Юрий Долгорукий
Для пятнадцатилетнего Юрия это был первый боевой поход. Не шутейные игры с деревянными мечами на улицах Переяславля! Впереди ждали разбойные орды охочих до крови половцев, предстояли жестокие бои и сражения, и сердце Юрия замирало от предчувствия жутких и страшных событий, коими изобилует каждая война. Сможет ли он выдержать испытание, проявит ли он настоящее мужество и окажется ли достойным имени Мономашича?..
Отец поручил ему командование сотней. Своим помощником он взял себе неизменного друга Ивана Симоновича. 26 февраля 1111 года огромное войско стало выходить из Переяславля, направляясь в Дикую степь. Ратники проходили мимо митрополита Никифора, епископов и попов с крестами, которые благословляли христианское воинство на крестовый поход против поганых половцев. Потом еще целых одиннадцать верст, до реки Альты впереди ратей шли церковные люди.
Отдохнув, полки двинулись дальше, в сторону границы. К Юрию подскакал Святослав, выкрикнул:
– Так вот ты где пропадаешь! А я-то его ищу, по степи рыскаю!
– Нарочно от тебя скрывался! – в тон ему ответил Юрий, радуясь появлению друга. Он знал, что троюродный брат идет в составе черниговского войска, но увидеть его так и не удавалось: дел перед выступлением было много, не находилось времени вырваться и поискать, где остановился Святослав со своей дружиной. – Ты с отцом?
– Нет, отец серьезно заболел, отпустил вместе с братьями.
– Тебе позавидуешь – самостоятельный! А за мной глаз да глаз!
– Скажешь тоже! У Мономаха только и дел, что за тобой смотреть. Под его рукой все русское войско!
Некоторое время ехали молча. Наконец, лукаво взглянув на своего друга, Юрий спросил:
– Ну и как семейная жизнь?
Святослав неопределенно махнул рукой:
– Да так… Идет. А у тебя?
– Понемногу. В крайнем случае играть в куклы уже не зовет.
– Потомства не появилось?
– Еще чего! Орать будут по ночам, а я поспать люблю.
– Я тоже засоня. Но интересно было бы посмотреть, как будут бегать по горнице маленькие людишки.
– Я за собой никакого такого интереса не наблюдаю! – отрезал Юрий.
Солнце стояло высоко, жарило по-весеннему. В степи белыми островами виднелись остатки снега, земля еще не проснулась от зимней спячки, копыта коней с шуршанием разбивали прошлогоднюю засохшую траву. Святослав скинул кафтан, перекинул его перед собой на хребте коня, сказал Юрию:
– Раздевайся до рубашки, а то взмокнешь!
– И то верно.
– А что, – спустя некоторое время спросил Святослав, – это правда, что с Мономахом едет игумен, который побывал в святых местах?
– Игумен Даниил, разве ты его не знаешь? Он же ваш, черниговский.
– Откуда? Я ведь в Новгороде-Северском живу.
– Игумен был у отца и так интересно рассказывал о своем путешествии!
– А давай его пригласим. Ему, наверно, скучно ехать, хоть воспоминаниями отвлечется.
– Удобно ли? Вдруг откажется…
– Попытка – не пытка. Чего мы теряем? А в случае удачи послушаем про заморские страны!
Поехали оба. Сотня Юрия двигалась в составе Мономахова войска, так что издали был виден великокняжеский стяг с изображением лика Христа. Там они нашли игумена Даниила.
Странник сидел в возке, худое тело его беспомощно болталось от тряски на неровностях. Вид усталый, щеки запали, а глубоко посаженные глаза закрыты. Не ясно было, то ли спал игумен, то ли задумался, а может, просто ушел в себя от всех мирских забот.
Юрий и Святослав долго ехали рядом, боясь потревожить священнослужителя. Наконец Юрий спрыгнул с коня, пошел рядом и спросил, наклоняясь к уху Даниила:
– Как ты себя чувствуешь, отец Даниил?
Игумен тотчас открыл глаза и уставил на него острый и живой взгляд. Спросил неожиданно звонким голосом:
– Ты меня вопрошаешь, юноша?
– Да. Я слышал, что ты был в святых местах, – начал было Юрий, но игумен тотчас перебил его:
– Тебе, наверно, хотелось бы услышать мое повествование? Что ж, я согласен побеседовать хоть сейчас. Так мне надоело в одиночестве трястись по этой однообразной степи.
