Ultima Ratio (СИ)
Когда авангард скрылся из глаз, границу пересекли основные силы бригады. Шоссе было довольно сносным и маршевая скорость колонны вскоре превысила тридцать километров в час, и механики-водители пока держали темп, как на танках, так и на полугусеничных бронемашинах и четырехосных грузовиках «Татра» с блиндированными кабинами.
— «Дубрава…» «Дубрава…» раздался вопль в наушниках радиостанции и голос тут же пропал в вихре помех.
Впереди, за холмами, раздался треск, словно великан рвал огромный кусок ткани и поднялся к небу дымный столб. Тут же залаяли крупнокалиберные пулеметы и гулко, ударили четырехдюймовки. Их насыщенный, сочный выстрел ни с чем не перепутаешь.
— Развернуть боевой порядок! Рявкнул Громов. Направление движения Радивилов
Развернувшись в боевой порядок эскадрон, начал быстро подниматься на отлогую гряду холмов за которыми был скрыт городок Радивилов.
«Куда лезем, встретят на обратных скатах и конец» подумал невпопад Громов держась за скобу в болтающемся бронекорпусе командно-штабной машины.
****
Это были немцы. Усиленный танковой ротой, 4 разведывательный батальон, одноименной панцер-дивизии генерала Финка, обогнав бегущие остатки польских войск вышли к границе совершенно неожиданно для себя и для русских. Командование гнало их вперед, а генерал Финк привык выполнять приказы точно и в срок.
Командир авангарда, оберстлейтенант Лангаке, влетел в Радивилов еще сонный и тихий на рассвете не встречая, никакого сопротивления. Отдельный разведывательный батальон панцер- дивизии это мобильное и мощное соединение, состоящее из роты бронеавтомобилей, роты мотоциклистов, механизированной роты на полугусеничных БТР и роты легких танков. Хотя легкими эти двадцати пяти тонные машины с полуавтоматическим 40 мм орудием, потомком знаменитых зениток «Бофорс» — можно считать с большим натягом. Помимо этого батальон Лангаке был усилен батареей зенитных орудий и технической новинкой — четырьмя легкими бронеавтомобилями «Хунд» с установленными блоками противотанковых управляемых снарядов Х-8«Штейнбок». Помимо штатных средств усиления батальон получил танковую роту гауптмана Ридля в качестве «последнего довода».
Клаус Лангаке, несмотря на молодость и отсутствие боевого опыта, был грамотный и хорошо обученный офицер. Взяв Радивилов и установив связь с штабом дивизии, он узнал две новости. Первая — что его батальон взяв невиданный темп и пользуясь трофейным топливом, оторвался от главных сил дивизии почти на полсотни километров. Второе — что русские, наплевав на условности все таки вошли в Польшу. Вернее то, что от неё осталось. Лангаке, хоть и будучи простолюдином из пригорода Дрездена, военное дело знал и любил, особенно налегая на изучение армий противника. Поэтому про грандиозную войну внутри русского военного командования о предназначении танков — он знал. Главный штаб армии — упорно желал видеть танк, средством непосредственной поддержки пехоты. В условиях почти полной механизации армии, каждая пехотная дивизия имела танковый полк, который каждый комдив мог использовать по своему усмотрению. В первом- ударном эшелоне, во втором эшелоне — развития успеха или вообще — в резерве. Теперь каждая дивизия по подвижности и ударной мощи превосходит целую конно-механизированную группу полувековой давности. В противовес этому Генеральный штаб заявлял, что в будущей войне главную роль будут играть маневренные формирования, этакая «стратегическая конница» которая действуя небольшими соединениями типа бригады, будут прорываться на стыках, бить во фланг и тыл громоздким дивизиям и корпусам противника, занимать передовые рубежи, навязывая противнику бой на своих условиях и парализуя работу его штабов и тыла. Немецкая теория «тотальной, молниеносной войны» была во многом схожа с мыслями русского Генштаба, но в то же время считалось, что удар надо наносить соединениями не менее двухсот танков. Сманеврировать можно не всегда и лобовой удар «пантер» или «леопардов» при соответствующей авиационной и артиллерийской поддержке- отбить вообще невозможно. Ни сражаясь во встречном бою, не сидя в укрепрайоне с бетонными дотами и бескрайними минными полями. Хотя русских понять можно. До последнего времени управление войскам и тыловое обеспечение было на самом примитивном уровне. Поэтому формировать панцер-дивизии можно, но как ими эти полуграмотные казаки будут управлять? С помощью нагайки и свистка? Это звучит смешно, но каких то сорок лет назад, у русских в каждом танковом полку, был конный эскадрон для связи между подразделениями. Так что даже и мыслят русские по современному, реализация подобных теорий у них хромает на обе ноги.
