Инъекция безумия (СИ)

Она резко отпустила его руку, словно прикоснулась к раскалённому металлу. Я же впилась в неё взглядом, пытаясь пробить дыру в этом безупречном фасаде, разгадать её мотивы. Затем она встала и, даже не поздоровавшись, направилась к стойке с препаратами, словно я была пустым местом. Я мгновенно кинулась к Элаю, не в силах больше ждать.
— Элай… — имя сорвалось с моих губ само собой, как кровь из глубокой раны. Слёзы хлынули вопреки моей воле, размывая тушь и застилая всё вокруг пеленой.
  
Я схватила его ладонь — всё ещё теплую от чужого прикосновения, и сжала её сильнее, пытаясь заместить чужое тепло своим.
— Ты… в порядке? — голос сорвался на полуслове, выдавая тревогу, которую я тщетно пыталась скрыть.
Лицо Элая было бледным, с синеватым оттенком под глазами, но, несмотря на это, он выглядел немного лучше, чем в нашу последнюю встречу.
— Я в порядке. А ты как? Как себя чувствуешь? — спросил он, внимательно разглядывая моё лицо, словно пытаясь найти ответ на свои вопросы.
Только спустя мгновение я осознала, что на мне то самое нарядное платье, в котором я недавно ужинала с Леоном, мои губы накрашены яркой алой помадой. Элай протянул слабую руку к моему лицу и вытер слёзы, которые продолжали литься и продолжил:
— Всё нормально. Не плачь, испортишь свой прекрасный макияж, — в его словах чувствовалась какая-то отстраненность, холод.
— Это не то, что ты думаешь! — воскликнула я, чувствуя, как внутри нарастает паника. Я боялась, что он неправильно поймет всю ситуацию.
После этих слов его рука опустилась ниже, к моим губам, и небрежно размазала алую помаду по щекам. Я широко раскрыла глаза от удивления, не понимая, что он делает. Внезапно его глаза загорелись зловещим красным огнём.
— Значит, пока я был в отключке, ты стала куколкой Леона? — грубо произнес он, в его голосе звучала ярость и обида.
Я не могла поверить своим ушам… Неужели он действительно так обо мне думал?
— Что ты такое говоришь? Мне приказали одеться так и спуститься на ужин, и всё! Это было условие, чтобы он позволил мне тебя увидеть!
— И ты послушно всё выполнила, да? – в его голосе звучала неприкрытая насмешка.
Передо мной был совершенно другой Элай, не тот, кого я знала прежде. Слёзы, которые сначала лились от счастья, что он жив, теперь стали результатом ярости, которую я не могла контролировать.
— Элай, ты не имеешь права сейчас меня оскорблять! Ты хоть знаешь, как я переживала за тебя? Я молилась каждую минуту, чтобы ты скорее очнулся. Всё, что я делаю, только ради твоего спасения! Неужели ты этого не понимаешь?!
Я уже начала опускать голову, чувствуя, как силы покидают меня, когда вдруг Элай резко вздёрнул мой подбородок и почти прошипел сквозь зубы:
— Тогда поклянись мне, что он тебя даже не трогал! Поклянись, что между вами ничего не было!
Я всхлипнула, чувствуя, как предательские слезы снова начинают течь по щекам.
— Ничего не было. Это был просто ужин, — произнесла я, положив дрожащую руку на его щеку и медленно поглаживая ее, чтобы успокоить и дать понять, что его переживания безосновательны.
Он смотрел в мои глаза, словно пытаясь загипнотизировать, проникая в самую душу своими полыхающими красными глазами, которые со временем начали возвращаться в обычное состояние.
— Хорошо, — громко выдохнул он, словно избавляясь от тяжелого груза, и откинулся на спину, закрыв глаза.
Я решила, что сейчас самое время выяснить, кто эта таинственная девушка, которая была рядом с ним.
— Элай, — голос дрогнул, выдавая внутреннюю дрожь, — та девушка в белом… Ты её знаешь? Кто она такая?
Он замер, будто в него вонзили невидимый клинок. Веки нервно дёрнулись, когда его взгляд скользнул к стеллажам с медикаментами — туда, где застыла её тень. Пауза наполнилась назойливым гудением ламп, словно улей разъярённых пчел поселился под потолком.
— Ли Сиян, — выдохнул он наконец, сжимая край койки до побеления костяшек пальцев. — Бывшая… Она работает на Леона.
