Творение. История искусства с самого начала

Мужская фигура народа догонов с поднятыми руками из Мали. XIV–XIX в. Дерево. Высота 20,5 см
В Западной Африке крестьянские поселения народа догонов с конца XV века жили в абсолютной изоляции на высоком плато нагорья Бандиагара — череды высоких скал вдоль берега реки Нигер. Целый пласт догонской культуры и культур соседних племен, представленный в скульптурах и масках животных и людей, является одной из самых богатых и разнообразных культурных сокровищниц Западной Африки. Маски, сделанные из натуральных волокон, украшены раковинами каури, которые часто изображают глаза; другие маски, вырезанные из дерева, представляют различных животных — кроликов, антилоп, крокодилов, гиен — и используются во время погребальных ритуалов, сопровождая и охраняя покойного на его пути из деревни через поля и долины к загробной жизни.
Скульптуры догонов изображают людей в виде стройных, вытянутых фигурок, состоящих из геометрических форм и имеющих мало общего с анатомией, однако обладающих силой. Эти резные фигурки ставились на алтарях и в храмах, использовались в жертвенных ритуалах, им полагалось молиться за своих обладателей, прося милостей у Амы, бога небес, который создает жизнь, проливая на землю дождь [340]. Например, большая деревянная скульптура представляет деревенского старейшину с поднятыми руками — он умоляет Аму послать дождевые тучи, чтобы был хороший урожай проса.
Женская кифвебе (маска) из Демократической Республики Конго. Дерево, краситель. 30,5 × 18,1 × 15,6 см. XIX–XX в.
Скульптуры и маски, которые изготавливались по всей Западной и Центральной Африке в основном народами, говорящими на языке банту, создавались специально для ритуалов, их форма должна была внушать страх и восхищение. После участия в ритуале их порой уничтожали или прятали, а много лет спустя находили. Народ сонге занимает обширный регион на юго-востоке Демократической Республики Конго в Центральной Африке, он славится своими деревянными кифвебе (что на языке сонге означает «маска»), полностью покрытыми тонкими черно-белыми полосами. Эти полосы напоминают полосатую гриву бурчелловой (саванной) зебры. Мужские кифвебе отличаются наличием цветных полос, женские — монохромные и неброские. Как и полоски на бронзовых головах Ифе, эти динамические линии обозначают линии энергии, испускаемой телом. Выпученные глаза способны заглянуть по ту сторону зримого мира, а вытянутые вперед коробочкой губы, похожие на птичий клюв, создают ощущение сосредоточенности, как при речи или пении. Подобно всем маскам, созданным южнее Сахары, они предназначены для практической цели, а не просто для того, чтобы на них смотрели: они оказывают магическое воздействие — нарочито странное, пародийное, даже пугающее, — связанное с моментом превращения [341].
Наивысшей степени абстрактности человеческие образы достигают в скульптурных фигурах народа кота (или бакота), живущего в восточной части Габона и в Демократической Республике Конго. Кота создают необычайно самобытные скульптуры-реликварии: плоские скульптуры, сделанные из листов латуни и меди, обернутых вокруг деревянного каркаса, которые устанавливают на вершину плетеных корзин с реликвиями и костями предков. Как и во многих других традициях почитания реликвий, эти изображения являются способом общения с умершими, а также распространения энергии этих реликвий. Лицо одной из таких скульптур сделано из желтой латуни и розоватой меди, волосы уложены в сложную прическу, а тело обозначено небольшой полоской бронзы с насечками, стоящей на двух ногах, похожих на ножницы.
  
Как показывают артефакты народов сонге, кота и догон (и многих других, населяющих западную и центральную части африканского континента), деревянные скульптуры и маски делались в разных концах территории Западной и Центральной Африки. Идея закрывать лицо маской, вероятно, распространилась во время древней миграции — например, догонов, часть из которых пришли из Дженне в Мали, или сонге, пришедших из империи Луба, на месте которой теперь находится Демократическая Республика Конго. Корни этих народов теряются в глубине веков, однако нам стоит помнить, что они — наследники великих королевских дворов Африки: королевства Конго, королевства Куба и империи Мали, — а также всех мелких монархий, которые правили континентом до прихода работорговцев и колонизаторов, до повсеместного разрушения, причиненного войнами и болезнями.
Скульптура-реликварий народа кота из Габона. XIX–XX в. Дерево, медь, латунь. 73,3 × 39,7 × 7,6 см
Примерно в 1300 году одна из таких древних африканских монархий — народ, говорящий на языке банту, предок народа шона, — выстроил на вершине горы город-крепость Большой Зимбабве, опутанный лабиринтом каменных стен и ставший величайшим памятником субсахарской Африки [342]. Толстые извивы стен, построенных из гранитных блоков без всякого раствора, местами достигают высоты более десяти метров, они постоянно изгибаются, никогда не образуя прямых линий или углов. Нередко стены включают в себя и большие гладкие валуны, подобные тем, что раскиданы вокруг, а их округлости повторяются в формах дверных проемов, башен и лестниц, образуя огороженные пространства без крыши, внутри которых строились жилища из материала, называемого дага, — глины, которой также покрывались стены, чтобы придать им гладкость.
Эти уникальные постройки, не встречающиеся больше нигде в Африке, служили защитой поселению, которое на пике своего расцвета находилось в центре преуспевающей цивилизации Зимбабвийского плато и являлось важнейшим звеном торговли со всем регионом, с процветающими городами восточного побережья, а также товарного обмена со странами по ту сторону Индийского океана. Купцы торговали золотом, которое добывалось и намывалось в реках Матабелеленда, на западе, и переправлялось по морю в Египет, медью из североафриканских государств, а также рогатым скотом. Из-за моря привозились ценные товары: стекло из Сирии, фаянс из Персии, селадон из Китая [343].
В самой крепости также процветали ремесленные мастерские, изготавливавшие одни из самых загадочных предметов, найденных позднее в этом месте: длинношеих птиц, вырезанных из мягкого стеатита, которые были похожи на орлов, но вместо когтей у них были человеческие ноги и пальцы. Скульптуры имели сглаженные и упрощенные формы, благодаря чему они выглядели скорее как символы пернатых существ, чем изображения конкретного вида: эти тяжелые, неподъемные фигуры вполне могли представлять царских предков. Птицы сидели на некоторых из многочисленных гранитных монолитов, установленных вокруг поселения, в небольшом ограждении, похожем на святилище, и, вероятно, участвовали в ритуалах, связанных с правящей династией, с поклонением предкам или с призывами к вмешательству богов [344]. Каменные изображения птиц, сидящих на столбах, изготавливали и в Бенине, и в Древнем Египте, а сочетание человеческих ног и туловища животного напоминает о древнегреческих сфинксах. Зимбабвийские каменные птицы — одни из тех духовных сущностей, которых рисовали и вырезали из камня на протяжении многих тысячелетий.
Внешняя стена Большого Зимбабве (современное состояние)
Массивные гранитные стены и башни, похоже, не служили каким-либо военным целям, скорее они были выражением богатства и стиля правителей Большого Зимбабве. Каковы бы ни были причины разрушения цитадели: то ли упадок торговли, то ли сельского хозяйства, — но начиная приблизительно с 1450-х годов камни этого великого африканского поселения начали превращаться в руины, чтобы впоследствии вернуться из забвения и стать прекрасным символом африканского прошлого.