– Со мной князь новгород-северский Святослав, он тоже жаждет услышать твой рассказ.
– Я вижу, ты одвуконь? Одолжи мне одного, я разомнусь немного и заодно отвлекусь от различных дум.
Он довольно резво поднялся со своего сиденья, спрыгнул на землю и твердой рукой взял за уздцы второго коня Юрия. Затем неожиданно легко вскочил в седло и поскакал вперед. Княжичи поспешили вслед за ним. Наконец игумен остановился, весело посмотрел на них, сказал:
– Угнались бы за мной, когда я был помоложе!
Затем он поехал не спеша, княжичи пристроилась к нему с обеих сторон.
– Да, юноши мои, с Божией помощью видел я святые места, обошел всю землю Галилейскую и святые места около града Иерусалима, где Христос ходил своими ногами и великие чудеса показывал, – начал он свой рассказ. – И видел все своими очами грешными, что беззлобливый Бог позволил мне увидеть и что я долгое время жаждал увидеть.
«Приплыл я в город Царьград, а потом по заливу триста верст шел до Средиземного моря. Посетил я остров Тенеда, где покоится прах святого мученика Авудима. Против того острова на берегу был великий город именем Троя, тут апостол Павел утверждал христианство…
Посетил я город Ефес – на суше, от моря – четыре версты, в горах, обилен всем добром. Здесь поклонялся я гробу Иоанна Богослова и с его молитвами радостно дальше путешествовал.
Далее находятся многие острова. Среди них – остров Родос, большой и очень богатый всем. На этом острове был в неволе русский князь Олег…»
– Это ты, преподобный, о моем отце рассказываешь! – взволнованно перебил речь игумена Святослав. – Его вместе с матушкой на этот остров император Византийский сослал на вечное поселение, но он оттуда бежал и вернулся на Русь!
– Раз ты из Новгорода-Северского, стало быть, теперь князь Олег этим княжеством управляет?
– Да. Он неважно себя чувствует и в поход послал меня.
– Жива ли твоя матушка, греческая красавица Феофания Музалон? Ведь он, кажется, вместе с ней бежал с острова Родос?
– Да, моя матушка жива и здорова.
– И много ли чада у них народилось?
– Я у них третий, а всего нас у батюшки с матушкой пятеро сыновей.
– Славно, славно… Много разговоров было на Родосе, какой красивый и сильный собой твой батюшка, какие смелость и изобретательность проявил и вырвался из неволи!
Да, так оно и было. В 1079 году хазары, как говорили, по наущению великого князя киевского Всеволода недалеко от Тмутаракани захватили Олега и продали в рабство на греческое торговое судно. Думали, пропал человек! Ан нет, в 1085 году вернулся он из Византии и снова бурно ворвался в княжескую смуту на Руси, и даже великий летописец Нестор в своей «Повести временных лет» отметил это событие: «В год 6591 (1083). Пришел Олег из Греческой земли к Тмутаракани, и захватил Давыда и Володаря Ростиславича, и сел в Тмутаракани. И иссек хазар, которые советовали убить брата и его самого, а Давыда и Володаря отпустил».
И далее игумен Даниил стал не спеша и подробно рассказывать, как добирался до Иерусалима, какие страны и народы видел. Побывал он на островах Леро, Калимно, Низиро и Косе, наведался на большие острова Кипр и Крит, а потом морем добрался до Иерусалима. Как зачарованные слушали княжичи о чуде-городе, где люди плачут от радости, увидев желанную землю и святые места и где Христос претерпел мучения ради людей…
Подробно рассказал игумен о встрече с князем Эдесского государства Балдуином. Возникло оно благодаря ратным подвигам крестоносцев. Несколько лет назад, повествовал Даниил, в странах 3ападной Европы папа римский Урбан призвал христиан отправиться на Восток и освободить от неверных город Иерусалим, где находилась гробница Иисуса Христа. На призыв откликнулись десятки тысяч воинов, которые в августе 1096 года отправились в Крестовый поход. В тяжелейших условиях жары и безводья дошли рыцари до Сирии и Палестины, разгромили мусульманские войска и штурмом взяли Иерусалим.