Авангард русских, состоящий из полугусеничных разведывательных бронемашин и бронетранспортеров с пехотой выскочил из-за гряды высот словно на параде и Лангаке ухмыльнувшись, поднес микрофон к губам. Но что то, остановило его на секунду. Где их танки?
Наконец он увидел их. Принятые сначала за необычные, колесные бронемашины из-за высокой скорости. Слух уловил едва различимый, нарастающий свист. Что за чертовщина?!
Стоящие за крайними домами «Гончие», с хлопком выпустили управляемые снаряды набирающие скорость и устремившиеся к цели. Следом залаяли «бофорсы» легких танков протыкая трассерами русские бронемашины.
Идущий во главе колонны танк, с длинной антенной, явно командирский, в который влетело сразу два управляемых «козерога» дернулся, заваливаясь в кювет и с оглушительным грохотом взорвался.
Начало боя — явно осталось за германской стороной, передовой отряд русских напоровшись на стену огня, был практически истреблен. Уцелевшие русские начали отступать, отстреливаясь из за горящих бронемашин. Сейчас самое время бросить вперед танковую и мотоциклетную роту и окончательно добить русский авангард. Хотя нет, это всего лишь авангард, скоро должны подойти главные силы..
Да и побитый, но не уничтоженный авангард русских не собирался сдаваться или даже отступать. Несмотря на гибель командирского танка и большинства пехотинцев сгоревших заживо в своих бронетранспортерах, уцелевшие танки вели яростный и точный огонь. Еще более неприятным сюрпризом стало наличие нескольких противотанковых САУ на шасси бронетранспортёров которые скрываясь за дымом и пылью обошли правый фланг и открыли фланкирующий огонь. Обе «гончие» с грохотом взорвались, следом проткнутый насквозь бронебойным запылал «ганомаг».
Лангаке открыл было рот, что бы бросить против назойливых и наглых самоходок резервный танковый взвод. Но потом захлопнул его, потому что один за другим, два «Лухса» взорвались подобно вулкану, во время смены позиций. Судя по повреждениям — калибр у русских был явно под сто миллиметров, если не больше. То и дело, над головой Лангаке с шелестом, от которого волосы вставали дыбом, проносились бронебойные снаряды, выискивая очередную жертву.
— Танки слева, заорал кто то, тыча пальцем в сторону. Едва оберстлейтенант Лангаке повернул голову, как очередной вопль по рации «Нас обошли справа» вывел офицера из равновесия. Впервые в жизни, он почувствовал растерянность и ощутил, что не контролирует обстановку. Бой развивался вне его, Лангаке- железной воли и логики.
****
Головной подвижной дозор, погиб почти полностью, за исключением танковой роты и противотанкового взвода и хотя командир дозора, погиб одним из первых, остатки дозора вступили в бою, не думая отступить. Зная, что помощь рядом и их не бросят.
Громов, пережив короткий, но крайне болезненный для самолюбия приступ паники, когда передовой отряд попал в ловушку сориентировался быстро. Преподаватели Академии Генштаба, были бы довольны.
Разбив бригаду на две боевые группы силой до полка, он приказал обойти и атаковать Радивилов с флангов, а резервную боевую группу, бросил еще дальше вперед, через речку вброд в надежде максимально продвинутся вперед и отрезать прорвавшегося противника от подкреплений. Все по учебнику тактики от 1985 о действиях механизированных войск.
Бой у Радзивилова, закончился разгромом разведбата Фольксарми. Атакованные сразу с трех сторон превосходящими силами, не имеющие противотанковой артиллерии а только управляемые по проводам снаряды Х-8, ненадежные в условиях пыли и задымления, немцы бросили в бой последний козырь — четырнадцать новеньких «Леопардов». Но экипажи с удивлением увидели, как их снаряды оставляя вмятины на броне русских танков, не пробивают её а ответный огонь страшных четырехдюймовок мгновенно превратил атаку в панцерваффе в избиение. Уже через полчаса, как разбитые немцы, бросив технику и раненых бежали через сужающиеся горло огневого мешка, местные пейзане с радостью высыпали на улицу, размахивая невесть откуда запасенными триколорами, крича «Ляхов-на гиляку» и «Фрицев-геть» и параллельно шаря по карманам убитых и стаскивая с них высокие армейские ботинки. Бургомистр местечка, господин Яцык — еще с утра встречавший немцев под трехцветным флагом ГДР с циркулем, теперь стоял на крыльце магистрата в новом пиджаке с заколкой в виде русского двуглавого орла на кармане и лучезарной улыбкой.