Творение. История искусства с самого начала
Глава 10. Завоеватели и изобретатели
Если смотреть со стороны имперских владений Византии или ислама, то маленький болотистый островок в западном океане может показаться совсем не тем местом, где можно найти искусство.
И всё же через несколько веков после крушения римского владычества именно там, в Британии, возникло удивительное новое восприятие природы: геометрические узоры, сложные переплетения и анималистические мотивы, искусно выполненные в металле, камне и иллюминированных манускриптах. Кельтские традиции сохранились в Ирландии (которую так и не завоевали римляне), где этот стиль родился и процветал в монастырских мастерских, соединяясь с традиционными стилями германских племен — англов, саксов и ютов, — осевших в западной части острова в конце V века. Эта гремучая смесь стилей была замешена на новых духовных верованиях. Первая христианская миссия, посланная папой Григорием из Рима, прибыла в Британию в 597 году и основала римскую христианскую церковь с центром в Кентербери. Римская христианская традиция обеспечивала связь с византийским миром, а через него — с Западной Азией. Смесь кельтских, англосаксонских, римских и христианских традиций создала неповторимый декоративный стиль, который, в свою очередь, распространился затем по всей континентальной Европе.
Этот новый стиль передавался через увесистые рукописные тома, которые переписывались и расписывались — или иллюминировались — в скрипториях, специальных мастерских при монастырях. В основном это были Евангелия: четыре биографии Иисуса из Назарета, написанные Матфеем, Марком, Лукой и Иоанном. Эти книги имели практическое применение, поскольку использовались при отправлении церковных ритуалов, но также они являлись отражением чудес божественно устроенного мира. Многие из этих богато украшенных книг начинаются с инициала, отмечающего начало текста, в котором первые слова превращаются в зрелищные образы. Инициал одного из Евангелий, созданного на острове Линдисфарн у северо-восточного побережья Англии, превращает начальные буквы книги Иоанна — «IN P» — в маленькую вселенную, природный вихрь, в котором обильно сплетаются растения, животные, вращающиеся трехногие колеса (кельтские трискели) и даже человеческая голова, чей голос мы можем представить по мелодическим линиям, свивающимся вокруг и интонирующим первые слова Евангелия от Иоанна: In principio erat verbum et verbum erat apud Deum («В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог»).
Так называемое Евангелие из Линдисфарна (все четыре Евангелия, переплетенные в единый кодекс {10}) было создано Эдфритом, линдисфарнским епископом. Изготовление, переписывание текста и украшение подобной книги требовали колоссального труда, который мог занять многие годы, поэтому такие большие иллюминированные манускрипты, как Евангелие из Линдисфарна, обычно изготавливались небольшой командой мастеров. Возможно, изолированность острова подвигла Эдфрита на эту работу, а бескрайние виды Северного моря с его постоянно меняющимся светом будили его воображение. Эдфрит был великим изобретателем — иначе и быть не могло, ведь для его рисунков было слишком мало моделей. Работал он на пергаменте заточенным графитовым стержнем — это первое зафиксированное в истории использование того, что спустя столетия станет графитовым карандашом, — а также черными чернилами, изготовленными из солей железа и чернильных орешков (наростов на дубовых листьях, возникающих благодаря насекомым — орехотворкам). Он также использовал множество красителей: свинцовый сурик; индиго; медянково-зеленый, сделанный из меди и уксуса; желтый аурипигмент, сделанный из мышьяка; пурпурный, сделанный из лишайников или морского моллюска — красильной багрянки; белый — из толченых ракушек; и черный — из угля (вероятно, взятого прямо из камина). Эти красящие вещества Эдфрит смешивал с взбитым яичным белком (для лучшего связывания), чтобы краска хорошо распределялась, не растекалась и быстро высыхала [164].
Инициал Евангелия от Иоанна, Евангелие из Линдисфарна. Около 700. Краска, пергамент. 36, 5 × 27,5 см
Монахам, впервые увидевшим столь искусное Евангелие, богато украшенные страницы могли показаться шокирующими: слишком яркими для ежедневного ритуала. Восточные иллюминированные книги, например, Книга Бытия, созданная в V веке в Греции (так называемый «Коттоновский Генезис»), или другая Книга Бытия, изготовленная в Сирии на несколько десятилетий позже («Венский Генезис»), тоже демонстрируют слаженную работу художников и писцов по сочетанию слов и изображений, однако Евангелие Эдфрита, как и другие иллюминированные манускрипты, в том числе «Келлская книга», созданная в Ирландии примерно столетие спустя, в целом являют более сложное и глубокое слияние образов и текста. Если раннехристианские художники на востоке решали проблему крайней скудости образов в Библии тем, что изображали библейский мир по образцу Римской империи, то в Британии и Ирландии художники превращали сами слова в образы, составлявшие часть их сложного мировоззрения.
Застежка кошелька из кургана Саттон-Ху. Начало VII в. до н. э. Золото, гранат, стекло. Высота 8,3 см
Это мировоззрение связывало монастыри с воинами и королями англосаксонских государств. Когда в 620 году умер Редвальд, король Восточной Англии, его тело поместили в деревянную ладью и окружили золотом, инкрустированными гранатом золотыми украшениями и римским серебром, положили каменный скипетр и кольчугу, декорированный щит и огромные витые питейные рога, сделанные из рогов тура, чтобы пить из них эль и мед в большом трапезном зале. Эти погребальные сокровища (найденные в кургане Саттон-Ху) свидетельствуют о могуществе Редвальда, а также о его торговых связях, простиравшихся на всю Европу, до Восточного Средиземноморья и даже до Индии, откуда и везли красный гранатовый камень, из которого мастера изготавливали удивительно замысловатые металлические пряжки и застежки.
На золотой застежке, которая изначально была частью кожаного кошелька, изображено странное, похожее на орла существо, как будто держащее в лапах маленькую птицу: их контуры очерчены упругими, изогнутыми линиями. По обеим сторонам застежки два воина борются со зверями, напоминающими волков. Этот мотив «повелителя зверей» восходит — через скифские изделия из металла — к самым древним печатям Месопотамии. Однако мастерство исполнения застежки превосходит всё, что могли представить себе те далекие древние культуры. Оправы, пряжки, застежки и оружие, изготовленные англосаксами и франками (германским племенем, населявшим территории Рейна на границе Западной Римской империи), были украшены золотой филигранью, перегородчатой эмалью и мозаичным стеклом миллефиори; на них изображались сложные переплетения и нескончаемые узлы, стилизованные животные и люди — и всё это было сделано невероятно искусно, со скрупулезной точностью, так что те, кто носили эти украшения, наверняка считали их прежде всего чудесами технологии, созданными, как и античные геммы, при свете дня, без лупы или очков, и лишь потом восхищались красотой их декора.
В монастырях и королевских дворцах эта красота, однако, воспринималась острее. В воображении англосаксов эти места были не сверкающим раем, а мрачным и страшным миром, пронзенным тоской по лучшим временам. По крайней мере, такая мрачная атмосфера воссоздана в «Беовульфе» — самой длинной из древнеанглийских эпических поэм, написанной примерно в то же время, когда было создано Евангелие из Линдисфарна. История победоносной борьбы Беовульфа с чудовищем Гренделем разворачивается на фоне не менее запутанном, чем узоры в Евангелии или на золотой брошке: это мир теней в отблесках серебра и злата, где страх и жестокость были неразрывно связаны с красотой и орнаментом [165].
