Сучка-3 (СИ)

— С Шампуром я трахалась точно не из-за того, что у тебя проблемы со стояком, а меня одолело желание, — убедившись, что Студент их не услышит, произнесла Лена.
— И для чего тогда? — не унимался Вячик.
— А ты слышал только о том, что я с ним замутила, или до твоих ушей долетело еще что-то?
— Поговаривают, что ты его сглазила, — отвернувшись к окну, произнес он.
Угу. Иммунные, они такие. То могут с одним ножичком выйти против кусача. А то вдруг обделываются из-за черной кошки перебежавшей им дорогу. Вообще-то с кошками тут серьезные проблемы. Не любят их отчего-то мутанты. Вот, кстати, и так их называть нельзя. Они зараженные! Прямо толерастнутая Европа, с ее закидонами. Впрочем, корень тут совершенно разный. Если тамошние сходят с ума по причине шизы, то местные из-за банального и лютого суеверия.
— Кофе будешь? — понимая, что разговор простым не будет, поинтересовалась она.
— Не хочу.
— А я выпью, — открывая кухонный шкаф, произнесла она.
Они уже прибрались и опять браться за мытье посуды не хотелось. Но лучше уж чем-нибудь заняться. Это отвлекает и успокаивает. А то накрутишь себя, да еще чего доброго проломишь кое-кому черепушку. Тем более на фоне того, что затея, еще вчера казавшаяся ей гениальной, сегодня таковой ей уже не виделась. Но что сделано, то сделано, назад не вернуть.
— Так зачем? — вновь поинтересовался Вячик.
— А нечего было ему наезжать на Алену и Студента. Теперь каким бы ни был долгим или коротким его век, он будет знать, что никакой не мачо, а натуральный импотент.
— Другого способа ты найти не могла?
— Вячик, убивать из-за такой безделицы, это слишком даже для Улья, — усмехнулась она, засыпая молотый кофе в турку.
— Я не имел ввиду убийство.
— Ну не знаю. Мне эта идея показалась весьма оригинальной.
— Ты вот так походя…
— Вячик, Вячик, остынь родной, — перебила она его, пристраивая турку на огне.
— Мы с тобой спутники.
— И что? Там, в Мирном это подразумевает под собой какой-то смысл. Но мы в Охотничьем, где спутник означает лишь то, что означает, и не несет никакого контекста. Да, ты мне нравишься, но я тебе в любви не признавалась и в вечной верности не клялась.
— Мне казалось…
— Погоди, Вячик. Я еще не закончила. Да, я не клялась тебе в верности и никогда не говорила, что люблю. Как впрочем и ты мне. Ты ведь не больно-то думал обо мне, когда поперся на дуэль с Сапером. В твою башку ведь не пришла такая простая мысль как то, что я без опоры на сильное мужское плечо загнусь в этом чертовом Улье к ебаной матери. Не-е-ет. Нахрена попу баян. В тебе взыграла мужская, мать ее, гордость, и ты поперся отстаивать свою честь. Я ни в чем тебе не клялась, п-придурок, но я потратила две жемчужины, чтобы вытащить твою тушку с того света. Одну чтобы оживить и вторую Бороде в уплату за его услуги. Потом я перебила группу Огородника. Помнишь такого Валета. Это он снимал нас и передал видео стронгам. Раскатала Сапера и его людей. Отправилась со стронгами, чтобы добыть для тебя белую жемчужину, и из-за излишней поспешности сама квазанулась. Пришлось разобраться и с ними, чтобы выгадать по чудесной пилюле каждому из нас. Так что, родной, если ты думаешь, что я тебе что-то должна, то для начала подбей баланс.
— То есть, теперь я должен тебе, как земля колхозу?
— Ты п-придурок, Вячик. Конченый придурок. Если смотришь на это именно под таким углом.
— А под каким я должен смотреть?
— Твой гребаный бзик, с взыгравшей гордостью едва не стоил нам обоим жизни. Мой, лишь задевает твое мужское эго. Я не говорю, что я права, но и не собираюсь оправдываться. Хотя мне даже где-то стыдно перед тобой за случившееся. Вот только, как мне кажется, наши косяки несоизмеримы. И да, если так хочется, то можем разбежаться. Огромное спасибо тебе за то, что научил выживать в Улье. Впрочем, и ты в накладе не остался. Все трофеи разделим на четыре части. Стукнулись попами и разбежались, — наливая кофе в чашку, подытожила она.
