Дочь тренера (ЛП)

— А теперь будьте хорошими для дедушки и Сиси, — крикнула я, когда девочки побежали навстречу пожилой паре, стоящей на подъездной дорожке с улыбками от уха до уха. Мой отец женился несколько лет назад, и мы любили мою мачеху. Она стала огромной, незаменимой частью нашей жизни, особенно детей, которых она обожала, и она определенно превратила давнего тренера и друга Эрика в большого мягкотелого человека.
Да, возможно, вначале было несколько препятствий, но сейчас наша семья едина. Счастливее, чем когда-либо. И я не могла не отдать должное сексуальному мужчине, чье запястье перекинуто через руль.
— Ты превысил скорость, — заметила я, пытаясь скрыть улыбку.
— Чертовски верно, — прорычал он, протянув руку, чтобы сжать мое внутреннее бедро, кончики его пальцев поднимаются выше, до самых трусиков, и проводят по моей щели вверх-вниз.
— Мне это чертовски нужно.
Медленно я стянула трусы с ног и бросила их ему на колени.
— Не волнуйся. Ты получишь это, папочка.
— Черт.
Его грудь вздымалась.
— Я не смогу доехать до дома. Мне нужно вылизать тебя сейчас.
Прежде чем я поняла, что он собирался сделать, мой непредсказуемый муж съехал на внедорожнике с дороги в лесной массив и припарковался вне видимости дороги. Он мгновенно вышел и перетащил меня с пассажирской стороны, усадив на заднее сиденье.
Я знала, чего хотел мой муж.
Он использовал свой язык, чтобы доставить мне удовольствие. Снова и снова. Пока я не обмякну и не смогу связать предложение воедино. Это его любимое занятие. Но, возможно, я хотела подарить ему не один подарок на день рождения. Мне ведь можно, не так ли?
Прежде чем он успел бросить меня на заднее сиденье, я опустилась на колени и начала расстегивать его ремень.
— Ах-х-х, Грета.
Его пальцы путались в моих волосах, его голос стал хриплым.
— Что ты делаешь? Ты знаешь, что я не могу нормально думать, когда ты берешь меня в рот.
Я опустила молнию на брюках и сжала член в кулак, погладив его об мою щеку. Поклоняюсь той его части, которая приносило мне невообразимое удовольствие за последнее десятилетие.
— А я и не хочу, чтобы ты думал трезво, — произнесла я, слизав семя с его кончика. — Я хочу, чтобы ты забыл о здравомыслии.
Эрик застонал, опершись рукой о борт внедорожника.
Он точно знал, о чем я просила.
— Ты хочешь, чтобы папочка трахнул этот маленький ротик?
Я робко кивнула, задохнувшись, когда он сжал мои волосы в кулак, направив свой член к моим губам противоположной рукой, грубо подав его мне.
— О-о-о, черт. Я давно положил глаз на этот симпатичный молодой ротик. Интересно, насколько он растянется для мужского члена, — Эрик проникал глубоко, вызвав у меня слезы. — Интересно, сможешь ли ты сохранить это невинное выражение лица, когда мои яйца будут прижаты к твоему подбородку.
Он проникнул еще на дюйм, и его гладкие, тяжелые яйца оказались у моего лица. Я наивно моргала, и он с проклятием вытащил его.
— Я не могу, малышка. Не могу играть, когда ты мне отсасываешь. Я кончу. Господи.
Я все еще задыхалась от недостатка кислорода, когда меня зажимали на заднем сиденье, прижав к спинке.
— Дай мне эту горячую киску, Грета, — рычал он, раздвинув мои колени и погрузившись в мою плоть жаждущим языком, ворча, когда пытался насытиться. Хотя мы оба знали, что этого никогда не произойдет, он все равно пытался, его язык не оставлял пространства.
— А-а-а. БЛ*ТЬ, — крикнул он в мою киску, впившись в меня жесткими губами и проводя руками вверх и вниз по моим бедрам. Задыхаясь и причмокивая, когда я достигла кульминации, его большой палец нашел клитор и кружил по нему маленькими кругами, пока я не выкрикнула его имя, запутавшись пальцами в его волосах.
— Сладчайшая маленькая штучка, — гортанно произнес он, поцеловав мои складочки, муж провел губами по моему животу, а кончиком языка по эрегированным соскам, прежде чем наконец нашел мой рот, поцеловав с такой же страстью — нет, больше, чем в первый раз, когда мы целовались десять лет назад.
— Я дам тебе минуту на отдых, а потом хочу еще, жена.
 
Мои губы сложились в ленивую улыбку.
— Чей это день рождения?
— Мой.
Он крепко целовал меня, любовь отражалась в его голубых глазах.
— Ты делаешь каждый день моим днем рождения, ангел. Я так тебя люблю.
— Я тоже тебя люблю, — прошептала я, а мой голос задрожал. — За следующее десятилетие.
Он гладил меня по лицу.
— И еще пять после этого.