"Фантастика 2025-80". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)

— А Греттен-то твой… успела увидеть? — подмигнул он мне.
Еще бы. И увидеть, и почувствовать. Теперь не искорка, не шарик, целый прудик возник рядом с бездонным черным озером. Ну ладно, лужа скорее. Зато стоило окунуть в нее руки, как пронзительное счастье накрыло с головой. Возвращается, ликовала я! И все благодаря мансу… и Хельме. Тут уж не было никаких сомнений.
Чудище Греттен после ночного подвига жрал за троих, но снова выглядел недовольным. За завтраком даже куснул больно за палец, когда хотела его покормить с руки. Ну вот чего ему надо, как эту лесную тварь понять?
  
Спросила Мексу, но та ответила, что проводнику виднее, что делать. Ну что ж, если кусаться и ворчать необходимо, то куда мне с ним спорить. Заодно пожаловалась и на бестолковый артефакт. Неделю над ним бьюсь и все без результата! И руну Перт пробовала, которая отвечает за решения, ответы на вопросы, прояснение ситуации. И заклинания разные применяла, взяв за основу то, что мэтр Эрдис предложил. Зря, что-ли, над Праязыком сейчас пыхтим? Видимо, зря, потому что мои конструкции особо не помогали.
Зловредная копирка то чернильными кляксами заливала чистый лист и оригинал; то послушно переснимала текст, да только зеркально; то путала слова в произвольном порядке; а то и вовсе уничтожала всякий текст на копируемых страницах.
— Ну вот что ему не хватает? Уже и так и этак… Господин Эрдис смеется, велит уже прекратить да нормальными вещами заняться, а мне прям костью в горле этот артефакт встал. Не могу ничем другим заняться!
— Язык древних определенную форму любит. Нельзя просто составить приказ и фразу на Праязык перевести. Что ты в последний раз использовала?
— La hva som er skrevet gjentas igjen. Пусть то, что написано, повторится вновь.
— Очень грубо, — поморщилась Мекса. — Жди.
— Эм, чего ждать?
Но Мекса уже закрыла глаза. Сидела истуканом минут семь, пока мы с Хельме недоуменно переглядывались.
— Хельме, мы с тобой идиоты, — спустя пару минут дошло до меня. — Унварты ведь хранители Праязыка! Она же сама об этом говорила! На балу еще, ну, вспомни!
— Э-ээ…
— Да она же это задание мэтра Серенде за пять минут сделать может! А мы как дураки столько времени в библиотеке зря просидели…
— Думаешь, зря? — улыбнулся Хельме и подмигнул. — А как же столько разочарованных юбок вокруг?
Я засмеялась. Действительно, отдельным удовольствием было наблюдать, как расфуфыренные девицы мрачнеют с каждым днем, не получая внимания ни от «душечки Аландеса», ни от новой звезды первого курса — Анхельма Эррано. Мы втайне хихикали над ними, хоть так сбрасывая напряжение вечерами.
 
