Госпожа Медвежьего угла (СИ)
Валентина еще раз окинула взглядом женщину. К сожалению, точный диагноз поставить не получится, но может быть…
– Тебе не стоит переживать обо мне, – прервал ее размышления мягкий и тихий голос Гвендолины. Сразу после этого Валя ощутила легкое прикосновение холодных пальцев к своей руке. – Моя жизнь все еще хороша, – добавила она, а после посмотрела на мужа. Ее вторая рука оказалась у него в захвате. – Обо мне есть кому заботиться.
– Конечно, – Валентина Ивановна кивнула. – Простите за навязчивый интерес.
Гвендолина вернула взгляд на нее.
– Все в порядке, – произнесла она с улыбкой. – Расскажи лучше, как тебе удалось уйти от этой злой женщины.
– Ее зовут Иглена, – дала знать Валя, подумав, что Гвендолина могла не знать имени тетушки.
– Знаю, – Гвендолина отмахнулась и неодобрительно сжала губы. Судя по виду женщины и ее словам, она была хорошо знакома с нравом тетки. – Менее злой это ее не делает.
– Моя мать оставила мне наследство…
– У Ивонны что-то было? – спросила Гвендолина, перебивая Валентину.
Валя замерла, а затем посмотрела на женщину с большим интересом. Судя по виду Гвендолины, той сейчас должно быть немного за сорок. В принципе, та вполне могла знать мать Валенсии.
– Вы ее знали? – решила она узнать об этом больше.
– Совсем немного, – призналась женщина. – Она была на пару лет старше меня, но в юности мы несколько раз разговаривали.
– И какой она была? – задала Валя еще один вопрос. В памяти Валенсии остались лишь смутные образы.
– Ивонна была мягким и тихим человеком, – ответила Гвендолина. – К сожалению, узнать ее лучше мне не удалось, так как вскоре после своего пятнадцатилетия она уехала в город. Ее родители тогда рассказывали, что ей удалось хорошо устроиться, но где именно она работала, я не знаю. Она вернулась через пять лет. Уже с тобой.
Валентина кивнула. Эту часть она знала. Тетка не забывала напомнить Валенсии, а потом и ей, что Ивонна была лишена морали и дочь свою банально нагуляла. Наверняка с каким-то пьяницей в придорожном трактире, не иначе.
Валентина не знала, где правда, но что-то ей подсказывало, что тетка безбожно лгала.
*****************************************************************
Друзья, думаю, все вы знаете, что эта книга пишется в рамках Литмоба. Так вот, вчера я начала читать книгу Юстины Южной – одного из авторов Литмоба. Почему не начала сразу? Хотела поднакопить, но интерес сделал своё дело, и я не вытерпела. «Наследница замка Ла Фер» – очарование альтернативной Франции XVI века. Будет интересно и тем, кто любит наших попаданок, и тем, кому нравятся истории Дюма, и тем, кто ищет в книгах неспешный быт. Юстина обещает ещё и приключения с любовью. По-моему, идеальный коктейль! Одним словом – советую.
“Наследница замка Ла Фер” https:// shrtSDrk
Глава 16
– Вот и готово, – прервал их разговор голос священника. Все они посмотрели на него. Тот в это время как раз вставал из-за стола. Свернув письмо, он протянул его Гаспару. – Я буду благодарен, если ты передашь это послание настоятелю в Клинраде.
Писарь с готовностью принял письмо, а затем спрятал его в своей сумке.
– Будет доставлено в целости и сохранности, ваше святейшество, – произнес он, а затем, попрощавшись с остальными коротким кивком, быстро покинул дом.
Как только это произошло, кузнец сдвинулся с места. Он подошел к одному из сундуков и поднял крышку, а затем принялся копаться внутри. Вскоре на свет были вытащены мотки холщовой ткани и мешковина, связанная веревками, старый плащ и что-то вроде тонкого покрывала.
После этого Рожер захлопнул крышку и посмотрел на Валентину.
– Положить тебя на кровать не могу, – произнес он. – Незамужней деве не след ложиться на чужое семейное ложе.
Валентина кивнула. Она все понимала, да и не собиралась отбирать у хозяев кровать.
– Для нее нужно отгородить место, – напомнил священник кузнецу.
