Фельдагент. Порох, шляпа, сапоги (СИ)
— Поверьте, эта сможет, — нахмурился я.
Не то, чтобы я на самом деле считал Вратку крутым суперагентом, уровня Бонда, способной проникнуть в особняк и вырезать всех подчистую. Не имелось у меня такой уверенности, хотя одиночных часовых девица и снимала на раз. Но зачем мне было успокаивать господина Бережко? Пускай немного напряжётся. Нам будет охотнее помогать.
— К тому же, — продолжил я, — мы не считаем, что наша шпионка решится на штурм дома. Скорее всего, убедившись, что особняк является искомым объектом, наведёт на него вражескую авиацию. А бомбам, увы, плевать на прочность вашего забора и количество охраны.
— Вы просто не видели моих подвалов, — усмехнулся Киян. — Там можно укрыться от авиаудара любой мощи. Но, в самом деле, — скривившись, качнул он головой и развёл руками, — как ни крути, было бы решительно неприятно враз лишиться результата столь кропотливых трудов. Я про дом, разумеется. Кстати, господа, касаемо слежения за домом. Заметил я давеча прелюбопытнейшую оказию. Пожалуйте за мной, господа.
Развернувшись, он деловито направился к лестнице на второй этаж. Как раз в тот момент, когда наверху появилась переодевшаяся в домашнее Златка. Если, конечно, платье, в которое девушка облачилась, можно было назвать домашним. Словно на бал собралась.
Киян, увидев начавшую спускаться по лестнице дочь, даже прикрякнул от удивления. Видать, не ожидал увидеть её в столь расфуфыренном виде.
— Ты куда, батюшка? — чуть посторонилась Златка, пропуская поднимающегося ей навстречу отца.
— Скоро вернёмся, милая, — приобнял тот девушку за плечи и прошествовал далее.
— Сударыня, — кивнул я ей, проходя мимо, — моё восхищение.
Златка слегка зарделась, смущённо улыбнувшись и изящно склонив голову. Но глянула не на меня, а на Тимона, идущего следом. Я обернулся. Да уж, такого радостного оскала я у орка ни разу ещё не наблюдал. Похоже, предстояла братцу бурная ночка. Если, конечно, господин Бережко не попросит нас вон. Такое впечатление, что его не сильно обрадовал повышенный интерес дочери к гостям.
— Соблаговолите сюда, господа, — Киян, распахнув какую-то дверь, пропустил нас вперёд. — Это мой рабочий кабинет и библиотека. Но суть не в том. Пожалуйте к окну, господа. Только осторожно, занавеску не троньте. Стойте здесь. Извольте принять окуляр.
Взяв с книжной полки одного из множества шкафов небольшую подзорную трубу, выполненную явно кустарным методом, он протянул её Тимону. Тот кивком головы перенаправил внимание господина Бережко ко мне.
— Куда смотреть? — взял я самодельный девайс в руки. — Сам смастерил?
— Да, — кивнул Киян, от надменности которого почему-то и следа не осталось, — потешил, так-перерастак, руки на досуге. Это выбраковка из мастерской. Но не выкидывать же. Для дела пусть и не пойдёт, но вот для такой шалости в самый раз. А смотреть на озеро надобно. Только занавеску не колыхни, а то встревожиться может.
— Кто? — я поднёс трубу к правому глазу.
— Рыбак странный, — с энтузиазмом, пояснил Киян. — Ты, сударь, на полынью посмотри, что от бомбы стала. Видишь, там рядом несколько палаток поставлено. Так ты на крайнюю справа глянь, что входом сюда повёртана.
— Палатка как палатка, — слегка пожал я плечами, разглядывая скромное рыбацкое укрытие. — Чего в ней странного?
— Я, знаете ли, господа, — обращаясь к нам обоим, продолжил Киян, — когда окуляр мастерил, частенько рыбачков разглядывал, благо вид на озеро, в чём легко убедиться, из оного окна пречудесный открывается. Так вот палатка сия ранее пологом к полынье стояла, как и прочие. А нынче, извольте заметить, по-иному повёртана. Я сей пассаж ещё вчера поутру приметил. Странность на память взял, но не встревожился. А вот теперь, словам вашим внимая, разумею, что неспроста палатку-то ту повертали.
— Ну да, — поразмыслив, согласился я. — Необычно. Ладно бы, рыбак перед входом свежую лунку пробурил. Но ведь нет, просто отвернул палатку от полыньи. Рыбачить так, и впрямь, не то что затруднительно, а совершенно невозможно. Зато дом превосходно видно.
— Вот и я про то же, господа, — обрадовался Киян.
