Я тебя никому не отдам... (СИ)
19. Дорога домой
Дорога затянулась. Трасса оказалась забитой под завязку - все возвращались домой. Немного порошило, уже стемнело, ехать приходилось медленнее.
Никому не хотелось уезжать с горнолыжного курорта, тянули до последнего. Выходные получились замечательными. Пожалуй, это был один из лучших дней рождения за много-много лет. С Лелькой они всегда были дружны, а с Аней было очень приятно общаться.
Лелька - на переднем, а Анюта и Пухлик на заднем сидении спали, уставшие и довольные. Он радовался как ребенок, имея возможность посмотреть на Аню в зеркало заднего вида, удивляясь, какую волну нежности вызывала в нем эта девушка. В отличии от отношений с роковой Марьям, сейчас не сносило крышу от жгучей едкой страсти. Да, Аня была очень привлекательной, и фигурка у нее что надо, но больше всего хотелось ее беречь, заботиться о ней и... И, наверное, жить…
Он столько лет сторонился отношений с женщинами, стараясь вообще свести к минимуму встречи, и только «здоровья для». А здесь, как снег на голову, за несколько дней на него обрушился шквал новых ощущений, чувств. Нет, он не испугался. Он всегда мечтал о семье. Но за эти годы боль, не отпускающая много лет, стала полноправной хозяйкой в душе. И прекрасно отгоняла всех пытавшихся завладеть его вниманием. Просто больше никому не хотелось верить.
А Ане, этой девочке с глазами цвета темного шоколада, верил. Вот так, сразу, без условий. Главное - её не спугнуть. Он, в силу своей профессии, хорошо научился разбираться в людях. И видел страх в глазах Ани, страх перед серьёзными отношениями. Но симпатия и интерес к его персоне тоже были, будя в нем инстинкт охотника. Боже, как хотелось прыгать от счастья, словно ребёнок, когда смог ее уговорить на совместную поездку на отдых!
Он не хотел на нее давить, торопить события. Но Лелька, его шебутная сестричка, взяла все в свои руки. И растормошила подругу на поздравления с «надиранием ушей» и поцелуями. Сначала это показалось забавным: Аня так мило смущалась. А вот близость ее тела взволновала, обдала жаром, заставляя кровь вскипеть от внезапно охватившего желания взять ее в крепкие объятия и никогда не отпускать! Видимо, на то и был рассчитан Лелькин хитроумный план. Но он побоялся, что Аня увидит в его взгляде этот крышесносный пожар и голод, быстро сориентировался, подставив ей щеку для поцелуев. И, как никогда, в тот момент был рад вмешательству племянника!
Олька от своих задумок не отказалась, стараясь как можно больше сталкивать Пашу с Аней, оставлять их наедине и прочее, и прочее. Фантазии у нее много. Это было как в хорошей мелодраме. Романтичная такая история о новых отношениях. Аня таяла, он видел, что охвативший его огонь потихоньку переползает и к ней, все больше и больше завоевывая новую территорию.
Павел целый день ждал момента, чтобы поговорить с девушкой. Но все взял в свои руки случай!
Они вдвоем катились с высокой горы на сноутьюбе, не удержали равновесия и улетели с трассы в сугроб. Он успел обхватить ее фигурку, крепко прижал к себе, оберегая от удара.
И он все же украл ее поцелуй, сладкий, легкий, умопомрачительный и такой многообещающий...
20. Районная больница
Пятница. Рабочая неделя наконец-то подходит к концу.
У Павла еще осталась куча дел и несколько назначенных встреч, но он все отменил - вновь в угоду Гончарову, тот вызвал его в районку.
- Павел Андреевич, здравствуй, проходи! Как мы тебя заждались, голубчик!
- Здравствуйте, Олег Иванович!
Павел с удовольствием пожал руку добродушному пожилому мужчине, заведующему хирургическим отделением районки. Они были знакомы еще со студенческих времен Павла, когда здесь, в этой самой больнице, они стояли плечом к плечу, стараясь вырвать десятки жизней из когтей падкой до человеческих душ смерти.
- Ну что же, я рад, и очень благодарен, что ты к нам на помощь пришел по первому зову. Ты был первым в списке, и мне нравится, что я не ошибся.
- Олег Иванович, Вы же знаете, я корыстен, как черт. Мне ваш новый аппарат хочется испробовать. У меня аж руки чешутся. Подпустите?
