девушка. — Думаешь, я и вправду тебя так просто оставлю? Это я так, для острастки ляпнула. На самом деле, я никуда от тебя не уйду! Даже не надейся.
С этими словами Аня прильнула ко мне всем телом. От нее пахло вином и духами, глаза лихорадочно блестели. Не успел я и слова вымолвить, как она впилась в мои губы страстным поцелуем.
— Идем ко мне, я тебе все объясню, — жарко прошептала она, увлекая меня к машине.
Это оказалось такси. Водитель быстро достал нас до квартиры девушки. По дороге мы молчали. Аня сжимала мою руку. Ее глаза загадочно поблескивали в полумраке.
В полутемной прихожей ее квартиры Аня сбросила туфли и плавно стекла на пол, увлекая меня за собой. Платье соскользнуло с плеч, обнажив упругую грудь. Сердце бешено заколотилось, в глазах потемнело от желания.
— Ань, погоди… Я же не могу… А как же?.. — попытался воззвать я к остаткам разума, но руки уже сами шарили по бархатистой коже.
— К черту все! Сейчас есть только ты и я, — прерывисто выдохнула Аня, лихорадочно расстегивая мою рубашку. — Я твой приз за победу, чемпион.
…Мы любили друг друга яростно и самозабвенно, будто в последний раз. Аня выгибалась дугой, постанывая сквозь зубы, а я вбивался в нее, как отбойный молоток, теряя остатки самоконтроля. Казалось, само время остановилось, и весь мир сузился до размеров тесной комнатушки.
После, лежа на разоренной постели и лениво потягивая сигареты, Аня принялась посвящать меня в детали предстоящей операции. Оказывается, главарь банды валютчиков и мошенников, вышел на знакомого Савы с предложением контрабанды крупной суммы долларов и антиквариата.
 
Сава должен втереться в доверие к бандитам и выведать их планы. А мне отводилась роль «мускулов». Охранять главного свидетеля, бухгалтера банды, согласившегося сотрудничать со следствием.
— Ну так что, чемпион, ты в деле? — промурлыкала Аня, игриво покусывая мочку моего уха.
Что я мог ответить? Разомлевший от ласк, одурманенный близостью желанного тела, я готов сражаться хоть с самим чертом.
— А то! Не впервой мне шкуру Савы спасать, авось и в этот раз помогу, — улыбнулся я, бодро хлопнув себя по бедру.
Аня просияла и вновь потянулась к моим губам…
…Когда страсть утихла, мы лежали обнявшись. Аня посапывала, уткнувшись мне в плечо, а в моей голове роились мысли.
Итак, подведем итоги, Виктор Волков, мысленно обратился я к своему отражению в зеркале. Вместо того, чтобы праздновать чемпионство в кругу семьи и строить планы на будущее, ты вляпался в дурацкие криминальные игрища и затащил в постель девицу, которую знаешь без году неделя. Браво, ничего не скажешь! Не зря тебя считают восходящей звездой отечественного спорта — такой стратегический ум, такая железная сила воли!
Я вздохнул и попытался сосредоточиться на приятном. Как-никак, а медаль на груди приятно оттягивала шею.
Может, и правда бросить все к чертям собачьим? Я и так посвятил жизнь ковру и самбовке? Пока молодой, гибкий, полный сил. Глядишь, возьмут в сборную, будут по заграницам возить, валюту платить. Я уже сейчас дорос до всесоюзной славы. Есть куда идти дальше.
От тяжелых раздумий меня отвлек первый солнечный луч, нахально просочившийся сквозь задернутые шторы. Так-так, уже утро на дворе! А ведь у меня тренировка по расписанию. Чемпион я или погулять вышел?
Стараясь не разбудить безмятежно сопящую Аню, я выскользнул из-под одеяла и начал торопливо одеваться. Мышцы гудели после вчерашних схваток, но это приятная усталость, как после хорошей работы.
Жаль, не успею позавтракать. Придется потом, после тренировки, перехватить в буфете бутерброд и стакан чая. Вот она, нелегкая доля спортсмена! Даже на законный отдых после победы нет времени — гони себя вперед и вперед, только так и выковываются настоящие чемпионы.
На цыпочках я прокрался в прихожую, подхватил спортивную сумку. Уже взявшись за ручку двери, обернулся, окинув взглядом развороченную постель и разметавшиеся на подушке смоляные кудри.
Что же ты делаешь со мной, ведьма? Куда заведут меня эти глаза с поволокой и жаркие поцелуи? Чувствую, с этого дня моя жизнь уже не будет прежней. Аня, между прочим, по сравнению с Олей гораздо более страстная и яркая.
Тряхнув головой, словно отгоняя наваждение, я выскочил за дверь.
Утро встретило меня привычной прохладой и свежестью. Я бежал по знакомому маршруту, вдыхая полной грудью, чувствуя, как просыпается тело, наливаются силой мышцы. Мимо проносились дома, деревья, редкие прохожие, а в голове роились мысли — назойливые, тревожные.
Как ни старался я сосредоточиться на вчерашней победе, на сладком вкусе триумфа, на грандиозных планах, что рисовало воображение — Олимпиада, чемпионат Европы, кубок мира! — а перед глазами стояла она. Аня. Ее точеная фигурка, прильнувшая ко мне ночью, ее лукавый взгляд, обещающий приключения похлеще любого турнира. И голос, нашептывающий на ухо о заговорах, преступниках, подпольных схемах.
Тьфу ты, наваждение какое! Вот ведь угораздило влипнуть в историю на ровном месте. Кто меня за язык тянул, на кой ляд я ввязался в эту авантюру? Был чемпион, гордость района, надежда советского спорта — а теперь? Теперь неизвестно, что ждет впереди.
От досады я сплюнул под ноги и припустил быстрее, словно пытаясь убежать от гнетущих сомнений. А ну их к черту! Взялся за гуж — не говори, что не дюж. Сам выбрал эту стезю, теперь не отвертеться.