"Фантастика 2025-80". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

— А, так все же принц?
— Фу, Беата, нет! Как ты могла подумать! — меня уж передернуло. — Сама с ним целуйся!
Но когда подруга села на любимого конька, остановить ее уже было невозможно. Она тискала меня, щекотала, тормошила, пока не пришлось сдаться.
— Ладно… помнишь мага, который меня из приюта увез? Он сначала тебя еще проверял.
— Так их там несколько было… Ой, — вытаращилась она. — Только не говори, что это тот, самый главный и самый жуткий!
  
Жуткий? Для Беаты возможно, но мне Шентия таким никогда не казался. Суровый, да, жесткий. И даже, наверно, жестокий. Но страх он на меня никогда не нагонял. Со вздохом призналась, что он.
— Ужас какой! Вот наглец! Противно было, да?
— Ну-у… вообще-то, это я сама его в первый раз поцеловала, — у Беаты чуть глаза из орбит не вылезли. — И совсем даже не противно…
Дальше пришлось отбиваться подушками, потому что Беата жаждала знать все и в самых мельчайших подробностях.
— Ох и счастливая ты, — восторженно прошептала она, когда я, смущаясь, сбивчиво рассказала о его светлости.
— Да что ты за глупости говоришь. Ну поцеловались и разбежались.
— Не-еет… Ты вот так сейчас все описала, что ни в одной книжке не прочитаешь. Я же вижу, как у тебя глаза горят…
— Все, спи уже, дурочка!
Беате я обеспечила сладкие сны, а себе — бессонницу. Вроде только успокоилась, как пришлось пережить все заново. Хоть над собственной койкой начинай работать! А что, вот запатентую спальный гарнитур «Спокойной ночи». А еще лучше — «Лечебный сон», а то чувствовала я себя последние несколько дней неважно. Сначала по женской части недомогание, а потом простыла, что-ли. Впрочем, слабость могла быть запоздалой реакцией на недавние сильные переживания.
В один из моих «домашних» дней из лавки прискакала Беата с выпученными глазами.
— Ардин, бегом! Там покупатель один тебя хочет видеть!
— Меня?
— Ну да! Он позавчера еще был, безделушку одну хотел купить. Ну, из твоих. Я ему и сказала, чтобы так брал, а коли пригодится, так пусть возвращается. Вернулся!
У самой лавки Беата махнула рукой жене пекаря, стоявшей на крыльце дома напротив. Пекарша тоже махнула в ответ и удалилась внутрь. Присматривала, что-ли? Когда они только успели подружиться?
В лавке действительно ждал мужчина. Я увидела его со спины — высокий, черноволосый, в черном плаще. Сердце внезапно ёкнуло.
— Вы хотели меня видеть, господин?
Посетитель развернулся, узнавание и последовавшее за ним удивление оказалось взаимным.
— Мэтр Ксавия?
— Э-эээ… Нит-Истр, кажется?
Один из тех магов, что разыскали меня в приюте. И если с остальными спасителями я нашла общий язык, то декан боевого факультета все так же на дух меня не переносил. Особенно после того, как ректор вынудил взять на свои занятия. Только что он тут делает?
— Ваше? — достал он небольшой стеклянный шар.
Моё. Обычный сувенир, каких пруд пруди, за один ойро пучок. Стеклянный шар на глиняной подставке, внутри кусочек коралла, мелкие ракушки, даже морская звезда. Встряхнешь такой и все это добро перемежается с яркими блестками в подкрашенной воде. Я его нашла сильно пошарпанным, глина растрескалась, вода давно вытекла. Даже продавать не думала, просто поставила как украшение после починки.
— Мэтр Эрдис выдал мне лицензию артефактора, — быстро сказала я. — В торговой палате ее подтвердили.
— Знаю, — буркнул Ксавия. — Мой старый приятель ее управитель. Сказал, новый мастер объявился, любопытно стало. Так сколько я должен? Эта вещь останется у меня.
— Да, таковы мои условия. Платить, только если вещь пригодилась. А… Вы не скажете, что это, господин Ксавия?
Маг недоуменно воззрился на меня.
