Отвергнутая (ЛП)

— Все вы видели последнюю покорную версию меня.
Я снова ткнула его в грудь, хотя кончик пальца уже начинал ныть от того, как сильно я в него упиралась. Лен перехватил мою руку, не давая мне сделать это еще раз.
— Я спасаю тебе чертову жизнь, — прорычал он. И надо сказать, для того, кто не был оборотнем, это прозвучало впечатляюще. — Тень сказал, что по миру бродят твари из его реальности. Многие из них охотятся за тобой. Он хотел, чтобы ты была в безопасности, пока он их не соберет… до того, как начнется очередной гребаный апокалипсис.
  
Я шагнула вперед.
— Тень жив?
Я, возможно, и не признавалась себе в этом вслух, но часть меня начала тосковать по этому ублюдку с того самого момента, как я увидела камин — холодный и пустой.
Лен рассмеялся.
— Конечно он жив. Ничто не может убить Тень.
Потирая виски, я тяжело вздохнула:
— Почему ты просто не сказал мне это в библиотеке? Было бы куда проще, чем все то, что ты устроил.
Он пожал плечами:
— А вот и нет. Ты ведь, мягко говоря, славишься своей… склонностью к спорам, а у меня буквально не было времени на уговоры. Если бы с его маленьким теневым магнитом что-то случилось, мой друг был бы совсем не в восторге.
Лен не боялся Тени — очевидно, их дружба была долгой и преданной, — но он уважал силу зверя, и это всегда было безопасным местом для него.
— Независимо от обстоятельств, ты не имеешь права лишать меня воли, — сказала я уже спокойнее.
Часть меня все еще была в бешенстве, готовая врезать еще раз, но по правде говоря, Лен дал мне хорошенько ударить себя и даже не попытался ответить. А если он и правда пытался меня спасти, то, возможно, я была должна ему извинение. Конечно, они уже отправлены по почте. Вместе со всеми остальными моими чертовски милыми извинениями.
— Я понял, — сказал Лен. — Это больше не повторится.
Ну, да конечно, успокоил.
— Итак, что теперь? — вздохнула я. — Я просто торчу здесь, в твоем саду, к которому не могу прикоснуться, ожидая, когда Тень призовет меня, как будто на Земле 1900-е годы?
— Ты же не забыла про запрет трогать цветы, да? — усмехнулся Лен. — Люди умнее, чем о них думают.
Я даже не стала ему говорить, что, по мнению Ангел, я, наверное, такой же человек, как и он.
— Твой крик «Стой!» был вряд ли тонким намеком. И я знаю легенды этой земли. Просто на секунду потеряла голову из-за этого цветка.
Улыбка Лена стала еще шире.
— О да, она моя самая очаровательная малышка. Но играть с незнакомцами у нее получается не очень.
Внезапно он развернулся и направился к ярко-розовым цветам, когда протянул к ним руку, цветы полностью преобразились в существо с огромной раскрытой пастью и острыми, словно бритва, зубами из колючек — тех самых колючек, которые в их прежней форме совсем не были заметны.
— Им нравится внушать своей жертве ложное чувство безмятежности, — сказал Лен, продолжая гладить проклятого растительного монстра, как милого котенка. — Никогда не доверяй такой красоте.
Я приподняла бровь.
— Я уже на шаг впереди тебя. Как думаешь, почему я так яростно борюсь с Тенью и его шайкой психопатов?
Лен отошел от жутких цветов, а я с любопытством наблюдала, как они снова превращались в милые и безобидные. Никто бы не подумал, что под этой идеальной внешностью скрывается растение, которое завтракает людьми.
— Думаешь, мы — шайка Тени? Почему ты вдруг решила, что эта шайка не моя?
У всех них был поразительно хороший уровень английского, и у меня закралась мысль, что, как и Ангел, они все провели немало времени на Земле.
— Ты не отрицаешь часть про психопатов?
Он пожал плечами:
— Психопат — это вопрос восприятия. Если честно, за наши долгие жизни мы перепробовали многое, и не каждый способен понять, как работают наши силы или разум. Так что… да, в твоих словах есть доля правды.
— У меня нет слов, — сказала я, заставляя себя сохранять серьезное выражение лица.
Я снова огляделась, игнорируя его ухмылку. У меня не получиться обидеть этого парня, это было ясно, поэтому я перестала беспокоиться и вместо этого указала на Волшебную страну. — Ты собираешься показать мне окрестности?