- Конечно, конечно. Послезавтра приедет мой друг из Москвы, поделится опытом, но это, естественно, неформальный приезд. Мы его послушаем с тобою вместе, я тебя благополучно оставлю на хозяйстве, а сам поеду на заимку, охотиться и гостя развлекать, Новый год отметить - банька там, горилка. Эх, хочется еще тряхнуть стариной! К нам ещё не надумал?
- Нет, Олег Иванович, пока нет. Всё-таки зарплата тут меньше, чем мне удаётся заработать в частной клинике с другом. Вы поймите, мне жилье хочется быстрее оплатить. Я трешку в ипотеку взял.
- Да знаю я, что ты мне говоришь! Это нам комнату в общежитии, а потом и квартиры давали, а вам работать всю жизнь на этих банкиров! Да ну ничего, вот расплатишься, а я к тому времени уж, может, и на тот свет пригожусь, а ты меня подменишь тут! - Олег Иванович уже разговаривал с ним, как со своим, Паша ему годился во внуки.
- Ну что же, рассказывайте. В целом, что предстоит сделать?
- Ну что у нас? Все по плану! Две тазобедренные, одна из них со спицами в бедре, вчера вот аппендикс один нарисовался, сегодня после обеда отчекрыжим. Сам сделаешь? - Павел согласно кивнул. - Вот, а я заодно посмотрю на твои творческие стежки, а то о них уже легенды ходят! Там как раз девушка-красавица. В пятой и шестой - на восстановлении все, парнишки там с аппаратом Елизарова, шустрые, все норовят попрыгать раньше времени, ты построже с ними. Желудочник через дней пять-шесть подъедет из района. С ним видно будет, по состоянию, ну и обследуем предварительно получше. Ну что ещё, а да... Тут по личной просьбе одного давнего друга девочку надо прооперировать. У неё - плановая. Дело в том, что девочка эта детдомовская, а у них там день открытых дверей намечается. Как раз под день ее плановой операции. Так надо помочь, вылечить птенчика до февраля, побыть добрым волшебником. У нее киста в подвздошной области, малюсенькая еще, не критично. Ну, а остальное сам знаешь, если кто разбился, упал, обжегся, так в праздники - это первым делом - они сразу к нам, особенно с деревень. Там две недели народ отдыхает, как белые люди. А нам нельзя, мы должны быть на передовой... Эх, Россия Матушка! Каждый год молюсь, Паша, знаешь чему? Вот взрослые себе вредят, лишь бы не дети страдали... Так вот, про девочку. Ее второго числа привезут к нам. Я, наверное, уже не буду здесь. Ты уж ее по моей личной просьбе, как родную! Осмотри сам, поговори. Ну, ты знаешь.
- Олег Иванович, мне не сложно. Надо, значит надо! Буду добрым волшебником, могу в костюме деда Мороза, если оно необходимо будет. Теперь пойдемте, познакомите меня с пациентами, потом эту красотку аппендиксную посмотрим, а то мне до четырёх еще надо успеть в свою клинику. Я сейчас пока один, срочников никак не могу отменить. Но я постараюсь все совместить, обещаю!
- Да, Паша, три дня у тебя ещё есть, ты своих, уж будь добр, побыстрее подлечи. Всё-таки, знаешь, нам с тобой дружить надо.
Олег Иванович был прав: как бы ни была успешна их частная практика, но бизнес с другом они начали всего несколько лет назад абсолютно с нуля. И до оборудования, которое есть в огромной районной больнице, им пока далеко, а возможно такого и вовсе не будет.
Марк делал упор на косметические услуги, за это пациенты готовы платить любые деньги. А Павлу нравилась больше народная хирургия, типичная, там где спасаешь не красоту, а жизнь. И, как бы ни было тяжело предстоящие две недели работать на два фронта, он был рад предоставленной возможности: и оперировать с новейшим оборудованием, и учиться, и общаться с простыми, непозолоченными пациентами.
День прошел суетно, много лиц, имен, улыбок. Медсестры и вообще весь женский персонал больницы уже в который раз объявили на него брачную охоту, потому сегодня открытый флирт поджидал его на каждом углу - не спрятаться. Но весь день он вспоминал теплую улыбку Ани, нежные руки, простую красоту - настоящую, не извращенную силиконом и уколами. Непременно хотелось сегодня её увидеть.