Разрушающийся мир (ЛП)

Габриэль потянулся к нему, отстегнул шкуру гепарда, и стянул ее с мертвеца. Быстро накинув шкуру на плечи, он под прикрытием сизого дыма поспешил к грузовику и сгрудившимся Охотникам за Головами.
Он все поставил на сохранение «Новыми Патриотами» перемирия. В противоположном случае Габриэль просто повесил себе на спину огромную мишень.
Вокруг клубился дым, сбиваясь в густой вихрь. Габриэль невольно прищурил заслезившиеся глаза. Все погрузилось в мрачный полумрак, любая фигура на расстоянии более одного фута казалась темной и нечеткой.
Грузовик возвышался перед ним в мутной дымке, замерев как чудовищный зверь перед прыжком. Борясь с неодолимым желанием развеять дым руками, Габриэль повернул вправо.
Его переполняли страх и адреналин. Он вполне мог умереть здесь, на этой дороге, в окружении Охотников за Головами и этого горького, удушливого дыма.
Но желание добиться намеченной цели пересилило страх. Он спасет мать Амелии. Габриэль твердо знал, что может это сделать. Разумеется, освобождение Элизы не исправит причиненного Амелии зла, не искупит предательства, едва не стоившего ей жизни, но это уже что-то.
И он сумеет отомстить за смерть Надиры. Добрая, милая и нежная Надиры, единственная, кто нашла в себе милосердие и простила его, когда Габриэль — убийца и террорист — меньше всего этого заслуживал.
Габриэль не рискнул потянуться в карман и нащупать квадратик бледно-голубого хиджаба Надиры. И все же он придавал ему уверенности.
На ферме «Свит-Крик» Надира бросилась под выстрел Цербера. Пуля, предназначавшаяся Габриэлю, досталась ей. Она пожертвовала своей жизнью ради Габриэля, даровав ему шанс на искупление, которое, как он считал для него невозможно.
Надира вдохнула в него новую жизнь, подсказала новую цель. Самое меньшее, что он мог сделать, — это расправиться с ее убийцей.
Габриэль осторожно обогнул грузовик, пройдя в считанных сантиметрах от нескольких Охотников за Головами. Пульс гулко отдавался в ушах. Стоило им только обратить на него внимание… но их взоры были прикованы к холмам, а паника мешала видеть врага буквально в упор.
Он двигался среди них, никем не замеченный.
Несколько байкеров сыпали проклятиями, отчаянно целясь в пустоту. Худощавый Охотник за Головами в шкуре койота прислонился к грузовику, вцепившись в ногу пальцами, безуспешно пытаясь остановить кровь. Женщины, которых использовали в качестве живого щита, сдавленно мычали и тихо плакали.
Байкер в грубой шкуре черного медведя прижимал к груди ребенка. Маленькую девочку, не старше пяти лет. Габриэль мельком увидел расширенные, полные паники голубые глаза и вьющиеся светлые волосы, прежде чем ее скрыл поднявшийся вихрь дыма.
У него внутри забурлила желчь. В голове пронесся образ маленькой девочки в желтом халате, чьи черные волосы развевались вокруг ее нежного лица, словно нимб, а из дыры в груди сочилась кровь. Малышка с пылающей палубы «Гранд Вояджера». Ребенок, погибший из-за поступков Габриэля, его стремления победить любой ценой — даже за счет невинных жизней.
Он заставил себя отвернуться от белокурой девчушки. Если поможет ей сейчас, то тем самым обречет на гибель Элизу Блэк и других заложников. Габриэль не бросит ее; продолжить начатое дело — лучший шанс спасти их всех.
Несколько Охотников за Головами открыли по холмам беспорядочный огонь.
— Я вне игры! — крикнул кто-то.
— Я тоже, — объявил мужчина в леопардовой шкуре.
— Берегите патроны! — прорычал Цербер. — Не стреляйте в призраков!
Габриэль повернулся на голос и разглядел в нескольких ярдах от себя волчью шкуру — ослепительно белую полосу в серой дымке. Он улыбнулся, перешагивая через труп очередного Охотника за Головами, и приблизился к незащищенной спине Цербера.
Теперь он покажет Церберу, насколько смертоносным может быть призрак.
Отпустив винтовку, он вытащил из кобуры импульсный пистолет. Уперев его в голову Цербера, Габриэль прорычал:
— Давно не виделись, ублюдок.
Цербер едва заметно вздрогнул, только губы изогнулись в яростном рычании, обнажив заостренные клыки. Он попался в ловушку, и прекрасно это понимал.
