Любовь в академии (СИ)

***
Артефакт, похожий на земной музыкальный инструмент, оказался креативной зачеткой и играть мог разве что на нервах. Вместо металлических пластин в него были встроены камни, которые предлагалось зажечь, изучив и успешно сдав целый список предметов. Сам список был выведен на поверхности бубна в виде схемы “Древо знаний”. Здесь значилась и упомянутая Азаартом теория аур, и основы ментальных щитов, и изучение источников силы, и с виду безобидный предмет “Знакомство с Альтасом”. Я прекрасно понимала, что в него могут включить все что угодно: от географии до права и политологии. Но больше всего меня смущала физподготовка, совмещенная с прокачкой иммунитета. Интуиция подсказывала, что речь идет не о банальном закаливании холодной водой или беге по морозу в майке. Ректор Кхаал заверил, что поначалу за мной будут присматривать и помогут познакомиться как с академией, так и с преподавателями.
Да, у меня будет свой куратор из числа адептов-старшекурсников. И это мне совершенно не нравилось. Вдруг назначенный ректором помощник окажется таким же вруном, как и Норгат?
Убедившись, что ударять в бубен мне не придется, я быстро приоткрыла крышку сундука и сунула туда артефакт, очень надеясь, что сидящая в темноте красноглазая белка догадается увернуться.
После оригинальной зачетки мне выдали металлическую пластину с гравировкой эмблемы академии. Пластина оказалась местным аналогом банковской карты, с той только разницей, что на счету была валюта, которую можно было потратить исключительно на территории академии. Сейчас на карте было пятьсот пламеней. Эти деньги я могла проесть в столовой, заказать на них улучшенную форму или нестандартные канцелярские принадлежности. Но сильнее всего меня удивило то, что такие карточки были положены всем без исключения.
— Равенство возможностей — главное кредо нашей академии. К нам поступают, как представители аристократических родов, так и маги из низов, поэтому моим предшественником был изобретен способ уравнивания учащихся. Если вы пожелаете получить что-то сверх базового набора, положенного каждому адепту, вам придется отдать за это часть пламеней.
Да, в академии всем ученикам полагалась стипендия, и за отличную учебу она была повышенная. За плохую учебу также наказывали, не материально, а отработками. Но сильнее всего меня заинтересовало то, что в академии можно было подрабатывать, оказывая услуги как другим адептам, так и преподавателям. Нет, мыть полы я никому не собиралась, но было бы желание, а подходящая возможность сама найдется.
— Если у вас больше нет вопросов, то смотритель прямо сейчас вам подскажет, где можно получить базовый набор адепта-новичка.
— А почему смотритель не встретил меня сразу у портальной?
— Потому что я попросил встретить вас кое-кого другого, — нехотя признался ректор.
— Эдмарда или Норгата?
— Вы и с фениксом успели познакомиться? — заметно опешил горгул, дав тем самым ответ на мой вопрос.
— Скорее это он со мной познакомился, — буркнула я. — А Норгат сказал, что кому-то проспорил и теперь вынужден со мной возиться.
И снова лорд Кхаал удивленно моргнул, а потом с улыбкой развел руками:
— Никакого спора, исключительно прямой приказ. Но если вам показалось, что Норгат не любит иномирян, то вам не показалось. Многие в академии считают, что адепты, подобные вам, занимают места более достойных кандидатов, непрошедших отбор.
— И это в самом деле так?
— Время покажет. Никто не позволит вам занимать чужое место, но в Академии Пламени можно найти свое.
Но просто не будет и меня наверняка постараются выжить. Пусть попробуют!
Я подхватила с пола сундук и улыбнулась:
— Я могу идти?
— Идите, и если у вас возникнут проблемы, то не стесняйтесь обращаться к куратору. С ним я познакомлю вас завтра.
Эм… Завтра? А я почему-то решила, что мой куратор Норгат. Наверное, у дракона было разовое задание, с которым он не справился. Интересно, как там он сейчас? Смотритель упоминал, что Норгат попал в лазарет. Жаль.
