Измени меня! Академия Стихий
Совсем уж отмахиваться от помощи старшекурсника в борьбе с драконом не стала – кто знает, какие ещё ловушки придумает Айдахар, а я, хоть и обнаружила в себе магию, но тягаться с парнями в заклинаниях не могла.
На плечо легла тяжёлая ладонь. Я бросила быстрый взгляд на тонкие аристократические пальцы, едва заметно сжавшие ткань моего форменного пиджака в знак молчаливой поддержки. Ого, такого за Зейданом раньше не водилось. Он будто в один миг перевёл наше общение на новый уровень.
С простых знакомых и этаких приятелей, где один был словно покровитель, а другой – желторотый птенчик, до чего-то более близкого.
И это тоже не укрылось от внимательного дракона. Пока я пребывала в прострации, Айдахар пересёк разделяющее нас пространство и остановился возле нашего столика. Скользнув по моей фигуре равнодушным взглядом, он зацепился за руку вампира на моём плече и посмотрел Зейдану в глаза.
– Развлекаешься?
– Не скучаю, – послышался ехидный ответ вампира.
– На пару слов.
Приглашающий жест и многозначительный взгляд. Ух, а при нас почему не поговорить? Мне, может, тоже интересно, что он собирался сказать моему приятелю.
– Не дрожи, малявка, я всё решу, – демонстративно склонившись к моему уху, проговорил вампир, обдав нежную кожу щекочущим дыханием. А потом разогнулся и совсем другим тоном добавил, обращаясь к дракону: – Ну пойдём. На пару слов.
Как ни хотелось подслушать, о чём будут говорить старшекурсники, а возможности провернуть это дело незаметно у меня не было. Или…
– Касс!
Чпоньк.
– Чего звала? Я вообще-то занят, – недовольное ворчливое сопение было мне ответом.
– Неблагодарная шерстяная… – Я запнулась, поймав осуждающий взгляд Блум. Она очень сочувствовала наглому коту и всячески его защищала от меня же. Даже после того как Касс стащил её заколку, лишь улыбнулась ему и потрепала меж ушей, когда я вернула пропажу. – Ты мне должен.
– Ну, допустим, я соглашусь, – протянул кот. – Чего хотела?
– Узнай, о чём шепчутся наши голубки. – Я указала кивком в сторону отошедших к дальнему окну старшекурсников.
– О, слежка! – протянул Касс и довольно улыбнулся. – Это я люблю! Это я уважаю!
Чпоньк!
Я с любопытством проследила за парнями, пытаясь разгадать если не слова, то хотя бы настроение обоих. Но, к стыду своему, не смогла справиться с этой задачей. Чтец по губам и физиогномист из меня вышел паршивенький. Бросив эту затею, я отнесла вчерашнюю и сегодняшнюю посуду в специальное окошко приёма.
Закончив с этим, отправилась на поиски нужной аудитории. Времени до звонка было прилично, но я всегда предпочитала прийти заранее, нежели скакать по ступеням под громкие переливы. Тем более в академии, где до сих пор путалась в расположении аудиторий.
К счастью, первая лекция была теоретической, а потому найти учебную комнату было легко: классы для теории располагались на первом этаже.
* * *Свет пробивался сквозь высокие окна класса, играя радужными солнечными зайчиками на поверхности ученических парт. Я старательно конспектировала за профессором Сильваной Эверглейд новую информацию. Сегодняшняя тема значительно оживила скучающих первокурсников.
На небольшом постаменте возле учительского стола стоял серебристый кубок. Он напомнил мне футбольные трофеи из моего мира – такой же пузатенький, с «ушками» из двух ручек, чем-то по форме схожий с древнегреческими амфорами. Только выполнен из металла, и явно не простого. В нём так и чувствовались скрытая мощь и магическая сила.
– Кто скажет мне, что это за артефакт?
Профессор улыбалась мягко, и от неё в целом исходила спокойная аура мудрого преподавателя. Мне нравились уроки истории магии. В отличие от местных, для меня это было не заурядное скучное повествование в духе «что такое воздух», а настоящая сказка. Но сегодняшняя тема, точнее, предмет лекции, взбудоражила даже самых скептических и ленивых студентов.
– Да, студент Фодре, я вас слушаю.