— Что?! — воздух вырвался из лёгких, словно после болезненного удара в солнечное сплетение. — Это она… Она сделала тебя таким?
— Нет, — бросил он слишком поспешно, сжимая повязку на плече. Его губы искривились в гримасе, отрицающей очевидное. — Лучше расскажи мне, что произошло, когда мы прибыли сюда.
— Я заключила сделку с Леоном: ты поможешь ему с одним делом, а я буду работать на него, пока ты выполняешь задание. Взамен он избавит тебя от действия вакцины и отпустит нас.
Элай снова замолчал. Его взгляд, усталый и полный тревоги, упёрся в потолок. Я придвинулась ближе, почти касаясь губами его уха:
— На самом деле, мне совершенно не важны условия этой глупой сделки. Я просто хотела, чтобы тебя подлечили, а потом… мы сбежали отсюда. После найдём тех, кто сможет помочь тебе с твоим состоянием и вылечит тебя.
Элай резко схватил меня за плечи и оттолкнул в сторону. Его пальцы впились в кожу почти болезненно, но в глазах была не злость, а что-то другое.
— Никаких побегов, Лэйн. Я выполню условия Леона.
Я замерла, изучая его лицо. Его взгляд упорно избегал моих глаз, скользя куда-то за мою спину — туда, где стояла Сиян. В углу рта дрогнула мышца, будто он стискивал зубы, чтобы не сказать лишнего.
Моё терпение лопнуло, словно перетянутая струна. Голос сорвался на крик:
— Ты что, веришь, что он нас отпустит? — вскочила я, не сдерживая эмоций. — Мы можем здесь погибнуть! Ты хоть понимаешь, в какой мы западне?!
Он наконец посмотрел на меня. Глаза — стеклянные, пустые. Как у человека, который уже принял решение.
— Ты ничего не понимаешь! — его голос сорвался в хрип, словно ему не хватало воздуха. Ладонь, всё ещё сжимающая моё плечо, дрожала. — Я опасен! Для тебя... для всех...
Тут я заметила, как его зрачки сузились, когда за моей спиной раздался лёгкий звон пробирки — Сиян готовила очередной препарат. Как его дыхание участилось, когда её тень мелькнула в поле зрения. И главное — как он тут же подавил эту реакцию, стиснув челюсти. Обрывки фраз, мимолетные взгляды, недосказанные намеки — всё это вдруг сложилось в одну, пугающую картину.
— Это из-за неё? — прошептала я. Голос звучал чужим, будто кто-то другой говорил моими устами. — Из-за Сиян ты хочешь остаться здесь?
Вопрос сорвался с губ против моей воли, обнажая страх и отчаяние. Я вглядывалась в лицо Элая, ища хоть малейшее опровержение, искру надежды.
— Сиян, — наконец выдавил он, отпуская моё плечо. Рука его опустилась бессильно, будто он признавал поражение. — Мы... были вместе. До того, как я стал тем, кто я есть.
Удар. Тихий, но оттого не менее болезненный.
— И сейчас она для тебя всё ещё... — я не договорила. Не нужно.
Его молчание было красноречивее любых слов.
Именно в этот момент, в тишине, давящей на барабанные перепонки, мне стало всё ясно. Его упорное нежелание бежать. Странная покорность Леону.
Он не просто оставался здесь из-за сделки. Он оставался радинеё.
Не в силах больше выносить эту муку, я начала собираться к выходу. Элай с яростью сорвал с себя капельницы. Пластиковые трубки с треском оторвались от кожи, иглы взметнулись в воздух, оставляя на бледной коже багровые росчерки.
Сиян бросилась к нему, как коршун к добыче, перехватывая движение. С ловкостью и силой, удивительными для её хрупкой фигуры, она пригвоздила его ладонью к койке, не давая вырваться.
— Что ты делаешь? Остановись! — закричала она.
Обернувшись на пороге, я собрала остатки самообладания, пытаясь сохранить хотя бы видимость спокойствия и сказала:
— Знаешь, Элай, я не боюсь тебя, даже несмотря на твоё состояние… Я боюсь… потерять тебя.
  
— Лэйн, стой! — его голос, полный отчаяния и мольбы, сорвался на крик, но был заглушен грохотом захлопывающейся двери.
У меня больше не было сил продолжать этот разговор. Я чувствовала себя опустошенной, разбитой на тысячи осколков.
Охранник, не ожидавший моего резкого выхода, удивлённо уставился на меня. Я шла вперёд быстрым шагом, так что он не успевал за мной. Слёзы жгли лицо, и я не могла их остановить. Сердце колотилось слишком сильно, с каждым ударом всё больнее.