"Фантастика 2025-80". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

На этот раз его остановило поднятое ружьё. Игорь приник к прицелу, продолжая молчать. Надо было что-нибудь сказать. Вот только внутри у него всё заледенело, и просто двигаться, не выдавая скованности, уже было тяжело. 
Можно сколько угодно думать, что неплохо бы сходу стрелять в таких незваных гостей, как качок. Вот только сам Игорь никак не мог представить себя в роли стреляющего. Он вообще не был уверен, что сумеет сейчас нажать на курок. Одно дело — когда ты уже понял, что сейчас тебя будут убивать. А совсем другое — вот так, в безоружного наглеца… 
  
И можно сколько угодно рассказывать своей совести о том, что несколько дружков этого качка, которые мелькали в дверном проёме, вооружены и представляют опасность… Можно сколько угодно осознавать, что дай им шанс, и они тут же вломятся… Можно. Но в первый раз выстрелить в человека — это всегда тяжело. Особенно если не расчеловечивал в своих глазах этого персонажа несколько часов кряду. 
Игорь вообще не должен был вскидывать ружьё, но рядом стояла жена, а за спиной были дети. Он даже слышал, как кто-то из них тихо возится на лестнице. И подозревал, что это Вера, которая недавно как раз тренировалась с Алисой во внутреннем дворе.
— Выметайся, живо! — наконец, выдавил из себя Игорь.
— Слышь, братан… Ну я, типа, приказ выполняю… — попытался проехаться по старой пластинке качок.
— Вон!!! — решительно рявкнула Алиса.
Незваный гость глянул на неё, а затем внимательно посмотрел на Игоря. И обидно усмехнулся. 
— А то что, дамочка? — поинтересовался он у Алисы. — Стрельнёте?.. Пуф?
Здоровяк словно животным чутьём чувствовал чужой страх. А ещё нерешительность и сомнения. Не в Алисе — нет! — в ней этого практически не ощущалось. Хотя как раз она гарантированно не смогла бы выстрелить в такой ситуации. Это Игорь точно знал, поскольку неплохо изучил жену. Вот в бегущего на неё с перекошенным лицом придурка — выстрелила бы. А вот так — нет. Не смогла бы… Зато и виду не показала бы.
Качок чувствовал сомнения Игоря! Как хищник — которым, по сути, и являлся — здоровяк безошибочно определил отсутствие агрессии. И теперь готовился «брать на понт». Он даже предпринял ещё одну попытку сдвинуть Мафила, одновременно взглянув на Алису. 
— ..й ты мне чего сделаешь! Скорей отсосёшь, подстилка! — проговорил он, недобро ухмыльнувшись.
Ошибка! Та ошибка, которую часто совершают уверенные в безнаказанности люди. Да, чутьё его не подводило: секунду назад перед ним стояли два нерешительных человека. Но слишком уж рано и глупо он открыл рот… Если бы качок сказал иначе, используя другие слова и выражения — ну или просто решительно двинулся бы вперёд — он всё ещё оставался бы «мирным» в глазах Игоря.
Но его слова стали ошибкой. Именно они оказались тем триггером, который выпустил из подсознания Игоря цепочку нехороших ассоциаций… И в тот момент, когда качок, решительно отстраняя Мафила, уже поднимал ногу — он вдруг понял, что только что стал врагом, как минимум, в глазах одного человека. И если Игорь ещё не готов был выстрелить на поражение, то просто выстрелить — оказался вполне в состоянии. 
В тишине прихожей выстрел грохнул так оглушительно, что заставил вздрогнуть всех. Включая самого стрелявшего. Пуля попала в стену, рядом с дверью, но прошла так близко от лица незваного гостя, что тот просто не мог не дёрнуться всем телом. А Игорь, старательно пряча охвативший его ужас, даже подумал, что попал. Но прошла секунда, другая… 
Качок не упал. Он поднял руку, провёл по щеке и с осуждением посмотрел на того, кто первым нажал на курок. Так искренне посмотрел, с такой внутренней уверенностью в своей невиновности, что Игорь чуть было не почувствовал укол совести. Застряли во рту слова, рвавшиеся с языка — про то, что в следующий раз он будет целиться в лоб. Решительность покидала Игоря, как воздух выходит из пробитого шарика.
Порыв агрессии иссяк…
— Гав! Р-р-р-р-р! — мимо, пригнувшись к полу, быстро скользнул Джокер. 
