Дочь тренера (ЛП)

Великолепно адское ощущение, которое невозможно было сдерживать, затуманило мой мозг.
И вот, я посмотрела Эрику прямо в лицо, наконец-то кивнув.
— Я… я иду, папа.
Что-то первобытное вспыхнуло в глазах Эрика, и он издал сдавленный звук, его твердое тело напряглось. Между моих ног разлилось тепло, его нижняя часть тела продолжила делать резкие, прерывистые движения.
Он грубо терся, обнажая зубы и подталкивая меня к финишной черте, которую, я абсолютно уверена, никогда не пересекала до этого момента, потому что, Боже мой, я захныкала ему в губы, как ребенок. Спортсмен заглушил эйфорический звук в последнюю секунду, его собственное горло издало длинные, грубые стоны, которые пульсировали на моем языке. И было что-то особенное в том, чтобы посмотреть этому мужчине в глаза и произнести слово «папочка», и это держало меня в плену, заставляя дрожать еще сильнее на пути к оргазму.
Мы лежали там, в течение долгого времени, после того, как волны удовольствия затихли, его губы собственнически, но лениво двигался по моим, его бедра все еще медленно покачивались, как будто это движение неосознанное. Непринужденное право собственности, которое должно было заставить меня снова захотеть дать ему пощечину. Но этого не произошло. Я удивилась тому, как другой человек может заставить меня полностью забыть о себе.
Мне придется быть очень осторожной с этим мужчиной.
Или я действительно могу нарушить свои правила и стать его женой.
Тот факт, что я даже подумала об этом, заставил меня вздрогнуть, привлекая пристальное внимание Эрика. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, когда раздается еще один, более настойчивый стук в дверь.
— Пресса здесь, чтобы получить снимок, как ты подписываешь контракт, Бентли, — донесся с другой стороны двери голос моего отца. — Ты нужен нам здесь.
Отстранившись от меня и встав, он тут же поднял меня на ноги, качая из стороны в сторону в своих объятиях, его подбородок уперся мне в макушку.
— Ты дашь мне шанс, Грета? — спросил он хрипло.
Ни для кого не секрет, что я упряма, но я не могла не хотеть дать этому человеку то, о чем он просил. Он учел мои опасения и адаптировался. Он пошел на компромисс… и мне это очень понравилось. Поэтому я кивнула ему в грудь, позволив поправить одежду и пригладить мои волосы. Он привел меня в маленькую ванную комнату, прижив к моей шее полотенце, смоченное прохладной водой, и поцеловал в лоб. А потом взял меня за руку и вышел со мной из приватной ложи, глядя тренеру прямо в глаза. Когда мы проходим мимо отца, выражение лица Эрика говорило об одном, и только об одном.
Моя.
  
Глава 5
 
Эрик
Грета приехала к порогу моего дома поздно вечером. Специально. Это было вполне ясно. Она наверняка нарушала свои собственные правила, но она громко и ясно дала понять, что будет находиться у меня дома на своих условиях. И Господи Иисусе, от ее дерзкого взгляда, которым она одарила меня, когда выходила из своей маленькой розовой спортивной машины, мой член стал твердым.
У меня был чертов стояк еще с тех пор, как я подписал контракт сегодня днем, и она вздохнула с облегчением. И с удивлением. Ведь я поставил свою подпись на пунктирной линии, не заставляя ее выйти за меня замуж.
Ей не нужно было знать, что я подписался не тем именем.
Тренер Велдинг был так рад, что все закончилось, что не стал проверять документы и, засунув их обратно в папку, рассказывал собравшейся прессе о будущем чемпионате. Может быть, никому и не нужно было знать о фальшивой подписи. Вполне возможно, что я выиграю Грету совершенно самостоятельно и мне не придется напоминать, что контракт никогда не был по-настоящему подписан, но я ни за что не оставлю столь важное дело на волю случая. Эта девушка стала глотком свежего воздуха в моих легких. Если ее упрямство мешало нам быть вместе, я покажу ей свое.
Когда она остановилась передо мной у входной двери, легкий аромат измельченных ягод поддразнил мой нос, и я испытывал сожаление о том, что обманул ее. Она верила, что я лучший мужчина, и я им буду. Я стану им, как только буду точно знать, что она останется.
 