Улыбка Лена слегка поблекла.
— Тебе следует остаться здесь, в садах бессмертных. Этот мир не слишком добр к тем, кто носит в себе человеческие слабости. Нам лучше не искушать страну фейри.
Я моргнула, глядя на него.
— Ну ладно. Самое странное предупреждение из всех, что я когда-либо получала… но я тебя поняла, не волнуйся.
Лен повел меня обратно к платформе, на которой я проснулась, и теперь, когда я больше не была сосредоточена на цветах, я разглядела, что это был большой каменный уступ, покрытый толстым мягким плащом. Вот куда делся его серебряный плащ — до этого момента я даже не замечала.
— Прости, что ударила тебя, — тихо сказала я, глядя на доказательство того, что он все-таки не полный придурок.
Лен слегка толкнул меня в плечо.
— Я это заслужил. Забыл спросить тебя о согласии — фейри не особо в этом разбираются, особенно королевская знать. У нас большинство женщин куда покорнее, чем у людей или оборотней, так что обычно это не становится проблемой. Лично я… предпочитаю огонь.
Наши взгляды встретились, и, хотя между нами не промелькнуло настоящей искры, я оценила его признание. Честно говоря, именно это я и пыталась найти в библиотеке, чтобы выиграть пари — связь с кем-то, кто мне нравится. Лен подходил по всем параметрам, но… мне нужна была искра. Не обязательно пожар, как с Тенью, но хотя бы слабое, едва заметное пламя.
Проклятье. Я была сломлена, и, похоже, теперь мне точно не выиграть пари.
Я бы не удивилась, если бы выяснилось, что Тень подстроил все это с самого начала, только чтобы я застряла в мире фейри до конца срока нашей дурацкой сделки.
48
Остаток дня — это ведь был день, да? — я провела в саду Лена. Оказалось, это его личные владения, которые он культивировал на протяжении последней тысячи лет, и никому без его разрешения входить сюда было нельзя. Растения буквально съедят тех, кто осмелится нарушить запрет.
У входа стояли два стража — огромные цветы с огромными раскрытыми «ротовыми» отверстиями, а их пестики были словно ряд острых как бритва зубов. Они напоминали увеличенные версии мухоловок, но гораздо более злобные. И если они схватят своими огромными пастями, то все — конец. Даже Лен не сможет помочь, пока цветы не раздавят тело.
— Но сейчас они меня не съедят? — в десятый раз спросила я, когда мы подошли слишком близко для моего комфорта.
— Рядом со мной, ты будешь в порядке.
Улыбка Лена была расслабленной, и я подумала, что это хороший знак. Но потом я вспомнила, что он вообще мало переживает. Он был бессмертным созданием, кто прожил тысячу плюс лет, а еще он был всемогущим принцем, наверное, его не сильно волновали растения убийцы.
А вот меня да, я не хотела умирать во рту живых растений. Девственницей. Не так черт возьми.
Когда я закончила с приключениями в ботаническом саду, то остановилась, и Лен оглянулся на меня с поднятыми бровями.
— Здесь можно что-то поесть? — спросила я, голодная и раздраженная тем, что меня снова загоняют в какую-то тюрьму по прихоти Тени. Пусть даже и ради моей безопасности, я взрослый оборотень, и меня стоило бы спросить, прежде чем какой-то варварский урод притащил меня сюда.
Они хотя бы могли покормить меня.
— Мне интересно посмотреть, как наша еда на тебя подействует, — наконец сказал он, серебристые глаза внимательно изучали мое лицо, будто ища в нем изъян. — Но рисковать не будем. Я вернусь в библиотеку и достану что-нибудь поесть.
  
Не закатывай глаза на этого слишком драматичного принца фейри. У него же растительные стражи.
— Ваша доброта неоценима, сир. — Я сделала полупоклон и хихикнула.
Он не рассмеялся, как я ожидала. Вместо этого, с серьезным выражением лица он сделал шаг ко мне и опустил голову, чтобы на мгновение поцеловать меня в щеку. Когда он отстранился, я моргнула, пораженная тем, насколько же он действительно великолепен. Серебристое мерцание его магии, идеальные очертания лица и очарование, исходящее от него без малейших усилий, делали его просто сокрушительным для девушек, охваченных гормонами.