Приключения Капрала Шницеля (СИ)

— Я бы хотел вступить в армию, — Александр почти что скороговоркой выдал давно заготовленный ответ.
Станиславу стоило немалых условий не рассмеяться "добровольцу" в лицо, особенно представив эту необъятную тушу бегущей кросс. А луддит на палубе космического корабля? Это вообще за пределом горячечного бреда. Он хотел было более-менее вежливо объяснить парню, что тот и Вооружённые Силы Альянса суть вещи несовместимые, но задумался. Центр вербовки на аграрной колонии пустовал — не больше десятка рекрутов в год, а ведь это из миллиона населения в столичных Аркологиях. Несмотря на личные претензии к командованию, потомственный казак войска любил, и считал их своим домом родным — иногда даже подумывая о том, чтобы остепениться, перейти на административную должность и начать "делать" новое поколение военнослужащих. Правда, такие мысли он тут же гнал прочь, и собирался гнать следующие лет двадцать. Так что шанс, или хотя бы намёк на оный, толстяку следовало дать, несмотря на очевидную и вопиющую профнепригодность. А то, что он луддит… бывают изредка исключения, например как-то пришлось служить с мужиком из трущоб Южно-Калифорнийского Мегаполиса. Несмотря на суровое детство — образцовый офицер, отличился несколько лет назад на Акузе, хотя там, наверное и пригодился опыт юности, прятаться от червей-молотильщиков.
— В армию, значит, — майор задумался, как бы проверить лесного волонтёра на серьёзность намерений, и не потратить на это излишне много времени, отчётность-то со стола никуда не денется. — Тебя привезли с парой антикварных стволов… Сделаем мы, пожалуй, вот что. Пройдёшь сейчас с капралом Рейнирссоном в наш тир, он тебе выдаст винтовку, проведёт краткое ознакомление, и прогонит оценочный курс. Выбьешь девяносто из ста, так и быть, лично ходатайствую о, — Бульба хмыкнул и прищурился, — принятии мистера Щитта в ряды. Ну, а если нет, то не обессудь, после ориентации, в Лэндинге, сам разбирайся. Согласен?
— Да, конечно, — ответил Александр. — Спасибо, товарищ командир. — Станислав был близок к тому, чтобы уронить лицо на ладони и завыть. Восьмой класс, история Евразийского Союза, зубрёжка лексикона времён Коммунизма в онлайн-классе Прохора Акакиевича Мендельсона.
— Вот и славно, — сказал командир, встав и глядя на собеседника сверху вниз. — Жди, за тобой скоро придут. — А то, что толстяк будет стрелять симуляцию на норматив "выдающегося стрелка", ему знать не надо, ещё описается от страха. Тем более, что девяносто — это шутка, половина солдат в гарнизоне восемьдесят выбить не может… Позорище. Пусть опоросень наберёт хотя бы полтину, и майор отпишет коммандеру Хиггсу в вербовочный центр.
Четверть часа до прихода капрала, кто оказался никем иным, как зеленоглазым арийцем из летающего утюга, охотник просидел как на иголках, и даже остывший уже чай не помогал. Недавний знакомец проигнорировал вялую попытку завести разговор и вывел "луддита" на улицу, где оба они сели в электрический кар, похожий на аэропортовый транспортёр двадцатого века, и покатили по гладкой, заасфальтированной дороге. Солнце в этой части планеты уже стояло высоко над головой и щедро делилось теплом с планетой. Алекс тщетно попытался найти застёжку и приоткрыть волосатую грудь… но пришлось ограничиться одним лишь оттягиванием воротника. Кар тем временем проезжал мимо череды скучных серого цвета безоконных зданий и небольших деревянных домиков с белыми, на вид пластиковыми, крышами. То и дело попадались идущие куда-то солдаты в обтягивающей одежде со множеством карманов, но база отнюдь не казалась полной людей.
Цель поездки находилась минутах в десяти езды "с ветерком". Приземистый серый барак на пригорке с вывеской "Auxiliary Armory" (англ: вспомогательный склад оружия) гордо возвышался над лабиринтом траншей и оврагов, где, собственно и располагались стрельбища — от коротких, метров на двадцать, пистолетных галерей, до стандартного километрового поля высокоточной стрельбы. Капрал зашёл на склад за винтовкой, снова сел за джойстик и спустил кар к приказанному винтовочному, до четырёхсот метров, тиру.
 
— Мистер луддит, — с плохо скрываемым отвращением процедил он, выйдя из автомобиля, — запомните, пожалуйста, следующие четыре правила. Оружие всегда заряжено. Всегда держите оружие в безопасном направлении, — скандинав скептически оглядел толстяка, явно сомневаясь в его способности понять правила, а не то что запомнить их. — Стволом к мишеням или стволом вверх. Всегда знайте свою цель и что за ней находится. Не класть палец на спусковую клавишу до готовности к выстрелу. Вам понятно?