Навсегда.
— Привет, Эрик, — сказала Грета, запнувшись, ее нервный тон совершенно не сочетался с надменно вздернутым подбородком.
С этой девушкой придется нелегко. Я понял это сразу, как только увидел ее, но сейчас вспомнил об этом снова. Не только потому, что у нее был вспыльчивый характер. Не только потому, что она чертовски упряма, но и потому, что под ее красивой оболочкой скрывалось нежное сердце — такое, которое могло выпотрошить мужчину за все его уязвимые места. Она пыталась заставить меня нервничать, явившись так поздно. Пыталась вести себя так, будто она главная, но на самом деле она чувствовала себя незащищенной. Ее пальцы дрожали на ручке сумки для ночевки, а плечи были напряжены.
И тут я заметил учебник, торчащий из ее сумки.
Спортивная медицина.
— Что это? — спросил я, кивая на него.
Она проследила за моим взглядом.
— На случай, если ты мне надоешь и мне захочется поучиться.
Когда мой смех прекратился, она лукаво улыбнулась, а я сделал мысленную пометку о том, что мне нужно найти частного репетитора, пока она будет со мной в дороге. Репетитор женского пола.
— Учишься, да? — я забрал сумку из ее рук, наклонив голову в сторону открытой двери, намекая, чтобы она шла впереди меня. — А ведь я пока не задумывался над этой дилеммой.
— Какой дилеммой?
Я последовал за ней в дом, и у меня текли слюнки от того, как дергались ее булочки под короткой белой плиссированной юбкой. Боже, если я скоро не затащу ее под себя, то взорвусь.
— Кто будет наказывать тебя за плохую оценку сейчас, когда ты еще не согласилась выйти за меня замуж? Я или Рик?
Она фыркнула мне через свое гладкое плечо.
— Я отлично себя дисциплинирую, спасибо.
— Это правда? — мы остановились в фойе, когда Грета откинула голову назад, и я на мгновение потерял дар речи от того, что девушка была здесь, такая красивая и в моем доме. Пока она не вошла, это были лишь пустые четыре стены. — Как ты себя дисциплинируешь?
— Когда я получаю плохую оценку, я заставляю себя смотреть баскетбол.
И снова мой смех застал меня врасплох, рикошетом отражаясь от стен белого интерьера дома в испанском стиле. Я вплотную подошел к Грете, поставил ее сумку на пол и положил руки ей на бедра. Сжав, крепко обхватил ее задницу с двух сторон под юбкой. Разминая упругую плоть, наблюдал, как она стала дышать чаще.
— Я заключу с тобой пари.
— Я… — ее глаза на миг потускнели, но она заметно встряхнулась и сосредоточилась. — Что? Какое пари?
— Я сделаю так, что тебе понравится баскетбол, и ты наденешь мою майку на следующую игру.
От ее фырканья мне захотелось нагнуть девушку через колено.
— Договорились, — она откинула назад свои светлые волосы. — Потому что этого никогда не произойдет.
— Никогда не говори никогда, малышка, — я хлопнул по одной из ее булочек, и она слегка хныкнула, эта уязвимость захватывала и затягивала, медленно затмевая ее упрямое поведение и оставляя ее с большими, послушными глазами и приоткрытым ртом.
Был шанс, что я смогу заполучить ее сейчас. Прямо в эту секунду.
Больше, чем шанс.
Она вжалась своей сочной попкой в мои руки, ее мяукующие звуки все громче и громче звучали в горле, но было несколько вещей, которые я хотел в этой жизни больше, чем увидеть Грету в моей майке, поэтому я перекинул ее через плечо и спустился вниз на крытую баскетбольную площадку, уже разработав план игры.
Грета шипела и толкала меня в спину.
— Я в твоем доме всего две минуты, а ты уже дважды распустил руки и повел себя грубо.
Я провел кончиками пальцев из стороны в сторону по складке за ее коленом.
— Может, мне держать свои наглые руки при себе?
— Я этого не говорила, — заворчала она.
— Ты, если пожелаешь, можешь сделать так, чтобы я вел себя с тобой более нежно, ты же знаешь это, верно? — я скользнул ладонью вверх по задней поверхности ее бедра, массируя по ходу. — В любое время, когда захочешь. И я не буду возражать.