"Фантастика 2025-80". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)
— Что ж. Тогда не вижу препятствий. Ты можешь вернуться в общежитие.
Шентия направился к выходу и чуть замешкался у двери.
— У тебя очень сильная магия, Ардина. К ней нужен особый подход. Достойное обучение это не какая-то «глупая возня». Если ты захочешь, я мог бы заняться этим. Из тебя может получиться могущественный темный маг.
— Темный! — воскликнула с горечью я, зацепившись за ключевое для меня слово, даже не осознав, что именно предложил только что Шентия. — Вот именно… Нет. Нет, спасибо… Мне не нужна ваша помощь, чтобы стать темным магом — я не собираюсь им быть. Мне претит сама суть этой магии — разрушение. Я не буду темной. Я подожду. Я буду ждать, сколько нужно. Он обещал, она вернется…
— Кто? Что вернется? — нахмурился Шентия.
— Белая магия. У меня их две, равные по силе. Интальд обещал.
— Ардина, Интальд Премудрый умер шестьсот лет назад. Да, его магия, родственная твоей, растворилась в стенах Академии и потому сумела снять твою печать. Но сам дух его покинул и этот мир, и Изнанку. Никто с момента его смерти не общался с ним, а пытались лучшие маги духов. Возможно, после слов мэтра Дрэйзо тебе что-то и привиделось в обмороке…
— Не привиделось. Я говорила с ним!
— …но Врата не врут. У тебя только одна магия, Ардина, — тьма. Это видели все.
— Я отдала белую Интальду, чтобы тот восстановил Врата.
— Ардина, магию невозможно просто так отдать или забрать без остатка. Будь у тебя их две, Врата показали бы это. Даже если бы вторая магия была истощена, Врата все равно отобразят суть магии, а не ее резерв. А арка восстановилась сама, как только твоей жизни перестала угрожать родовая печать.
Я замолчала. Да нет же, бред какой-то. Я же собственными глазами видела поделенное на равные черную и белую части пространство арки. Говорила с Интальдом. С дядюшками-духами.
— К тому же ты была после ментального воздействия, ослаблена физически и морально. Вот твое подсознание и выдало фантазию за действительность…
Да не могла я все это придумать, будучи без сознания! Я бросила случайный взгляд в зеркало на стене. То ли плохое освещение, то ли старое зеркало искажало действительность, но мои серебряные волосы вдруг показались мне свинцово-серыми. Шентия, окинув меня беспокойным взглядом, подошел к креслу, опустился на корточки.
— Ардина, твоя магия уже уникальна. По своей силе, по чистоте. В нашем мире такое теперь практически не встречается. Я понимаю, тебе претит тьма. Но вообразить, будто в тебе есть еще одна такая же мощная сила, это уже за гранью мыслимого. Прими свою магию какая она есть. Я могу тебе помочь. Но не живи в иллюзиях.
Подавленная, я пересчитывала завитки на резной раме зеркала. Вы уже уничтожили одну иллюзию, ваша светлость, заставив меня почувствовать себя на какой-то миг желанной, поцеловав на балу. Теперь забираете еще и это. Я смотрела в одну точку, повторяя про себя наставления мэтра Сарттаса по медитации и контролю. Арн Шентия какое-то время еще постоял рядом и наконец молча вышел.
— Лови! Лови тварюгу!
— Куда он удрал? Только что тут был! Что это за тварь вообще, кто-нибудь рассмотрел?
— Да крыжт его знает, вроде на манча похож…
— Ага, много ты видел, чтобы манчи бегали? Это гроршев па́щенок, я вам отвечаю! Когти-то, когти!
— Так грорши вроде на двух лапах, а этот на четырех…
— Ну мало ли, вчера только народился, не встал еще…
От тяжелых мыслей меня отвлекли взбудораженные голоса студентов за окном. Слышать их в этой части Академии было непривычно. Это самый дальний и тихий ее уголок, здесь живут преподаватели и гости. А кто же в своем уме станет на рожон лезть? Вероятно, и студенты вскоре сообразили, куда забрели, так что поспешили убраться. Голоса стихли. Или, все-таки, нашли сбежавшего манча? Действительно, сложно представить, чтобы эти коротколапые ленивцы передвигались еще как-то, кроме как на руках своих хозяек.
Впрочем, «непривычно» — это я покривила душой. Сама-то и недели еще здесь не пробыла, как знать, что тут в порядке вещей, а что нет. Да и не задержусь более. Отдельный домик для одной студентки — это даже круче платных личных апартаментов, вроде тех, в каких жил шестикурсник Эстас Шилла, капитан нашей команды в недавнем прошлом. Вот только пользоваться и дальше подобным гостеприимством я не собираюсь. Тем более, не за личные заслуги сюда поселили, а чтобы отгородить от всех остальных.