– Это Кубок Вечности! – с благоговейным придыханием сообщил мой однокурсник, высокий стройный брюнет с чёлкой, которая то и дело падала на глаза, заставляя парня постоянно сдувать непослушные волосы.
– Он настоящий?
– Тот самый?
– Это не иллюзия?
По аудитории пронёсся разноголосый шепоток восхищения. Лишь я одна не понимала всеобщего восторга. Кубок, конечно, выглядел великолепно – как в прошлой жизни фанат футбола, я знала, какими желанными могли быть трофейные кубки, – но тут явно крылось что-то ещё. И это что-то ещё я услышала уже через несколько минут.
– Отлично, садитесь, студент Фодре. Уверена, многие из вас и без академии знают легендарную историю этого артефакта, но всё же вынуждена повторить основы основ, ибо вопрос по кубку будет в итоговом экзамене. А ещё потому…
– А он точно настоящий? – всё же не выдержали на задних партах. Брови профессора сошлись на переносице, показывая раздражение педагога ученической несдержанностью.
– Кубок настоящий, но не тот самый, – неохотно ответила профессор и поморщилась. – Как некоторым из вас известно, совсем скоро начнётся отбор в международные межакадемические соревнования имени Пяти Чародеев, который проводится раз в пять лет. Всем академиям были разосланы кубки отбора – точные копии Кубка Вечности, несущие в себе часть магической силы главного артефакта.
По аудитории пронёсся вздох разочарования и сожаления.
– Не спешите расстраиваться, – приободрила нас преподаватель. – Поверьте, даже малая крупица силы истинного кубка способна на многое. Но мы отошли от темы. Откройте ваши тетради и запишите: «История создания Кубка Вечности».
Интерес сокурсников к лекции заметно поубавился после того, как профессор признала, что артефакт не подлинный, но всё равно все послушно достали принадлежности, готовые записывать за преподавателем информацию.
– В далёкие времена, когда мир был не таким, как сейчас, его населяли могущественные чародеи. Древние маги, чья сила была столь велика, что можно назвать их богами. Они даже магами в привычном понимании не были, скорее воплощением самой чистой волшебной силы, энергии. И, как водится, подобное могущество не могло оставаться нерушимым. Среди древних возник разлад, который в легендах принято называть Великим расколом. Чародеи разделились на два лагеря. Одни верили в созидательную силу магии, видели её задачу в сохранении гармонии, баланса и мира. И назвались они хранителями времени. Другие же пошли по пути абсолютной власти. Для них магия была лишь инструментом, позволяющим поработить несогласных и достичь абсолютного бессмертия. И так родились пожиратели вечности. Да, студент… Торстен Дракенфаль? Вы хотели что-то спросить?
– Профессор Эверглейд, но ведь маги и так живут долго, а уж те древние явно имели продолжительность жизни поболе. Неужели им этого было мало?
– Вернитесь в прошлое, студент Торстен, и поинтересуйтесь у них лично, – улыбнулась преподаватель. – А нам известны лишь последствия поступков древних чародеев, но не их мотивы.
Аудитория зашлась тихим смехом, который моментально сошёл на нет, стоило профессору продолжить лекцию.
– Между пожирателями вечности и хранителями времени разразилась война, и война та была страшнее всех, что последовали за нею веками после. Магия, которую использовали древние, была столь велика по силе своей, что начала разрушать саму ткань реальности. Да, студент Фодре?
– Как же они остановились? И не уничтожили всё живое?
– А об этом я собиралась рассказать до того, как вы меня перебили, – ответила преподаватель и улыбнулась. – Чтобы остановить войну и предотвратить уничтожение всего мира, последние из хранителей времени решили создать артефакт, который смог бы объединить в себе силы обеих сторон и восстановить баланс. Для создания этого артефакта они собрали уникальные элементы: песок из реки времени, что течёт меж мирами, как символ незыблемости бытия и постоянства; слёзы пожирателей вечности, в которых сконцентрировалась их жажда власти, как символ раздора, коварства и соблазна; сердце звезды, упавшей с небес, как символ вечности и чистоты. Да, студент?.. – устало спросила преподаватель, в очередной раз прервав повествование из-за поднятой вверх руки ученика.