***
 
Смотритель академии оказался чудесным навигатором. Если закрыть глаза на ворчание, то передвигаться с ним по академии было одно удовольствие. Получить заветную форму, комплект тетрадей, учебников и канцелярии — другое. Третьем приятным сюрпризом стал ключ от личной комнаты.
— А я думала, что меня к кому-то подселят.
— Вы явились после начала учебного года. Все комнаты и места уже распределены. Придется довольствоваться той, что осталась. И потом, вы же иномирянка. Вам одной будет… спокойнее.
Да кто ж спорит. Я и сама пока не рвалась в местный социум. Прежде чем приобщаться к чужим тараканам, надо было со своими договориться. Или хотя бы познакомиться с белкой, которая, как я надеялась, еще не задохнулась в сундуке.
На третьем этаже мне ожидаемо приказали свернуть направо, но стоило мне сделать буквально три шага, как в каменной кладке появилась дверь, а бронзовый ключ, лежащий поверх стопки моей одежды, дернулся, будто живой.
— Заходи. Располагайся. Если что-то понадобится, заказать сможешь через журнал “Огненная доставка”.
Упомянутый смотрителем журнал нашелся у двери, едва я переступила порог. Следом нашлись кровать, шкаф, широкий подоконник с удобной нишей, позволяющей пользоваться подоконником как письменным столом, и стул. Собственно  на этом понятные и приятные элементы декора закончились, и я приступила к изучению стены с забавным рисунком, напоминающим план этажа. На нем были обозначены все комнаты с указанием имен владельцев. Если бы я не изучала столько лет местные руны, то сейчас бы не узнала, что за стеной находится мужская душевая, а женская комната для водных процедур располагается аж в другом конце коридора.
Все это было неприятно, но понятно, а вот о назначении пары десятков конусообразных штуковин на специальной деревянной стойке я могла только догадываться. Если это креативная декорация, то я дракон.
Бумс…
Я обернулась и обнаружила, что мой кейс вспомнил, что он чемодан и снова увеличился в размерах. Зубы у него тоже стали больше, улыбка шире, а размер челюсти намекал, что ночью шарить голой ногой в поисках тапка может быть опасно для здоровья.
— Ну привет тебе, Чумовой чемодан, — ласково пропела я.
— А со мной, значит, здороваться не собираешься? — возмущенно проворчали из недр сундука.
— А ты кто?
Варианта было всего два, и я искренне надеялась, что заговорила не моя бубенная зачетка.
— Я твоя белочка! — радостно объявили мне.
Крышка сундука откинулась, и из него выпрыгнула пушистая рыжая особь, в которой я интуитивно разгадала самца. Деловито осмотревшись, рыжехвостый запрыгнул на подоконник и замер, изучая стену с планом этажа. Я, в свою очередь, рассматривала белку, пытаясь осознать, что раньше вот этот рыжий чудик стоял на полке возле моей кровати. И он прибыл ко мне из Альтаса как подарок на день рождения.
Закончив с изучением стены, Белк выдал:
— Поздравляю, Любовь моя, ты влипла!
— Куда?
— В историю! Это комната старшего по этажу.
— Как это? Я же не вызывалась быть дежурной!
— Знаю, Люба. Но в тебя верят. — Рыжехвостый наставительно вскинул лапу. — Проще спихнуть ответственность на того, кто ничего не сможет сделать.
— Или ты перегибаешь. Это просто комната. А в академии есть смотритель, к которому можно обращаться по бытовым вопросам.
Да-да, именно так и было написано в книгах моей мамы.
— Да щаз-з-з… — Рыжехвостый всем своим видом изобразил скепсис. — Право обращения к смотрителю есть только у ректора, преподавателей, начальника охраны и некоторых избранных адептов. Так что ещё раз поздравляю, Любовь моя…
— Я не твоя любовь, — фыркнула я.
— Ещё как моя. Ты меня из спячки пробудила, силой своей накормила, так что, как говорится, “мы в ответе за тех, кого приручили”.
— Накормила? — я тут же ухватилась за самый непонятный аргумент белки.
Не хотелось бы выяснить, что эта странная и явно волшебная сущность меня по-тихому ест.