Проклятье скрытых предметов (СИ)

Но детектив настроился скептически.
— Вы просто ожидали встретить его. Вот и увидели в искаженной тени его силуэт.
Милочка разозлено сверкнула глазами.
— Ну и черт с вами! Не хотите верить — не верьте! У меня и без вас проблем по горло!
— Подождите! — спохватился Призрак, но девушку уже было не остановить.
Она сбросила курту Детектива с плеч, небрежно отправила монеты на стол и, подхватив сумочку с зонтом, выбежала из кафе под струи затихающего дождя.
— Ну, зачем ты так с ней? — расстроенно пробормотал Призрак.
Детектив растерянно пожал плечами.
— А что я сказал-то?
— Она была не в себе, мог бы усомниться помягче! В конце концов, это Город! Тут что угодно может быть! Ты каждый день играешь в рулетку с привидением, черт возьми!
— Кто ж знал, что она такая нежная? Ладно, — Детектив посмотрел за окно. Милочка бежала через площадь к Вокзалу, прикрываясь от воды сумочкой. — Завтра извинюсь.
На следующий день тучи рассеялись. Солнце весело заблестело в лужах и фонтанах. Под яркими лучами красная отмытая черепица и светлые стены новенького Отеля выглядели игрушечными, что моментально привлекло людей. Обстановка внутри оказалась более чем роскошной: прекрасные номера чуть ли не на любое количество персон, горячая вода, ванны, огромная столовая с полностью оборудованной кухней. Здание вместило всех, кто жил на Вокзале, и еще осталось место.
Милочка не появилась ни во время переезда, ни через день, ни в последующие недели. Всё, что узнал Детектив — она дошла до Вокзала, зашла в свой поезд, разделась и легла спать. Куда она исчезла вместе с постелью, платьем, сумочкой и зонтом, не смогли сказать ни бдительная соседка Пенни, ни сам Проводник.
Глава 5.
Шум дождя баюкал и нежил. От озона дышалось легко, полной грудью. Холодный воздух щекотал плечи. Тяжелое одеяло утопило в своих уютных объятьях, уговаривая остаться с ним еще на часок, и сопротивляться ему было совершенно невозможно. Да еще матрац обнимал по-необычному удобно и мягко. Милочка поплотнее завернулась в ласковое одеяло и вздохнула, собираясь насладиться сладким утренним сном.
— Ты откуда тут взялась? — воскликнула Пенни.
Милочка неохотно приоткрыла глаза и тут же села, теряя всякий сон.
Комната не напоминала купе даже отдаленно. Вокруг были белые стены с роскошной отделкой из дерева, высокий потолок, дорогие темно-зеленые шторы. Полупрозрачный тюль мягко колыхался в открытом окне. Мягкие стулья с зеленой отделкой совпадали с тоном штор. Вместо люстры висели лампы на стенах. В углу стоял квадратный стол, тяжелый даже на вид, сбоку от кровати — массивный шкаф с фигурными дверцами и зеркалом в полный рост. И Милочка лежала на кровати! Самой настоящей кровати!
Посреди всего этого великолепия стояла Пенни в белом махровом халате и с полотенцем на голове, румяная и свеженькая после душа.
— Где мы?
— В Отеле! — ответила Пенни и грозно подбоченилась. — Иди отсюда, разлеглась тут! Почти месяц пропадала, значит, а теперь в мою кровать? Полно свободных номеров, но нужно обязательно в мой?
Милочка поспешно выползла из постели и вскинула руки.
— Слушай, я понятия не имею, как тут очутилась! Я спать легла еще на Вокзале! Зонтик починила и легла!
Пенни посмотрела на её растерянное лицо — и всё её возмущение растаяло.
— До последнего надеялась, что ты просто слиняла оттуда, — вздохнула она и села на стул. — Прав, значит, оказался Бармен. Ты нашла своё Предназначение.
Она посмотрела на шкав. Там, на ручке, висели плечики с аккуратно расправленным темно-синим платьем. Под ним стояли растоптанные черные туфли. Рядом на стуле лежала шляпка с сумочкой, к спинке прислонился зонт Черного Барона. Под жалостливым взглядом женщины Милочка придвинулась к шкафу и сдернула своё платье. За окном моросил дождь — непромокаемая ткань была весьма кстати.
— Куда собралась? — спросила Пенни, когда Милочка кое-как влезла в платье.
— Мне нужно найти Черного Барона и отдать ему его вещи, — Милочка повесила сумочку на плечо и попыталась собрать в руки все свои вещи. Туфли сразу же выпали. — И это не Предназначение, Пенни. Я подцепила проклятье.
 