 
— Воле́ю магии услышь
 
Сокрытый смысл в словах
 
И как искомое в них отделишь
 
От праздных фраз едва-едва
 
Яви на чистый лист всю суть
 
Позволь на истину взглянуть, —
 
 
в некотором трансе продекламировала Мекса и наконец открыла глаза. — Попробуй так.
— Мекса, ты шутишь, что-ли? Да я это за всю жизнь на Праязык не переведу!
— А. Это просто: la hva som er skrevet gjentas igjen. Дедушка говорит, должно сработать.
Мы с Хельме снова переглянулись.
— Мекса, милая, а посмотри-ка еще эти пару листов…
С заданием мэтра Серенде закончили в тот же день. Магия духов, которой владела Мекса в той же мере, что и магией смерти, мне была незнакома, но я подозревала, что это сродни магии теней. Ничего общего! Заодно и стала понятна ее фраза на озере Даммен: «я мансов лет семьдесят не видела…». Через привычные долгие и тяжелые расспросы выяснилось следующее. У унвартов общая память на несколько поколений. Мекса почти в полной мере владеет воспоминаниями отца, чуть в меньшей степени памятью деда, еще меньше от прадеда, и так на много-много предков назад!
Неудивительно, что они хранители Праязыка, с такой-то особенностью! А собственная магия Мексы позволяла еще и призывать духов предков, советоваться с ними.
Вредничать не стали, поделились с Аландесом результатами. Вроде как нас самих озарило. Защитились в конце недели без проблем, заслужив удивленные и одобрительные покачивания головой и от комиссии, и от самого мэтра Серенде. Пусть все мы уверены в своих способностях, даже я теперь, но два балла на экзамене лишними не будут.
Заклинание на артефакте сработало. Не так, как я предполагала, но в итоге вышло даже еще лучше. Теперь деревянная планшетка будто выхватывала всю суть написанного на копируемом листе, сокращая текст до одной-двух емких фраз. Вот с этим уже можно ехать в имперский архив.
Не подвела и госпожа Скарта — за несколько дней до отъезда я получила груду коробок и пакетов, даже не стала их смотреть, предвкушая приятные сюрпризы в те моменты, когда они понадобятся. Чудесная швея даже подписала каждый комплект — первый день, второй, третий; представление двору; большой ужин, малый ужин; узкий круг, прогулки по городу; для покоев, для завтраков, для визитов; для танцев; и даже — свидание, ночь и особый случай. Даже боюсь представить, что там. Конечно, вряд ли такое пригодится, но госпожа Скарта своей предусмотрительностью превзошла все мои ожидания.
Хельме его заказы пришли гораздо раньше и девицы по второму кругу взвыли, узрев нового Анхельма Эррано в ладных костюмах по крепкой фигуре.
Мы смеялись над этим. Я опасалась некой неловкости, но Хельме словно забыл о том вечере. Каждый день я была окружена ненавязчивой заботой и вниманием, не гасли улыбки, не утихал смех.
Только один червячок сомнений грыз изнутри. С последнего занятия с Шентией прошло четыре дня, последнее было в четверг, потом наступил вторник. Мне казалось, я была счастлива в эти дни! Мы прекрасно погуляли по Ровелю вчетвером, я на волне отличного настроения пару часов вечером посвятила очередным поделкам для лавки, и все мои друзья сидели рядом, попивая горячий чай за приятными беседами — и Хельме, и Мекса, и Беата. Но чем ближе ко вторнику, тем сильнее портилось настроение.
Хельме проводил меня во вторник вечером до малой арены.
— Я буду за дверью, — шепнул он. И подмигнул в своей шутливой манере. — Если что, кричи.
Не пришлось. Не знаю, что вынес его светлость из прошлой тренировки, но в этот раз было неизмеримо легче.
— Здравствуй, Ардина. Сегодня тренируем бой через препятствия. Ландшафтные; через людей — ими выступят манекены или выставь сама свои тени; через щиты. Цель — поразить противника, не растратив силы на помехи. Это сложно, но ты должна справиться.
Коротко кивнула, принимая задание. Не сложно, ваша светлость. Пока Вы держитесь на расстоянии, не дурманите меня своей близостью — легче легкого.
И снова бой. Я многому научилась за это время у всех своих преподавателей. Мистрис Вэй учила защищаться, ректор Ксавия — атаковать, мэтр Сарттас — держать слабости в себе. А еще были тени, заклинания, немного ментальной магии и остро отточенный клинок из Тьмы Изначальной. Но главному научили меня Вы, ваша светлость, — не иметь пощады к врагу.
Зачарованные манекены устремились как один ко мне, пол вздымался под ногами, залпы боевой алой магии свистели со всех сторон — у меня же была одна цель. И я шла к ней, продираясь сквозь препятствия. Я сразу для себя решила: встреться я с врагом лицом к лицу, ничто не отвлечет меня от намерений. Достаточно было настроиться на все эти барьеры как на незначительные помехи, как манекены сами взлетали в воздух под действием черного пламени, пол послушно укладывался под давлением черной волны, клинок играючи отбивал красную магию.
  
У меня была цель — и я к ней шла. Я даже не стала задействовать тени, чтобы помешать противнику. Пусть это он строит преграды — я иду напролом. Шентия — не враг; мой враг — мои же глупые чувства. И я смету их, обращу в пыль, как только докажу, что способна сопротивляться даже сильнейшему магу Империи.