Кошмар фейри (ЛП)

Орки за мной радостно завопили, и я побежала быстрее, скользя на поворотах и спотыкаясь об кусты малины и поросшие мхом бревна, пытаясь оставаться в свете факела в духовном зрении.
Быстрее, Элли! Быстрее!
Я не могла оставаться впереди слишком долго. Мне нужно было укрытие. И быстро.
Рядом была небольшая берлога, где пару лет назад устроился на зиму медведь? Теперь это было лет десять назад.
Я поспешила туда зигзагом, пытаясь сбросить их со следа.
Прощу, только бы в берлоге не было медведя!
Я прошла через березовую рощу, перепрыгнула край берлоги, повернулась к входу в пещерку. Я подняла повязку, но обычное зрение ничего не показало. Берлога была холодной, пахла свежим горным воздухом. Я снова опустила ее.
Берлога была пустой.
Я пыталась совладать с дыханием. Они были за мной, и я едва влезла в пещерку из спутанных корней сверху и тяжелых камней по бокам и сзади.
Мох и земля посыпались у входа, попадали на меня. Я подняла факел выше, смотрела, как дюжина орков прыгали через холм, за ними следовал сияющий олень.
Один вдох.
Никто не повернулся.
Два вдоха.
Фух.
— Мы прячемся в пещере, — сказал Верекс.
Я сорвала шкуру крысы, накрыла ею клетку. Лучше пусть молчит!
Я смотрела на вход, страх охватил меня, но никто не повернулся. Когда мое сердце успокоилось, я сняла шкуру крысы с клетки.
— Тихо, или я тебя заставлю замолчать.
— Мы пропускаем веселье, — возразил он, но сделал это тихо.
— Полагаю, тебе не нравится такой поворот? — прошептала я Верексу сквозь зубы. — Я думала, что ты хотел на Пир воронов.
— Я хотел вести его, а не быть в клетке! Леди Кубков рано отдала приказ. Она обманула меня.
— Разве фейри не так делают?
— А еще мы топим людей, которые нам не нравятся, в вине, — напомнил он. — Мы делаем многое. Я покажу ей многое, если выйду из клетки.
Я фыркнула.
— Но ты не освободишься из клетки, пока не будешь меня слушаться.
— Ни за что, — сказал он.
Эта пещера была хороша, чтобы спрятать вещи. Я не могла носить все с собой в бою. Я сняла сумку со спины. Она была мне нужна?
Лук и стрелы. Меч.
Было холодно, шкура крысы поможет.
Я убрала остальное глубже в пещеру. Я вернусь за этими вещами.
Я подняла рукоять топора. Если я возьму ее, одна рука будет занята, и я не смогу использовать лук. Вздохнув, я убрала ее в пещеру к сумке. Мир потемнел. Я уже скучала по этому факелу.
А клетка? Что с ней делать?
— Пялься, сколько хочешь, — прорычал Верекс. — Я не передумаю.
— Я просто решаю, оставить тебя тут или взять с собой, — я поджала губы.
Без клетки я не поймаю Хуланну. С клеткой я буду вместе с шумным Верексом. Выбор казался невозможным.
Но не было смысла гнаться за ней без клетки. Это был единственный шанс.
Вздохнув, я привязала ее к поясу и покинула берлогу.
Глава тридцать вторая
 
Жаркий хаос боя был для меня незнакомым.
Я привыкла терпеливо выжидать, целиться, управлять дыханием.
Я не привыкла к оленям, несущимся по лесу с тремя фейри на спинах, стреляющими среди деревьев. Я едва уклонилась от дротика, вложила стрелу в лук, но они скрылись за деревьями.
Я не поднимала повязку. От этого пейзаж был размытым, вызывал тошноту, но фейри были четкими и яркими. Лучше видеть врага, чем каждое дерево и пень.
Я сделала три шага, и группа из трех орков с топорами пронеслась мимо. Верекс крикнул им, и они повернулись.
Что ж такое!
Я выпустила первую стрелу, не думая, инстинктивно целясь в незащищенное броней горло — вытащила вторую стрелу и вложила в лук, когда оставшиеся двое напали.
Второе попадание в горло. Я не ждала, чтобы увидеть, упал ли он.
Мои ладони дрожали.
Третий орк напал на меня. Я сжала клетку, подняла ее для удара.
Верекс закричал внутри, и я повернулась и прыгнула в сторону. Я отпустила клетку, она потянула за мой пояс. Я схватила еще стрелу, вложила в лук. Времени целиться не было.
Стрела полетела мимо.
И повернулась — невозможно — в воздухе, попала в глаз врага.
Я охнула, он отшатнулся. Я быстро схватила другую стрелу, выстрелила снова. В этот раз я попала в шею, рассекла артерию. Он упал на землю.
Я склонилась, тяжело дыша, меня стошнило на траву. Убийство разумных существ было не тем, к чему я привыкла. Даже орков.
Я не могла успокоиться. Дыхание было слишком быстрым, голова дико кружилась.
— Невозможно, — прошипел Верекс.
Путники говорили, что лук пронзает сердце зла. Я думала, это было образно. Так и было, стрелы пронзали не сердце, но летели туда, где было зло.
Магия.
Магия была невозможной, злила меня… и она была моей единственной надеждой сейчас.
Я спокойно подняла повязку, собрала стрелы, быстро опустила ее, закончив, и огляделась, чтобы не было сюрпризов. Я пыталась игнорировать ругательства Верекса.
— Кто дал тебе эту магию, смертная? Это не для рук твоего вида. Я порву их на куски и растопчу каждого.
— Это угроза, орк?
— Я буду не просто угрожать. Я выпущу твои кишки.
Я ударила клеткой об дерево, и он упал на дне.
— Я сказала: тихо, — прошипела я. — И я серьезно. Тихо, или я узнаю, пронзит ли стрела через прутья твое злое сердце.
Я склонилась, прижавшись спиной к дереву, ловя ртом воздух. Все происходило слишком быстро. Всюду были группы фейри, двигались по моему лесу, словно это место им принадлежало.
Мои ладони дрожали. Я не могла их успокоить.
Мне не нравилось биться, не нравилось убивать.
Я вытерла лоб ладонью, проверила стрелу в луке, вышла из укрытия, пригибаясь и озираясь.
Почему я не втянула всех в клетку? Инстинкт требовал стрелять, но я могла легко их поймать.
Я обошла камень, что стоял за большой елью.
Звон стали заставил меня застыть, но я покачала головой, подняла повязку и огляделась. Около десяти человек бились вместе, среди них был Корн. Они держали высоко щиты, копья ударяли из их строения, но даже с такой защитой они проигрывали.
 
Я опустила повязку и посмотрела снова.
Четыре орка плясали вокруг них, хохоча, их изогнутые топоры били по краям щитов, оставляя вмятины, разбивая их. Рыча, я сосредоточилась на ближайшем, прищурилась и представила его маленьким и в клетке.