— Ты хоть помойся сначала, что ли, а я пока в столовую схожу, — проворчала Пенни, вытирая волосы. — Позавтракаешь, потом пройдешься по номерам, заселишься. А то едва глаза продравши только за призраками и гоняться, да по лужам, язык через плечо, волосы назад… Полотенце в шкафу возьми, дуреха! И вещи на место положи, ничего с ними не сделается!
Милочка покраснела и, схватив полотенце с чистым халатом, поспешно побежала плескаться в горячей воде. Когда дверь закрылась, Пенни подошла к кровати, ощупала сухую постель, а потом выдохнула и коротко перекрестилась, глядя на мокрые следы девичьих ног, проложивших путь от кровати до ванной.
— Проклятая, — пытаясь успокоиться, пробормотала женщина и пошла на кухню за едой.
Когда распаренная, благоухающая шампунем Милочка вышла, на столе уже стояли тарелки и подносы, а Пенни с аппетитом хрустела чем-то ароматным и очень вкусным.
— Глазунья с жареными колбасками, тосты и горошек. На обед и ужин — шведский стол, — гордо объявила она и объяснила: — Наш ресторан решил переехать сюда. Все-таки там у нас было непонятно что на трех сковородках, а тут и оборудование лучше, и обстановочка, и оранжерея с теплицами рядом.
Милочка что-то согласно промычала, впившись зубами в сочную колбаску, а Пенни продолжила вываливать подробности.
Как всё в Городе, Отель оказался с подвохом. Невозможно было просто взять и заселиться в понравившийся номер. Нет, полагалось подойти к административной стойке и позвонить в звонок, затем взять выпавший из звонка старинный ключ и вызвать лифт. Кнопки в лифте указывали всего два направления: вверх и вниз. На нужный этаж тот поднимал сам, приятным бесполым голосом объявляя имя, если людей ехало несколько. Поскольку на ключе номер комнаты не указывался, приходилось идти по всему этажу и примериваться к каждой двери. Которая распахнется — та и нужна. Возмущаться и требовать другой номер было бесполезно, а порой и опасно. Особо капризные жильцы бесследно исчезали либо в переплетениях коридоров, либо в собственных номерах, либо в лифте.
— Смутьяны и неряхи исчезли первыми, — выпучивая глаза, прошептала Пенни и жутковато рассмеялась. — И по мне, оно правильно! Отель у нас мало того, что умный, так еще и справедливый. Просто так еще никого не наказал.
В справедливости Милочка убедилась сама, когда Отель определил её в небольшую аккуратную комнатку без столов и шкафов, с крохотной прихожей, на которой сиротливо висела одна-единственная вешалка, зато с большим окном и удобной кроватью. Компенсируя скудность обстановки, ванная была оснащена огромным джакузи. Комната носила символичный тринадцатый номер.
— Мило, — хмыкнула Милочка и, засунув ключ в сумочку, побежала обратно к лифту. — Мне к выходу, пожалуйста.
— Пожалуйста, — эхом отозвался вежливый, слегка металлический голос.
— Слушай, Отель, — внезапно осенило Милочку. — Мне нужно к Черному Барону.
— К сожалению, данное лицо не числится среди постояльцев, — тут же последовал ответ.
— Что ж, это было бы слишком легко, — вздохнула Милочка и мечтательно протянула: — А как было бы здорово узнать его адрес или хотя бы адрес того, кто знает…
— Центральная площадь, Комната судьбы.
— А? — замерла Милочка.
— Центральная площадь, Комната судьбы, — терпеливо повторил Лифт.
— Точно! Как же я сама не сообразила? Оракул! Оракул точно поможет! — подскочила Милочка и взмахнула зонтом. — Слышал? Скоро будешь у Хозяина! Спасибо тебе, Лифт! Ты лучший!
 
Пол мягко дрогнул, остановившись, дверцы распахнулись, открывая вид на широкий холл с диванчиками и пустой стойкой администратора.
— Пожалуйста, — вежливо ответил бесполый голос.
Милочка послала в кабинку воздушный поцелуй и побежала к выходу, на ходу раскрывая зонт — дождь на улице моросил хоть и мелко, но очень противно. Да еще небо полностью затянули низкие облака — ни просвета, ни даже четкой тучи — одна сплошная серость. Ветер вяло дул на запад. Молнии совсем не появлялись. Пэнни метко обозвала погоду сонной никакошей для угрустления.