— Ну-ка, глянь, — протянул я трубу Тимону.
— Да я и так вижу, — отмахнулся тот. — Надобно сходить, проверить, не наша ли это ушастая шпионка пункт себе наблюдательный организовала. Не удивлюсь, если хозяин палатки нынче уже на дне озера рыб кормит.
— Спугнуть можем. Да и неизвестно, Вратомила там или нет, — задумался я и повернулся к Кияну: — Не удалось ли заметить, достопочтенный, кто в палатку входил? Мужчина ли, женщина…
— Да что ты, сударь, как можно? Бабы у нас отродясь рыбным ловом не промышляли.
— Батюшка, — к нам, оказывается, а я и не заметил, успела присоединиться Златка, — что ж ты так выражаешься? Не куртуазно ведь. Следует говорить «дамы».
— Изволь, душечка, — Киян нахмурился, но перечить дочери не стал, только руками развёл, — пусть будут дамы. И оные дамы в наших краях рыбы не ловят, ибо, как ни крути, не бабское это дело.
Златка забавно сморщила нос и состроила нам с Тимоном гримаску, мол, ничего не поделаешь, терпите эдакую батюшкину неблаговоспитанность. Но нам и не до расшаркиваний куртуазных было.
— Так заметил кого или нет? — вновь обратился я к Кияну.
— Не довелось, — мотнул головой тот. — Видать, потемну кто пришёл.
— Проверить надобно, — повторил Тимон.
— Надобно. А как? — потёр я задумчиво лоб. — Если кто из наших орков туда сунется, Вратомила враз смекнёт, что дело нечисто, и сбежит. Ещё и поранит кого, если не прикончит. Тут нужно кого-то из местных заслать.
— Так давайте я прогуляюсь, — предложил Киян. — Я на озеро да обратно частенько хаживаю для моциону утреннего али вечернего. По её, вон, настоянию, — гном указал на дочь, — для здоровью пособления. Дело-то привычное.
— Нет уж, — Тимон поморщился, скептически оглядев хозяина дома с ног до головы, — ты, господин хороший, для такого не сойдёшь. Мы хоть и девицу ловим, да больно уж жестока она. Заподозрит чего, а тебе с ней и не справиться.
— Да я подковы гну походя, — возмутился Киян. — Неужто с бабой, то бишь с дамой, так-перерастак её, сладить не смогу?
— Не сердись, почтенный, — поспешил я его остудить, и не обижайся. Тут не в силе дело. Эльфийка обучена и натаскана убивать. Она уже и гномов, и даже орков порезать успела. Ты без должных навыков и тренировок против неё не устоишь. Скажи лучше, есть ли среди охраны внизу кто посмекалистее да половчее?
— Кипа Жила, — пожал плечами Киян, — предкапрал ихний, вроде удалец хоть куда. И боек, и умом крепок.
— Хоть куда не нужно, — поморщился я. — Надо, чтоб он по бережку прогулялся, с рыбачками поболтал да, как бы невзначай, в палатку заглянул. Спросил, возможно, про улов и посмотрел, кто в палаточке той обитает. Сможешь такую задачу капралу поставить?
— От чего ж не могу? Могу, — кивнул Киян.
— Только предупреди, — поспешил я добавить, — чтоб сильно на рожон, если что, не лез. Потому как может и без башки остаться, и шпионку нам спугнуть. Поделикатнее пусть действует. А мы отсюда посмотрим. Думаю, — повернулся я к Тимону, который в этот момент откровенно и безотрывно пялился на Златку, — нужно нам Варгонсо предупредить, чтоб наготове был с ребятами. Увидим, что Вратка, если там она, с места сорвалась, тут же в погоню за ней двинем.
— Согласен, — кивнул орк, неохотно отрывая взгляд от девушки, весьма благосклонно относящейся к столь пристальному вниманию со стороны моего братца. — Ты предупреди, а я за палаткой послежу.
— Угу, за палаткой, — мне даже пнуть его по коленке захотелось. Интересно, я таким же дебилом со стороны выглядел, когда ту же леди Амену, скажем, обхаживал? — Ты тогда трубу вот подзорную возьми и повнимательнее смотри.
— Ой, а можно я в окуляр глядеть стану? — протянула ко мне руку Златка.
— Можно, — вздохнул я, передавая девушке трубу. Подхватив под руку Кияна, повёл его к дверям: — Пойдём, почтенный, ты с предкапралом потолкуешь, а я своих предупрежу. А потом, — я повысил голос, обернувшись, — назад скорее поспешу, чтоб тоже палатку из виду не упускать.