Таверна «У лунной кошки»

– Да, встаем на рассвете, в “Лунной Кошке” завтракают рыбаки и многие рабочие, спешащие на завод. Если будешь достаточно шустрой – покормлю и тебя.
Бэкки кивнула и без возражений последовала за Крисом, который долго копался в связке ключей, затем все же открыл ей коморку под лестницей. Насколько Рей помнил, ее использовали только на время фестиваля магии, когда в Дагру съезжались тысячи гостей и в таверне просто заканчивались комнаты, для официанток и горничных у Скарлетов был отдельный домик в саду. Но вмешиваться он не стал: чем быстрее Ребекка Коул устанет от местных условий, тем быстрее его поцелует, и прощай перья!
  
Пока же она невозмутимо зашла внутрь, поблагодарила Криса за едва тлеющую лучину и таз с водой, предложенные ей как элементы удобств, забрала Рея и закрыла дверь изнутри. И только тогда она бессильно повалилась на соломенный тюфяк и закрыла лицо руками.
– Эй, Бэкки, ты же не думаешь убиваться по этому слабаку Винсенту? – Рей перелетел к ней поближе и легонько ткнул клювом по бедру. – Сейчас успокоишься, вытрешь сопли, нарисуешь себе лицо, у вас девчонок это всегда ловко выходит, и найдешь себе столько Винсентов, которые не сбегут в брачную ночь от лунной кошки, что имен их запоминать не будешь!
– Давай ты больше не будешь пытаться меня утешить? – она пересадила его на узкий подоконник, расположенный под крохотным треугольным окном. – Выходит не лучше советов Криса получить лицензию потаскухи. Вся моя жизнь рухнула, к этому нужно привыкнуть. Лучше отвернись, будь любезен.
Жизнь у нее рухнула, вы поглядите! Рей уставился на лунный диск, освещающий сейчас Гнилое озеро, и приподнял крыло, чтобы проверить, не превратилось ли то обратно в руку. Бэкки хотя бы человек и не забыла целых два года собственной жизни.
Если так разобраться, то она только приобрела после пробуждения магии: избавилась от нервного и туповатого женишка, из которого бы и муж вышел такой же, получила шанс взять судьбу в свои руки. Освоится немного в Дагре – и будет с содроганием вспоминать свою прежнюю жизнь. Рей бы уж точно не променял здешнюю вольницу на тысячу ограничений и правил людского сообщества.
Не выдержав, он все же повернулся к Бэкки, хотя в колеблющемся свете лучины было сложно что-то разглядеть, кроме силуэта, чуть скрытого кружевной сорочкой. Но высокую грудь и тонкую талию Рей оценил. Если бы в его постели оказалась такая красотка – точно бы не сбежал в панике при виде ее когтей. Пока же Бэкки не замечала его и медленно, начала распускать шнуровку сорочки, промокнула кожу смоченой тряпицей и откинула голову назад, обнажая шею, Рей даже присвистнул в качестве комплимента.
– Не только подглядывал, но еще и свистел? Рейгаль Флинн – ты невозможен! – за мгновение Бэкки подтянула к себе плащ и закуталась в него.
– Обычная птичья трель, неосознанно вырвалось при виде луны.
– Вороны каркают, хотя и считаются певчими. И они дневные птицы.
– Ты в академии и орнитологию изучала?
– Только защиту поместья и посевов от пернатых вредителей, так что…
Она пригрозила ему пальцем, затем улеглась на тюфяк и натянула плащ до самого носа.
– Возьмёшь под бочок? – Рей перелетел и уселся рядом с Бэкки, не то что бы ему хотелось на себе испытать, умеет ли девица Марвейн раскручивать пращу или уничтожать воронов другим способом, но без перепалок с ней становилось тоскливо. – Или лучше – поцелуй меня! Приличные девушки не бросают заколдованных красавцев без помощи!
– А приличные птицы спят на насесте или на ближайшем дереве. И почему-то я уверена, что ты врешь насчёт красавца.
***
Солома в тюфяке нещадно кололась, а ещё казалось, что по мне скачет неведомая, но крайне кусачая живность. В памяти тут же всплыли десятки названий паразитов и красочные картинки из книг по домоводству.
Но хуже всего то, что наглый Рейгаль уселся мне на бедро и с надеждой ловил каждый вздох или движение. Вдруг я не сплю и готова поболтать или поцеловать его черный клюв, чтобы снять чары. Как я могла влипнуть в подобную историю?
Когда-то давно маги правили миром, держали людей в качестве рабов, а сами вели бесконечные войны друг с другом. В ходе последней они чуть не уничтожили мир, оставив пригодными для жизни несколько королевств. Люди же взяли власть в свои руки, а немногих уцелевших магов заперли в закрытых городах вроде Дагры. До сих пор после заката улицы королевств патрулировали ловчие, обладающие чутьем на магию.
Такому я и попалась, буквально в паре метров от крыльца родительского дома. Хотя что бы изменилось, пройди он мимо? Папа бы не стал покрывать мага, а Винсент ясно показал свое отношение. Сейчас же все не так плохо: у меня есть крыша над головой и даже заколдованный красавчик в друзьях.
– Пс-с-ст! Бэкки, ты спишь? – он ковырнул мое ухо, стоило только задремать. – Бэ-е-еки! Ребекка Коул!
– А нельзя попросить твою маму, чтобы она и голос у тебя забрала? – я села и потерла глаза, а Рей перелетел ко мне на колени.
– Каркаю я втрое противнее, чем разговариваю, так что ты еще пожалеешь!
– Под окнами академии жило с полсотни твоих товарищей, мне не привыкать.
Небо уже потихоньку светлело, значит, скоро нужно будет вставать и браться за работу, если рассчитываю задержаться в таверне. Но глаза слипались, а руки и ноги тряслись от вчерашнего переутомления, поэтому желание пристукнуть Рейгаля стало нестерпимым.
– Бэкки, ты бесчувственная эгоистка! Голос – единственное, что осталось от меня прежнего. А так хочется принять ванну, сделать глоток вина, посетить уборную…
Наверное, мне полагалось пожалеть несчастную птицу, но почему-то думалось, что в своих проблемах он виноват сам.
– Ты ради этого меня разбудил?
Рей кивнул и позволил взять себя на руки, потом не сопротивлялся, пока я несла его к окну в обеденном зале таверны.
– По пути сюда я видела кое-что, способное решить твои проблемы.
– Можешь просто поцеловать меня, детка, думаю, это поможет.
– А я думаю нет, зато… – я открыла окно и посадила Рея на подоконник, – вот там есть неплохая птичья уборная.
– Где?
– Везде! Но ты можешь выбрать себе какой-нибудь памятник.
Дальше я просто пихнула его на улицу и захлопнула створки. Правда, через пару минут остыла и снова открыла их. Рея уже не было, зато небо светлело все больше и из кухни уже доносилась ругань поваров. Возвращаться на колючий тюфяк не хотелось, поэтому я быстро умылась и вернулась в зал, чтобы перевернуть стулья и протереть столы.
 
