ВОЛКИ: Братство порока
Шатенка сошла со ступеней, чтобы освободить им дорогу. Она старалась не встречаться взглядом с Тиль. Кудряшка же наоборот бросилась следом, чтобы сопроводить их.
– Ночью здесь бывает прохладно, – объявила сопровождающая, отперев дверь в спальню на втором этаже, – поэтому пользуйся обогревателем, если появится необходимость.
Она пропустила Тиль вперед, и та замерла, разглядывая помещение. Высокий потолок с округлыми сводами, узкий вытянутый прямоугольник окна с плотными тяжелыми шторами, шкаф, стол, стул, кровать с резной спинкой. Ничего лишнего. Похоже, здесь ничего не слышали о комфорте, но это помещение ей вполне подходило. Она привыкнет.
– Располагайся. – Добавила куратор. – В гардеробе висит твоя форма. На территории кампуса можно ходить в любой одежде, но лекции и консультации мы просим студентов посещать в соответствующем виде.
Тиль сделала шаг и потянула за вычурную ручку высокого шкафа из массива дерева. Внутри висел простой темно-серый жакет, а рядом, очевидно на выбор – галстук и шелковый шарфик, украшенные цветами Варстад: красным, серым и желтым. Рисунок напоминал мозаичный пол, в который изящно был вплетен лого университета.
– Как видишь, не особенно строго. – Улыбнулась женщина. – Но мы ценим опрятность. – Она протянула ей ключи. – Держи. Чтобы узнать расписание, зайди в приложение универа в свой аккаунт, логин и пароль должны были прийти тебе на почту. Также там ты получишь доступ ко всей информации и сможешь связываться с преподавателями, отправлять им свои работы, получать задания и следить за новостями.
Ну, ладно. Тиль была вынуждена признать, что Варстад не такой уж древний, в области технологий он не отставал от остальных учебных заведений страны.
– Спасибо. – Кивнула она.
– Чувствуй себя как дома. – Сказала женщина и поспешила удалиться.
Проводив ее взглядом, Тиль посмотрела на все еще мявшуюся в дверях девушку.
– Я – Малин. – Словно нехотя перешагнув порог, протянула руку она. – Малин Эк, ударение на «и». В имени. Мали-и-ин. – Кудряшка смущенно хихикнула.
– Очень приятно. – Тиль пожала ее руку. – Тиль Хаммар.
– Хаммар? Как у того мужика, который баллотируется на должность губернатора?
– Да. – Кашлянула она. – Ханс Хаммар – мой отец.
– А… О! – На лице Малин застыло удивление. – Ясно.
– Мы переехали во Флодберг из-за его избирательной кампании. Родители арендовали здесь дом, но, собственно говоря, им некогда пока там обживаться: кампания это постоянные разъезды. Папа каждый день встречается с избирателями, посещает мероприятия, выступает, а мама его сопровождает. Дом фактически пустует, да и добираться до университета оттуда далеко, поэтому я решила поселиться здесь.
– Ага. – Малин облизнула губы. – Ага. – Она задумчиво кивала, словно думая о чем-то своем. – Ну, тебе здесь понравится. Наверное. Тут прикольно. – Девушка бросила взгляд в сторону двери и понизила голос. – На этих сучек Клару и Молли не обращай внимания, они просто идиотки, а вот Оливия, ты видела ее на лестнице, она нормальная, просто бесится. Ей нужно привыкнуть к тому, что кто-то занял комнату Агнес – они довольно близко общались. – Малин пожала плечами. – Вообще, если что-то понадобится, смело обращайся ко мне или Оливии, наши комнаты слева и справа от твоей. А еще на этаже есть своя ванная, это очень удобно. Молли с Кларой занимают комнаты внизу…
– Как ты сказала? – Перебила ее Тиль. – Агнес?
– Да… – Замялась Малин. Ее глаза забегали. – Девушка, которая жила здесь до тебя.
– Она закончила обучение? Съехала? – Тиль улыбнулась. – Когда кто-то бесится при виде меня, я обычно стараюсь понять причину.
Девушка побледнела.
– Ох, как бы сказать…
– Так скажи уж.
– Агнес… В общем, она пропала этой зимой, поэтому эта комната и считается прокл…
– Что? Договаривай. – Нахмурилась Тиль.
– Проклятой. – Виновато произнесла новая соседка.