Но хватит. В своей потайной комнате в женском общежитии мне будет гораздо спокойнее. Снова студентка, имею право на размещение. Зато там никто меня не найдет и без спросу не вломится.
Собирая вещи для недальнего переезда, никак не могла избавиться от терзавших сомнений. Наследница тьмы, хмыкнула про себя с горечью. Неужели Шентия прав? И нет никакой светлой магии, не было Интальда, а все это фантазия, обморочный сон после легилименции?
И ведь не проверить никак более. Башня с Вратами вновь закрыта до летнего отбора. Духи-повара пропали. Я звала Интальда еще несколько раз, прикасаясь к холодной древней кладке, окружавшей Академию — внешняя стена высилась как раз за выделенным мне домиком. На прикосновение сбегались золотистые искорки, стена теплела, словно отвечая на приветствие, но и все. Все мои вопросы так и оставались без ответа.
Мэтр Сарттас вскоре научил видеть свой внутренний магический резерв, прикасаться к нему. Но ни одного проблеска, ни самой малой белой искры в этом бескрайнем черном озере я так и не смогла отыскать.
Тряхнула головой — хватит. Мучиться, сомневаться, а еще расстраиваться — нельзя кормить Тьму.
Все в голове, мэтр Сарттас так и сказал, выразительно постучав длинным пальцем по лбу. И еще вот тут, прижал он руку к сердцу. Боевая магия питается яростью и неистовством, магия жизни — внутренним светом и радостью мага. Темная же — злостью, болью, гневом. Но чем сильнее и чаще проявляются эти эмоции, тем неукротимее Тьма. Она разрастается, заполняя собой все уголки сознания, пока человек полностью не отдастся в ее власть. Контроль над эмоциями — первое, чему учат темных магов. Холодное сердце и чистый разум — только так можно держать ее в узде.
Окончательно успокоившись, побросала в сумку свои немногочисленные вещи. Накинула небрежно пальто — за десять минут не замерзну. Домик запирать не стала, да и нечем было. На выходе сумки с тряпьем без слов подхватил Анхельм. Мекса поправила на мне съехавшее пальто.
— К себе?
Я кивнула, стараясь не удивляться и не спрашивать ни о чем. Холодное сердце и чистый разум. Молча они проводили меня до нужного строения.
— Встретимся за обедом? — спросила я, когда мы остановились на пятом этаже женского общежития. Из приоткрытых дверей на меня пялились десятки круглых глаз. Получив ответ, поднялась по узкой технической лестнице под крышей к себе, в свою тайную комнату.
Дверь, не дожидаясь прикосновения, обозначилась контуром в глухой стене и послушно отворилась. Я была дома.
Только, уезжая, я никак не могла оставить после себя такой бардак. Кровать смята, с полок все сметено на пол, стулья опрокинуты, окно нараспашку… Будто ураган прошелся. Действительно порыв ветра или здесь кто-то был? Но каких-то новых вещей, как и пропажи старых, что свидетельствовало бы о новом жильце, я не заметила. Обыск? Очень сильно сомневаюсь, раз уж сам Ронард Шентия не смог сюда проникнуть.
Ладно, не впервой порядок наводить. Я заправила кровать, выбросила пару разбитых горшков с цветами. Земля из них разлетелась и на бежевый мягкий ковер. А еще он как-то странно топорщился посередине. Опустившись на коленки, приподняла угол ковра и из под него на меня уставились два изумрудных немигающих глаза.
Чтобы это ни было, но оно задом попятилось от меня, все также скрытое ковром, пока тот не закончился с противоположного конца. Черная мелкая тварь со взъерошенной шерстью наконец осознала, что осталась без убежища, негодующе заверещала и бросилась в ванную, путаясь в тонких длинных ногах.
Так вот кого искали! Толком незваного гостя я рассмотреть не успела, но манчем его можно было назвать разве что с большой натяжкой. Манчи толстенькие, с короткой светлой шерстью завитками и очень короткими лапами. Ушки у них еще очень смешные — невысокие, кругленькие. Мимо меня же пронеслось что-то черное, несуразно тощее, длиннолапое и длиннохвостое, с острыми же длинными ушами. Не детеныш грорша, конечно, откуда бы ему здесь взяться, они только в горах живут. Но действительно крыжт знает, что такое! Или таковы крыжты и есть? Кто ж их видел…