 
— Никому не двигаться! — прокричала Клео из-за массивного дерева на холме. — Мы десятикратно превосходим вас численностью. — Откровенная ложь, но Охотники за Головами не могли этого знать.
— Выходи, крошка, и мы разнесем тебе башку, — проревел громила справа от Цербера. — Каждому из вас. Неужто будете палить в невинных женщин и детей, чтобы добраться до нас?
— Нам не придется. — Холодный, уверенный голос Клео прорезал прохладный воздух. Порыв ветра окончательно разогнал дым. — По моим подсчетам, ваше оружие почти разряжено. Пока вы будете пытаться перезарядить автоматы и одновременно удерживать заложников, мы перебьем вас как котят. Кроме того, один из наших бойцов держит под прицелом вашего главаря. Дернетесь, и ему конец. А потом полетят и ваши головы.
В этот момент из ниоткуда материализовался Сайлас, наставив полуавтомат на чернокожего громилу, стоящего справа от Габриэля — скорее всего, он служил правой рукой Цербера.
— Мы успеем прихватить с собой часть заложников, — прорычал Охотник за Головами. На нем была шкура пантеры, а в ушах торчали серебряные болты. Тусклые и смертоносные глаза пылали яростью на крепком, угловатом черепе.
— Нас волнует только один человек, — с явным равнодушием в голосе заявила Клео. Она не блефовала. Клео могла выступать на стороне Габриэля, но она все равно оставалась холодной, как горный ледник.
Габриэль надавил стволом пистолета на голову Цербера.
— Отпусти Элизу.
— Убьешь меня, и мои люди перестреляют вас, невзирая на последствия, — прошипел Цербер.
Габриэль только пожал плечами. Он просчитал возможный риск. Однако тогда, на ферме «Свит-Крик», байкеры повиновались каждому слову Цербера. Он был их альфой. Его люди не станут лишний раз подвергать жизнь главаря смертельной опасности.
— Я готов рискнуть.
— Просто отпустите меня, — дрожащим голосом попросила Элиза. Габриэль не сводил глаз с Цербера, даже на секунду. Краем зрения он видел лишь бледное лицо и темные волосы Элизы. — Они смилостивятся, если вы меня отпустите.
Цербер расхохотался.
— Они не причинили тебе вреда? — спросил Элизу Габриэль.
— Нет, — ответила она. — Не в том смысле, о котором ты думаешь.
— Мы торговцы, — мрачно отозвался Цербер. — Мы никогда не портим ценный товар. Ну, почти никогда.
От неожиданного движения сердце Габриэля екнуло. Времени среагировать у него не осталось. Байкер в шкуре пантеры метнулся в сторону Габриэля, поднимая автомат.
Сайлас нажал на курок. Пантера дернулся, пуля пробила его затылок и вышла где-то в районе раздробленной левой глазницы. Брызги крови окатили Габриэля, Цербера и Элизу.
Габриэль не шелохнулся. Он даже не моргнул. Просто не мог себе этого позволить.
— Спасибо, — поблагодарил он Сайласа.
Сайлас довольно ухмыльнулся, стирая кровь со своего худого лица. Высокий и жилистый, с коротко подстриженными каштановыми волосами, спадающими на лоб, он не скрывал веселья в серых глазах.
— Всегда пожалуйста.
За спиной Габриэля открыл огонь еще один Охотник за Головами. Пуля просвистела мимо щеки Габриэля. Один из их людей на холме тоже выстрелил. Габриэль скорее услышал, чем увидел, как байкер рухнул. Заложница вскрикнула, но не пострадала.
— Похоже, девочки все-таки умеют стрелять, — язвительно заметила Уиллоу, появившись из-за сосны в десяти ярдах от холма. Она решительно вышла на открытое пространство, сжимая полуавтомат размером с нее саму обеими руками. — Во всяком случае, настолько, чтобы прикончить парочку мерзких горлопанов.
Сайлас повернулся и направил оружие на стоящих за ним Охотников за Головами.
— Похоже, вы только что проиграли.
— Сдавайся, Цербер, — потребовал Габриэль.
Цербер вздохнул и опустил оружие.
— Отбой.
Один за другим его люди опускали оружие, недовольно ворча, но повинуясь. Заложники, рыдая от облегчения и пошатываясь, двинулись по дороге. Маленькая девочка со светлыми волосами бросилась в объятия взволнованной женщины постарше — скорее всего, ее матери.