– Что, просто вот так взяла и пропала? Бесследно? – Девушка едва сдержала смешок.
Но, похоже, Малин было не до смеха. Она замотала головой.
– Ничего смешного. Агнес просто исчезла. Растворилась в воздухе. Пропала. Все ее вещи остались на месте, а ее самой и след простыл.
– Но люди не пропадают просто так. – Фыркнула Тиль.
– Ты набожная? – Спросила вдруг Малин, опустив взгляд на ее грудь.
Та проследила за ее взглядом, он был направлен на крест на тонкой золотой цепочке, выскользнувший из-под ее джемпера.
– Вообще-то, не очень. – Девушка поспешила спрятать его обратно под одежду.
– Верующая?
– Не особенно. – Призналась Тиль. – Но родители регулярно посещают воскресные службы. Мать считает, что вера помогла ей победить рак. Врачи давали лишь двадцать процентов вероятности выживания.
– Ясно. – Медленно кивнула Малин. – Знаешь, вера тут не будет лишней. Я бы на твоем месте отнеслась к проклятию серьезно. Варъярна стоит на месте старого кладбища, часть могил еще сохранилась, и они тянутся вплоть до собора – несколько сотен метров. Вон, глянь в окно.
– Что… – Подойдя к окну и отдернув штору, Тиль застыла.
В свете фонарей, среди веток могучих дубов можно было рассмотреть темные надгробья и надземные части старинных склепов.
– Говорят, ночью можно видеть, как духи покойных бродят среди могил. – Заунывным голосом произнесла Малин.
По коже Тиль пробежали мурашки, она инстинктивно коснулась пальцами креста под джемпером.
– Но в остальном тебе здесь понравится. – Сменила тон соседка. – В Варстаде бывает весело, особенно у нас – в Варъярне: редкий день обходится без вечеринок. Местные любят отрываться.
Тиль почему-то никак не могла переключиться от сумрачных теней за окном к теме вечеринок. Не то, чтобы она не любила веселиться… просто ее родители старались ограничивать время, которое она проводила со сверстниками. Учеба в университете означала для нее свободу – во всех смыслах.
Глава 3
Матс до боли стиснул зубы. Его уже тошнило от сраного университета, от его долбаного кампуса и всего, что происходило на территории. Лучше бы он покончил с собой, как собирался пару лет назад, лежа в темной подворотне и захлебываясь в собственной рвоте. Парень тогда чудом выжил после передоза, и, если бы не клиника, предоставившая ему и еще паре бездомных ребят бесплатную реабилитацию, кто знает, может, и некому было сейчас рисковать, суя голову прямо в пасть волкам.
В сумерках по дорожке, отделанной каменной брусчаткой, стелился туман. Ноги Матса утопали в нем. Желтый свет фонарей, струящийся меж ветвей вековых дубов, медленно рассеивался, оседая в листьях, и улочки Варъярны выглядели зловеще.
Тут и там раздавались голоса студентов, звучала музыка, в домах горел свет, но, несмотря на оживленность, пространство казалось опасным, словно где-то за углом притаился хищный зверь.
Совсем рядом загудел двигатель, и Матс отошел в тень, за дерево. Мимо пронесся спортивный автомобиль. Он резко затормозил у большого серо-желтого здания в конце улицы. Взвизгнули шины. Парень сплюнул на землю и, стараясь не выходить из тени, подобрался ближе.
Послышались голоса и громыханье музыки.
Чертовы мажоры, по наследству принявшие право именоваться элитой. Тупые животные. Грязные ублюдки.
Может, Матс и был отбросом, но уж точно не считал себя ниже их.
Он почувствовал, как ненависть горьким ядом подкатывает к горлу, когда из тачки вышли трое. Ему ничего не стоило убить их. Для человека, которому нечего терять, уже не остается никаких препятствий и страхов. Плевать, что с ним сделают за это их дружки или покровители. Матс мог бы осуществить это хоть прямо сейчас – голыми руками. Но ему нужно было сначала докопаться до сути, вытащить из них правду, а сделать это можно было только очень аккуратно и постепенно.
Для человека без денег, жилья и будущего он слишком многое поставил на карту.
Да, его не было рядом, чтобы ее защитить. Да, он думал только о себе и потому крупно облажался. Но его сердце еще бьется, значит, он жив. И только он сможет во всем разобраться.