Глава 3
 
– Новенькая? – почти сразу на меня налетела высокая и нескладная девушка в таком же коротком, как и у вчерашней официантки, платье, – пойдем, отведу в нашу комнату. Я, кстати, Анита.
Двигалась она так быстро, что я еле успевала следом: вначале ловко обошла все столы в зале, затем спустилась по лестнице в подвал, пронеслась мимо стеллажей с запасами еды и завела меня в небольшой закуток, огороженный тонкой рваной шторкой. Там был душ со ржавой лейкой, а еще – кусок сероватого мыла и стопка одежды и застиранных полотенец, но в академии тоже всегда экономили на студентках, считали, что это закаляет характер, так что мне не привыкать.
– Здесь можно освежиться и переодеться, Крис всех заставляет носить униформу, мечтает сделать из "Кошки" рес-пек-та-бель-ное заведение!
– А если кто-то зайдет?
В академии с этим было проще: там учились одни девушки, если бы кто и заглянул в душевую, нового бы не увидел, но в таверне все иначе. Я и отсюда слышала мужские голоса кухонных, таскавших продукты наверх. Анита же смотрела на меня с недоумением и кусала губы, подбирая ответ.
  
– Они ж увидят, что занято, и уйдут. Ну или засадишь разок в челюсть. О! За мылом следи, кухонные его вечно тащат к себе, а нам заново скидывайся!
Все это определено месть свыше за то, как я посмеялась над проблемами Рейгаля. Но в итоге все вышло сносно: вода из лейки текла не горячая и не ледяная, мыло взбилось в крепкую пену, а за шторку так никто и не заглянул. Правда, когда я натянула униформу и вышла, то заметила нахохлившегося Рея с калачом в клюве. Разговаривать он не стал, только фыркнул и короткими скачками перебрался к лестнице, но я все равно поблагодарила его черную спину.