— А, ну да. Эрдис говорил. Шар предсказаний, если можно его так назвать, — я ждала и Ксавия продолжил. — «Включается» сам, по указке не работает. Показывает некоторые… эм-м, будущие инциденты. Несколько удалось предотвратить. В одном из тренировочных залов крыша обрушилась, но студентов я заранее вывел. Несчастные случаи участились. Дорожки в саду обледенели, одна арниса должна была ногу сломать, вовремя приказал песком посыпать. Очень своевременно мне эта вещь попалась, в Академии сейчас… Впрочем, Вам об этом знать незачем.
— Скажите, господин Ксавия… а он только будущие «неприятности» показывает или прошлые тоже?
— Только грядущие. Так Вы возьмете плату? — он потянулся за монетами.
— Возьму. Но не деньгами, — твердо сказала я. — Я Вам скажу кое-что, а Вы выслушаете. Вы помните, как в начале года притащили меня к ректору и обвинили в том, что я использовала боевую магию против наследного принца? И как все было на самом деле? Так вот, на арнису Цольдерс я тоже не нападала. Просто поверьте и другой оплаты мне не надо.
Мужчина нахмурился.
— Свидетельство принца…
— Да-да, нерушимое и неоспоримое. Но все было совсем не так.
Ксавия помрачнел еще больше и задумался. Больше не сказав ни слова, он бережно спрятал шар в плащ, резко крутанулся на каблуках и вышел.
Ронард. Допрос
Тюрьма для магических преступников на всю Империю была одна — подземелья Фенгсель в столице. Когда на сотню обычных жителей приходится по одному с магическими способностями, то и нарушителей в разы меньше. А сколько-нибудь сильных магов среди них и того один-два на тысячу. К тому же, не принято было томить магов в темнице, разве что дело оказывалось сильно запутанным и расследование затягивалось. Но для отдела контроля за магией последнее было редкостью, его глава отличался исключительной интуицией и проницательностью.
От тяжести вины следовало и наказание: штрафы, общественно полезные работы, временное ограничение способностей либо лишении магии навсегда, в особых случаях — казнь. Воракис, в недавнем прошлом мэтр Академии, это жуткое порождение магии крови, уже полтора месяца ожидал суда в самых охраняемых застенках Фенгселя. Не человек и не Лесной житель, не живой и не умертвие, это существо было древнее Академии, древнее самой Империи, да и вообще всей людской памяти.
Выглядел старший вампир омерзительно. Ввалившиеся красные глаза, дряблая кожа в коричневых пятнах, редкие пучки седых волос на почти голом черепе. Ронард даже пожалел, что твари не дано умереть ни от голода, ни от старости. Когда окончательно ослабеет — впадет в оцепенение и только. До первой же вороны, что решит полакомиться падалью, и сама же станет обедом. Фонд в Академии поддерживал его силы, здесь же даже крыс не водилось.
В случае непризнания Воракисом вины на предварительном допросе, Ронард с неудовольствием думал о необходимости искать и привлекать свидетелей, вести следственные эксперименты и прочее, как это полагалось по закону. Ронард уронил на стол скрепленный магическими печатями договор. Воракис расплылся в улыбке.
— Полагаю, это ваше единственное основание для ареста? Договор, заключенный на тридцать лет с предыдущим ректором, не продленный нынешним, с истекшим сроком действия? Что ж, я не тороплюсь, начинайте игру, ваша светлость арн Ронард Шентия.
— Согласно уставу Академии, договор с преподавателем продлевается автоматически, если тот продолжает свою деятельность и на то нет возражений от текущего руководства. Достаточно самого факта.
— Правильно, — еще шире улыбнулся вампир. — А Вы не зря едите свой хлеб в попечительском совете. Ну же, продолжайте.
— Насильственных случаев в Академии не зафиксировано.
— Верно. Послушно питался подачками. За свой, должен заметить, счет. Дальше.
— Вы применяли дар убеждения?
— Если и да, то не доказуемо. Но между нами отвечу — нет.
  
Воракис был само дружелюбие и искренность.
— За сорок лет у Вас было два случая прямого… хм, контакта со студентами.
— Четыре. Ай-яй, не разочаровывайте меня, ваша светлость. И все с их согласия, хочу подчеркнуть. Это договором не запрещено. Но Вас ведь волнует только один, последний?
— Санг-привязка. С согласия или нет, Вы не имели права ее использовать.