За пару шагов от качка пёс резко подскочил, имитируя атаку. И разразился яростным злым лаем. А незваный гость сделал шаг назад. Совсем маленький шажок. Однако это как будто прибавило сил тем, кто вытеснял его из дома.
Мафил двинулся вперёд, едва не ткнувшись незваному гостю в ноги. Джокер снова сымитировал атаку, а Игорь прицелился прямо в лицо качка и зло выплюнул:
— Выметайся! Живо!
А потом поискал внутри себя если не злость, то хотя бы решимость. И добавил:
— Считаю до трёх! Раз!..
Решимость оказалась липовой. Стоило только подумать, что сейчас он выстрелит в живого человека, как рефлекторно захотелось опустить ружьё. Но… Отступать было нельзя, и, чтобы не дать себе время передумать, Игорь шагнул вперёд и рявкнул:
— Два!..
— Гав!..
И тут вспомнилось всё: и стычка на дороге, и поведение качка в лагере на раздаче еды, и слова, сказанные этим уродом его жене…
Весь мир Игоря сжался в одну сплошную темноту — с похожим на мишень кругом, в середине которого маячило наглое лицо качка.
А внутри родилось очень ясное и чёткое желание: пристрелить урода. 
И «урод» всё понял, почувствовал, как чувствовал чужой страх. И как можно быстрее отскочил назад, на улицу. К товарищам, которые прикрывали ему спину и дарили уверенность.
— Мафил, закрыть дверь! — крикнула Алиса, но слуга уже и сам всё делал. 
Последнее, что видел Игорь, перед тем как захлопнулась тяжёлая створка, было удивлённое и слегка растерянное лицо качка.
А где-то в глубине порядочной Игоревской души стонал и хрипел презренный кабинетный червь, бьющийся в агонии… Правда, умирать этот червь быстро передумал — и сразу подал слабые признаки жизни, как только щёлкнула задвижка на двери. 
Игорь оказался в неком пограничном состоянии. Когда внутри уже проснулся злой и хищный зверь, который от рождения присутствует в любом человеке. Этот самый зверь очень глубоко прошит в тех механизмах, что помогали надавать берцовой костью мамонта по наглым саблезубым мордам. А заодно и обеспечить выживание человечества в течение многих тысяч и десятков тысяч лет… 
Однако проявить себя этот зверь не успел. Слишком быстро завершилась опасная ситуация. И он, этот зверь, тяжело вздохнув, положил свою огромную клыкастую морду на массивные когтистые лапы. После чего смежил веки, собираясь ещё вздремнуть, пока в нём нет необходимости. Однако его присутствие по-прежнему ощущалось где-то в голове… 
По бледной плёнке законов, воспитания, моральных принципов и заблуждений ещё ползали тенями кабинетный червь, домашний хомяк и испуганный олень. И если дать им пару дней, они вернут себе власть, успокоятся — и вновь начнут руководить мыслями и поступками. И в мирах Порядка именно так чаще всего и случается… 
Однако Упорядоченное живёт по другим правилам.
— Они ушли? — тихо спросила Алиса, и в тот же момент дверь содрогнулась от удара.
— Мафил, не открывай! — устремляясь к окну, потребовал Игорь, поскольку заметил, как слуга Эрина нервно дёрнулся. 
Похоже, догадка про прямой приказ оказалась близка к правде. Раба из талисмана надо было срочно привести в чувство. 
Сквозь прорезь было видно, как группа людей, в которых легко угадывались статисты, отходит от двери. Видимо, удар был просто актом вандализма, чтобы выпустить злость и страх. Это было вполне в характере качка. А теперь группа мужчин стояла и что-то обсуждала на другой стороне улицы. В окнах дома напротив мелькнуло испуганное лицо жителя…
Однако сумерки уже стремительно охватывали город. В такое время бесполезно просить о помощи. Никто не пойдёт на улицу, где плавают клочья тумана, беспорядочно изменяя окружающий мир. Не прибегут ополченцы, не выйдут возмущённые соседи Эрина. А пришедшие на дело статисты — не отступят. Ведь теперь им прямая дорога либо в порождения Хаоса, либо внутрь дома, под защиту знаков. 
  
С Мафилом творилось что-то неладное. Слуга Эрина стоял перед дверью, чуть приподняв руки, и судорожно вздрагивал. Как робот, внутри которого что-то сломалось. И Игорь, догадываясь о причинах такого поведения, тут же постарался его «исправить»: