Мой любимый похититель (ЛП)

— Итак, вопрос решен, — пробормотал я. — Моя комната теперь наша комната. — Я сделал паузу. — Я хочу, чтобы ты была со мной, Пчелка. Пожалуйста.
— Ну, раз уж ты так мило попросил, — ответила она сонным и довольным голосом.
Я хихикнул и поцеловал ее в макушку.
— Хочешь урок плавания прямо сейчас?
— Мне нужен купальник.
— Нет, у нас полное уединение. И твой похититель всячески поощряет купание в обнаженном виде.
  
— Хм, — хмыкнула она. — Мое любимое.
Я крепко обнял ее, ее слова заставили меня улыбнуться.
— Я утомил тебя, детка? — мягко спросил я.
— Твои шалости были очень, эм, энергичными.
— Тогда поспи.
— Только минутку.
Она почти сразу же уснула, положив голову мне на плечо, ее мокрые косички плавали в воде. Я поразился ее доверию. Несмотря на то, как мы начали, Брианна знала, что со мной она в безопасности. Что я буду заботиться о ней. Судя по тому, что я узнал о ее прошлом, такого прежде не было.
Я поцеловал ее в макушку и мысленно пообещал, что не подведу ее.
  
Глава 17
 
БРИАННА
Я посмотрела на Данте поверх бокала с вином. Покончив с ужином, он съел два больших куска торта, бурно расхваливая оба.
— Это лучший ванильный торт, который я когда-либо пробовал.
— Я использую свежую ваниль, которую очищаю от стручков. Аромат просто невероятный.
— А глазурь... — Он облизал пальцы от восторга, как ребенок. — Господи, это что-то божественное. Приготовь ее еще раз.
Данте посмотрел на торт, когда закончил, пытаясь решить, сможет ли съесть третий кусок, но потом решил немного подождать. Он отнес несколько кусочков Джиа и Марио, которые жили в задней части дома, и вернулся с широкой улыбкой.
— Они передают свои комплименты.
Теперь он любовался закатом, закинув ногу на ногу. Был расслаблен и спокоен.
Данте был сложным человеком. Красивый, высокомерный и властный. Нежный и до боли прекрасный. Забавный. Я была уверена, что являюсь одним из немногих людей, которые видят некоторые из этих сторон.
Ему нравилось принимать решения, и он был быстр в своих суждениях. И все же он любил, когда я бросала ему вызов. Поднявшись наверх, чтобы переодеться в купальник, я была озадачена, когда, войдя в свою комнату, обнаружила, что все мои вещи исчезли. Шкаф был пуст, если не считать коробок, которые Данте прихватил из моей квартиры. В ванной тоже было пусто, кровать застелена, а в комнате царил идеальный порядок.
Мне потребовалось лишь мгновение, чтобы понять, где находятся мои вещи, и, конечно же, моя одежда теперь была в его шкафу. Мои туалетные принадлежности — в его ванной. На кровати лежал красивый шелковый халат насыщенного красного цвета с цветами. Я видела его в магазине, восхищалась им и знала, что Данте купил его для меня.
Часть меня была в восторге от того, что мои вещи здесь. Что он хотел, чтобы я была с ним. Другая же часть меня была в ярости. Подобное заслуживало хотя бы разговора.
Когда я столкнулась с ним, то ожидала его отпора, его ухмылки, когда он говорил мне, что произойдет.
Но не ожидала его безудержной страсти. И того, что злость на него разожжет во мне огонь, который сможет погасить только он.
То, как он повелевал моим телом, было неожиданным. Я всегда интересовалась сексом. Мои друзья говорили об этом. Каролина рассказывала об этом. Те несколько парней, с которыми я встречалась, не вызывали у меня ничего похожего на то, что она описывала. Единственная попытка, которая у меня была с мужчиной, включала в себя много неловкости, несколько вялых поцелуев и его вопрос «кончила ли я уже».
С Данте я не испытала ничего подобного. Он знал, как прикоснуться ко мне. Даже его грязные словечки действовали на меня. Мужчина дал мне свободу исследовать его. Мне нравилось, как он брал все в свои руки. Или возвращал мне часть контроля. Разжигал мою страсть.
Заставлял меня чувствовать себя сексуальной.
И этот день превзошел все, что я могла себе представить.
