Зачарованный терем (СИ)

— Да, если судить по одежде домовых, то далеко не средние. И, действительно, Русь, — задумчиво произнесла Серафима.
Я подошла к печи. Татьяна убрала заслонку, и я положила в печь чурку с огнём.
— Живи, Чур, в нашем дому, храни наш Очаг, не дай угаснуть нашему роду. — Чисто интуитивно, не задумываясь, произнесла я.
Ольгер метнулся в дверь, во двор, и вернулся с охапкой поленьев. Я выстроила над огнем шалашик и поленья занялись.
— Ну, вот, очаг разожжён по всем правилам от Живого Огня, — сказала я, обращаясь к новосёлам. — Будем жить!
— Так, Ольгер, ну-ка колись: какой вы народ? — обратилась Владислава к нашему, уже бывшему, Проводнику.
— У нас нет определения — народность, национальность, как у вас. У нас, у человеческой расы, в старые времена народность определялась по ипостасям: народ Волков, народ Ладонов, народ Кентавров и прочие, но они уже все перемешались. Эльфы — близкородственная раса человеческой, и они могут производить общее потомство — полукровок, как с оборотными, так и с «чистыми». Но гомозули и эльфы не смешиваются. А гомозули смешиваются с чистокровной человеческой расой. Особенности крови.
— Получается, — вступила в обсуждение Майя, — что в генах оборотных и «чистых» имеются составляющие, объединяющие их с эльфами.
— Это что же получается? Мы здесь сможем выйти замуж за эльфов и иметь с ними общих детей? — задала чисто риторический вопрос Екатерина. — Здорово!
Но пришлось прервать интересную тему и опустить, как говорится, с небес на землю.
— А мы сегодня завтракать будем? Ведь я даже без ужина. Что у нас ещё осталось?
— Девочки, а ведь у Ани сегодня День рождения, — сообщила сестрёнка. — Как будем отмечать?
Все зашумели, стали наперебой поздравлять.
Татьяна хитро прищурилась:
— И сколько тебе, дорогая, исполнилось?
— Если учесть, по намёкам Ольгера, что нам «скостили» по пятьдесят лет, то мне сегодня в полночь исполнилось двадцать лет. И, как я поняла, мы не просто молоды, но мы ещё и девственны. Так, Ольгер?
— Раз во втором пророчестве сказано о девах, значит так, — смущённо подтвердил Ольгер.
— Селиверст, скажи, а в подвалах есть вино, какие-то сохранённые магией продукты? И, кстати, сколько лет спал Терем?
— Терем спал триста лет, — ответил Ольгер.
— В подвалах есть очень хорошие вина, как в бочках, так и в бутылях разной ёмкости. В холодильнях хранятся копчёности и соленья. А так же есть крупы и мука, и другие припасы, — доложил Селиверст.
— Ого! Триста лет! — воскликнула Елена. — А они не закаменели?
— Магия хранит триста лет, потом начинает ослабевать, если наложена только на продукты. — Стал объяснять Ольгер. — А когда зачаровывают Терем, то, возможно, дольше. Давайте проверим.
  
3. А что у нас на завтрак?
 
И мы вслед за Селиверстом и Лушей отправились знакомиться с подвалами, предварительно взяв связку ключей на металлическом кольце, висевшую в кухне на стене.
Спустившись по каменным ступеням примерно на один этаж, мы оказались в длинном коридоре, который вытянулся вправо, похоже, по всей длине половины замка. Слева, в нескольких метрах от входа в коридор, каменная стена. В коридоре с обеих сторон деревянные двери, укреплённые металлическими полосами. На дверях висят большие амбарные замки. Под потолком против каждой двери шары магических светильников, которые засветились при нашем появлении.
В первом от лестницы помещении мы обнаружили каменные лари, накрытые деревянными крышками. В первом же ларе оказались мешки с крупой, похожей на пшено.
— Это просяная крупа, — пояснил Селиверст.
— Пшёнка, — подтвердила Галина, сняв пробу. — Смотрите, какая крупа чистая, и вид свежий.
— Да, умеют здесь хранить, — подала голос Светлана и направилась проверять следующий ларь, в котором тоже стоят мешки. В них оказалась овсяная крупа.
В следующем ларе мешки с мелкой пшеницей, как мы определили. Но это оказалась полба. Лари с гречневой ядрицей и мукой. С мукой даже два ларя.
— Мука ржаная, — определила Галина. — А пшеничная есть? — обратилась она к Ольгеру.
 