Рожер явно был согласен. Он оглядел стены и потолок, а затем, оставив вещи, вышел из дома. Вскоре он вернулся. В его руках была неструганая палка. Она оказалась достаточно длинной, чтобы упираться концами в пол и потолок.
Примерившись, кузнец поставил ее в выбранном месте и слегка надавил, чтобы палка стояла крепко. Затем он взял веревку и принялся натягивать ее между жердью и стенами. Для того, чтобы веревка не скользила по гладкой коре, кузнец в нужном месте сделал глубокую зарубку. После этого Рожер закинул на натянутые веревки холщовую ткань, которая весьма успешно отделяла небольшой закуток от остальной комнаты.
– Отлично, – похвалил его священник.
Валентина отодвинула ткань в сторону и заглянула в пустое пространство. Отгороженного места действительно хватало, чтобы установить спальное место.
– А теперь кровать, – прогудел кузнец.
– Мне будет достаточно чего-то простого, – торопливо заверила Валентина Ивановна, не желая еще сильнее напрягать человека, который решил впустить их к себе домой.
И пусть ей совсем не хотелось спать на полу, но ее новое тело сейчас было молодым и крепким, поэтому должно было выдержать несколько ночей без каких-либо удобств. А там она что-нибудь придумает.
Кузнец не стал ничего говорить. Просто снова вышел из дома. Когда он вернулся, в его руках был большой дырявый мешок, набитый соломой. Бросив его под ноги Валентине, он передал ей кусок мешковины и снова зарылся в одном из сундуков.
– Вот, – сказал он спустя время, передавая ей коричневый кожаный сверток.
Когда Валя развернула его, то смогла увидеть несколько весьма толстых игл и моток грязно-коричневых ниток.
Он предлагал ей самостоятельно сшить себе матрас и набить его соломой? Валентина никогда не делала ничего подобного, но шить, как руками, так и на машинках (ручных, ножных, электрических), она умела. Да и у Валенсии имелся обширный опыт в этой области. Все-таки девушке пришлось двенадцать лет обихаживать всю семью. Она шила и чинила одежду и постельные принадлежности, такие как матрасы, подушки, одеяла и простыни.
– Спасибо, – Валентина улыбнулась кузнецу и посмотрела на священника. – Я могу сделать и для вас, ваше святейшество, – но затем Валя вспомнила, что материала может и не хватать на второй комплект, поэтому вернула взгляд Рожеру.
Тот ничего на это не сказал, просто всучил ей еще немного мешковины.
– Соломы больше нет. Придется надергать травы, – предупредил он Алберика.
– Благодарю за вашу щедрость, – произнес священник и направился к выходу. – Я займусь набивкой.
Кузнец явно хотел последовать за уходящим мужчиной, но перед этим он взглянул на жену. Та слабо ему улыбнулась.
– Иди, дорогой, – произнесла она. – Мы с Валесей займемся своими делами. Со мной все будет хорошо.
Валентина видела, как плечи Рожера слегка расслабились. После этого он отрывисто кивнул и тоже вышел из дома. Как только они с Гвендолиной остались вдвоем, Валя взяла куски мешковины и швейные иглы, а затем устроилась на стуле рядом с кроватью.
Некоторое время она работала в тишине, пока слабый голос Гвендолины не отвлек ее от своего занятия.
– Его святейшество – добрый человек, – произнесла жена кузнеца.
Валентина подняла взгляд от места, где она накладывала один стежок за другим, и кивнула согласно.
– Да, без его помощи, боюсь, все было бы иначе, – призналась Валентина Ивановна.
По крайней мере, выбраться из дома тетки было бы сложнее. Вероятнее всего, Валентине банально пришлось бы сбежать в город. В деревне, без тени официальных властей позади нее, она вряд ли смогла бы спокойно жить. Даже сейчас угроза Иглены все еще существовала. Тетушка была слишком злобной и горделивой, чтобы так просто отпустить такую удобную служанку. А уж когда тетка снова попробует тяжесть забот о семье, то крику будет до небес.
Конечно, поначалу она явно попробует взвалить все на дочерей, но те слишком изнежены бездельем. В конце концов, с детства им не приходилось работать ни дня.