Мне понравилось... резвиться с ним.
После этого я ненадолго уснула, проснувшись от его теплого взгляда и надежных объятий. После сладкого поцелуя он бросил меня в воду, и я получила свой первый урок. И была очень довольна тем, что научилась плавать.
— Расслабься, Пчелка, — подбадривал он, стоя надо мной, поддерживая меня рукой. — Я держу тебя. Дыши и позволь себе расслабиться. Найди равновесие в воде. Немного подвигай руками и ногами. Вот так. Ты хорошо справляешься.
Он терпеливо разговаривал со мной, а потом я поняла, что его голос не кажется таким близким. Обернувшись, обнаружила, что он находится по другую сторону бассейна, а я — сама по себе.
— У тебя получается, — сказал он. — Теперь встань и попробуй еще раз.
У меня получилось, и я гордилась собой.
Мы вместе приготовили ужин и поели на террасе. Простое мясо на гриле и салат были восхитительны, и я заметила, что все здесь было вкуснее. Я не была уверена, в чем дело: в еде или в компании.
А может, и в том, и в другом.
Я поставила свой бокал и поймала на себе его взгляд. Напряженный, золотистый и неожиданно серьезный.
— Ты всю жизнь была в приемных семьях, — сказал он.
— Да.
Он изучал меня мрачным взглядом.
— Есть ли кто-то, кого мне нужно навестить, чтобы отомстить?
Я была поражена, но покачала головой.
— Нет. Со мной никогда не обращались жестоко, как с некоторыми детьми. Меня просто игнорировали. Все время не замечали. Так одиноко было расти. Никогда не принадлежать себе. Ища свое место.
— У тебя нет семьи.
— Нет.
Он смотрел вдаль, серьезный и решительный.
— Что ж, теперь твое место здесь. Со мной.
Я не знала, что ответить, поэтому промолчала. Но его слова что-то сделали со мной. Зажгли во мне маленький огонек, который исцелил маленький кусочек моего сердца.
— Каролина как-то сказала мне, что ты — молчаливый партнер в фирме ее отца.
— Да. Я был его первым инвестором. Он потерял все деньги. Я дал ему еще. Он учился и рос, и теперь ему принадлежит большая часть моего состояния. Он блестяще разбирается в цифрах. Я слежу за тем, чтобы у его компании всегда были запасы наличности, необходимые для того, чтобы идти на риск, который нужен его клиентам, чтобы заработать деньги.
— Ничего себе, — только и смогла сказать я.
Данте пожал плечами.
— Он мой брат.
Снова наступила тишина, и он повернулся ко мне.
— Я вор, — коротко сказал он.
— Прости?
— Я владею художественными галереями. Занимаюсь оценкой. Я много знаю об искусстве. А еще я вор.
Я была шокирована.
— Ты воруешь предметы искусства, которые продаешь?
Он налил нам еще вина и покачал головой.
— Нет. Не буду вдаваться в подробности, но... — он взболтал вино в своем бокале, — тебе следует знать человека, с которым связалась.
Его слова вызвали у меня новый приступ волнения, но я лишь кивнула.
— В детстве я был настоящим нарушителем спокойствия. У меня были ловкие пальцы и умение взламывать все, что заперто. Я любил сложные задачи. Затем попал в неприятности, и моя мать положила конец моему стремлению к криминальному миру. Она отправила меня сюда навестить моих тетю и дядю. Мой дядя был коллекционером, и я стал одержим искусством. Картины, скульптуры, все, что связано с искусством. Мне нравилось все. Мастера, новые художники. Все, что было между ними. Он научил меня всему, что знал сам. Я изучал искусство. Жил и дышал им. Я поступил в университет, а потом два года колесил по Европе, подрабатывая на любой работе, какую только мог найти, лишь бы иметь возможность посещать галереи. Я подружился с художниками. Владельцами галерей. Нашел спонсоров и открыл небольшую галерею в Лондоне. Проект с треском провалился. Но я учился. Нашел еще спонсоров. Хорошую клиентуру. Одна галерея превратилась в две, а те — в три. Занимался консигнацией, продавая работы зачастую дороже, чем ожидал владелец. По мере того как росла моя репутация, росло и мое состояние. У меня хороший глаз, и я отличный переговорщик.