— Пшеницы в нашем мире нет.
— Эх, посуду не захватили, крупы набрать, — посетовала я. — Сейчас бы гречу сварили. Она быстро варится.
За посудой взялась сходить Варвара.
Пока она ходила, мы открыли соседнюю дверь. Здесь тоже каменные лари, накрытые деревянными крышками. В ларях стоят самые настоящие берестяные кадушки, ёмкостью ведра на четыре. В них ядра лесных орехов. Так же орехи, которые мы определили как кедровые. Они оказались семенами-орешками сосен-великанов. Попробовали. Очень вкусные, как кедровые, только скорлупки тоньше. Тут же, в этом помещении, туеса с сушёными ягодами, грибами, измельченными травами для напитков и приправ.
Прибежала Варвара с мелкоячеистым решетом для просеивания муки. Набрали в него гречки. Следующие кладовые решили не проверять. Попросили Селиверста показать, где хранятся вина в бутылках. Оказалось, в помещении напротив ларей с крупами. Взяли одну на пробу и вернулись на кухню.
Ольгер вызвался сходить в деревню, расположенную в паре километров от замка, купить хлеба на весь день, свежих овощей, масла. Так как деньги имеются только у него. Попросила пригласить на завтра деревенского старосту и договориться, чтобы принесли к обеду свежего молока, сметаны, творога.
Сняв висевшую в кухне на стене холщёвую сумку, Ольгер умчался в деревню, а мы занялись приготовлением завтрака. Точнее, завтраком занялись Людмила и Майя, остальные взялись заносить наши вещи. Решили занести пока в столовую, чтобы после завтрака разобрать.
Из кухни на улицу ведёт дверь, через которую ушёл Ольгер. Прямо по ходу в конце двора в стене оказалась кованая калитка.
Из столовой имеется дверь в коридор, ведущий в кухню.
Ну, вот. Управились. Вещи занесены, каша уже почти готова. Ждём Ольгера. В кухне толпиться не стали, устроились в столовой. Это оказывается малая столовая, рассчитанная человек на двадцать. В центре вытянутый овальный стол из светлого дерева. Вокруг двадцать стульев с высокими резными спинками. У стен четыре лавки Четыре нешироких окна, выходящие во двор. Верхняя часть, примерно на треть окна, застеклена витражами на тему древнерусских сказаний. На крайних окнах просматривалось изображение то ли Кота Баюна, то ли льва, а на средних — Птица Гамаюн.
— Девочки, обратите внимание на витражи, — предложила я.
— Очень красивые!
— Похоже, сказочные мотивы.
— На крайних — лев.
— А на средних — какая-то птица с женской головой.
— Нам в школе, — начала я, — очень плохо преподавали историю древней Руси. Можно сказать, что совсем даже не знакомили. Кто из вас знаком с книгой «Свято-Русские ВЕДЫ» ил «КНИГА ВЕЛЕСА»? Или, быть может, читали об исходе праславян из Гипербореи?
— Какая вумная! — засмеялась Варвара.
— Ну, то, что наши предки пришли с северного полюса, так об этом уже, наверное, знают все, — сказала Людмила.
— О, так это только гипотеза, — вступила в разговор Светлана.
— Ань, я у тебя, как-то давно читала книгу, какую ты назвала. — Это сестрёнка. — Не помню, насколько давно.
— Лет пятнадцать назад. А я её недавно перечитывала раз в четвёртый.
— Там у тебя ещё были книги с этой тематикой.
— Они и сейчас есть. И, действительно, ТАМ, на компьютерном столе лежат. Знаете что? Я предлагаю сейчас не углубляться в эту тему, а то мы так и не позавтракаем. Мы здесь на очень долгое время и успеем всё выяснить и обсудить. А на витражах, я думаю, Тигр (Кот или Лев) Стрибога и или Птица Матерь Сва-Слава, или птица Стратим (Гамаюн). А вот и наш посыльный! Всё, завтракаем.
Пришёл Ольгер, принёс горшочек со сливочным маслом. Овощи он оставил в кухне. Сходили за горшком с кашей. Принесли глиняные миски, кружки-кандюшки и стаканчики, деревянные ложки. Что ж, вспомним раннее детство! Едали деревянными ложками из глиняных мисок!