— Вот так значит, — заложив большие пальцы за поясной ремень, произнес он.
 
— Вячик, мне очень жаль, что ты об этом узнал. В планы это не входило.
— Значит, если бы не узнал, то все пучком.
— Блин, баран упертый! Ну с какого перепуга я должна разыгрывать из себя верную супругу?
— Потому что ты сама говорила, что не спишь с кем попало.
— А я и не спала с Шампуром. Я его трахала. Причем так отымела, что он теперь будет жалеть об этом до конца дней своих.
— Или пристрелит тебя.
— Брось. Он конечно себя любит, но не настолько, чтобы в одиночку набрасываться на слаженную команду. Во всяком случае, ему пока неизвестно о том, что мы разбегаемся.
— Мы с тобой разбегаемся. Это факт. Но команду я не бросаю. Ни Алена, ни Студент не виноваты в том, что ты такая…
— Ну? Кто? Договаривай?
— Ветреная особа.
— Ой! А почему не блядь? Ну или хотя бы сучка? А то меня так все кому не лень величают. Сучка, говорят, ты. А я и не возражаю. Сучка и есть. Как тебе такое погоняло? В Улье же принято брать себе тупые клички, вместо нормальных имен. А то ведь примета, мать ее, хреновая! — под конец вскричала она.
— Лена, остынь.
— А я и не закипала.
Она взяла чашку, присела на диван, и сделала маленький глоток обжигающего, терпкого напитка. Так они и молчали, пока она пила кофе.
А о чем собственно говорить? О том, что ей жаль? Так ей пиздец как жаль! Вот черт его знает, что на нее нашло. Налетел бзик, и пошла устанавливать справедливость, бог весть с какого перепуга нарисовавшимся способом. И ведь, что самое смешное, понимала, что подобного эффекта можно было добиться приплатив девочкам. Но не-ет. Отчего-то решила, что другие с этим не справятся так, как она. А потому все нужно сделать самой.
— Вячик, извини. А? Я больше так не буду. Честно, честно, — состроив умилительную мордашку, попросила она.
Вообще-то она извинялась искренне. Но при этом могла себе позволить прогиб до определенного момента. А потому подала это в качестве эдакого кривляния. У нее то же имеется своя гордость. И лучше бы ему это понять.
— Трахайся с кем хочешь. Мы всего лишь команда до того момента пока не окажемся в другом регионе. Как только переберемся через бутылочное горло, разбежимся. Здесь оставаться и вам и мне не с руки. Со стронгами шутки плохи.
— Как скажешь, — покладисто согласилась она.
В сложившейся ситуации это максимум который можно было бы выжать. А что там будет после перехода, покажет время. До того момента минимум недели две, а то и все три. Так что, будет время, чтобы растопить лед и спасти отношения.
Нет, ну правда, чего ей дуре не хватало! Подумаешь не привыкла к длительным отношениям, и всегда относилась к сексу, как к обычной потребности, без обязательств. Но ведь знала же, что с Вячиком все иначе. Или дело как раз в этом? То есть, она просто запаниковала, испугавшись своего отношения к нему и неосознанно решила все раздолбать? Ох тыж мать твою за ногу! А ведь в этом что-то есть.
Спокойно девочка. Спокойно. Сама наломала дров, сама и разгребешь. Хм. А с другой стороны и подумаешь стоит ли вообще тут что-либо спасать. Проверят, так сказать, чувства, или окончательно установят отсутствие оных.
Допив кофе она в очередной раз вымыла посуду, и позвала Алену со Студентом. После чего они собрались и вышли во двор, где их уже ожидал готовый к выезду электромобиль. Погрузились. Алена привычно села за руль, Лена рядом на переднее пассажирское сиденье, Студент и Вячик сзади.
За КПП выехали без каких либо проволочек. Их никто не собирался останавливать, и уж тем более досматривать. На въезде, другое дело. А так… Дежурившие безопасники помахали двум красивым девахам, проигнорировав мужчин на заднем сиденье. Да и не больно-то надо.
Как ни странно, но дорога от Охотничьего была в хорошем состоянии. Так-то обычно ветшает, если за ней не присматривают, и ухабы являются одним из признаков стабильного кластера. Но тут изначально все было сделано качественно и на совесть, а потому с успехом выдерживает испытание временем. Может быть только пока. Сомнительно, чтобы местная администрация озаботилась ремонтом дорог. Подобное практикуют в более цивилизованных местах, и по-настоящему крупных стабах.