— Да, мистер солдат, — пряча улыбку ответил Александр. Четыре Правила мало изменились за прошедшие пару веков. Правда, в привычной версии ружьё заряжено, пока самолично не проверил и не подтвердил отсутствие патронов в стволе и магазине…
— Надеюсь, — скривился капрал и положил реквизированный ствол на столик у станции стрельбы. — При нарушении любого из правил, вы будете с позором изгнаны из тира. Сегодня вы будете ознакомлены с полуавтоматической винтовкой М-96 Мэтток…
Солдат описывал лежащее перед ним оружие, а охотник был близок к помрачению чувств. В каком-то метре покоилась любимая винтовка из игры — после выхода мини-экспансии "Огневая Мощь" он только с ней и бегал. Через шумящее в ушах сердцебиение пробивались слова: встроенная система охлаждения; патронный блок на шестьсот пятьдесят выстрелов, впрочем, заменённый тренировочным мягким материалом с идентичной баллистикой; интегрированный оптический прицел с автокоррекцией на дальность и силу гравитационного поля. Сказка, а не оружие. Закончив вводную лекцию, капрал изъял магазин и приступил к объяснению эксплуатации — зарядке, настройке прицела и, собственно, стрельбе. Несмотря на явную неприязнь к обучаемому, урок он вёл профессионально, и немного времени спустя Алекс, одев выданные инструктором казённые защитные очки и наушники, сделал первый пробный выстрел. Стометровая мишень погасла ещё до того, как отдача толкнула в плечо через непривычной формы приклад. Как и в игре, прицел совсем не сбило, благодаря, наверное, подствольному компенсатору. Вес был заметным, но не больше, чем у Бельгийской FN FAL, занимавшей почётное место в оставшейся в прошлой жизни коллекции.
— Вы откроете огонь по целям на дистанциях от ста до четырёхсот метров, позиция стрельбы на выбор, лёжа или с колена, — Рейнирссон проводил последний инструктаж перед стрельбой. — Голографические мишени будут появляться на период от пяти до двадцати секунд. У вас будет сто выстрелов на сто мишеней, без повторных попыток, — с каким-то непонятным злорадством сказал он. — Упражнение закончится после того, как погаснет последняя цель, либо после того, как закончатся патроны. Очки подсчитываются Винтом тира. Вопросы есть?
— Нет, — ответил охотник, отворачиваясь от капрала к полю.
— Чисто слева! Чисто Справа! Тир горячий! Стрелку занять позицию! — проорал тот. — Стрелок готов? — добавил он секунд через десять, после того как толстяк грузно улёгся и прильнул левой щекой к прикладу, прищурив правый глаз.
— Готов! — рявкнул он по старой привычке.
— Открыть огонь!
Первая мишень загорелась чуть правее точки прицела. Сердце размеренно, не торопясь бухнуло, туша Александра чуть заметно сдвинулась за упёртой на мешке с песком винтовкой, палец ласкающе погладил спуск, цель погасла, и звук выстрела ударил по ушам одновременно с отдачей… Двадцать минут спустя он тяжело поднялся с земли, и голографическое табло показало результат. Девяносто восемь.
***
— Сколько?! — Майор Бульба поперхнулся кофе и закашлялся, прочищая голос.
— Девяносто восемь, — ответила голограмма на столе, помялась, а затем добавила голосом капрала, — с первого раза.
— Перешли запись на мой терминал, затем отвези нашего гостя в столовую, и после обеда размести в третьем админ-корпусе.
— Ай ай, сэр! — синеватый мираж вытянулся по стройке смирно.
Командир выключил соединение и зажмурил глаза, внутренне давая себе обещание никогда больше не судить о людях по внешности. Голографическая консоль мигнула, показывая приход нового сообщения, и он включил видеоклип. На экране, ожиревший луддит, впервые взяв в руки винтовку, не просто выполнил норматив "выдающегося", но и попал в десятку лучших стрелков планеты. Можно было бы, конечно придраться — старые Мэттоки точнее автоматических Лансеров, да и контингент на Иден Прайме собрался отнюдь не выдающийся, но факт говорит за себя. Если десять из десяти ещё можно списать на удачу, то девяносто восемь — нет. Обещания надо выполнять. Станислав где-то с минуту отвлечённо посмотрел в окно, затем вызвал на терминал юридический Винт, результаты медицинских анализов потенциального рекрута и стал работать. Вербовочный центр на Лэндинге мог идти лесом — "такая корова нужна самому." Отдашь толстяка, а взамен получишь разве что, "спасибо", да очередного спущенного по распределению кретина, у которого две извилины в голове, а вместо рук — элкорьи лапы, вдобавок произрастающие аккурат из заднего прохода.